(Не)критично

Казалось бы, вопрос сугубо знаточеский, но на деле – прекрасный урок о том, как рождаются мифы в истории искусства и почему их потом невозможно сдвинуть (даже ломом).

Щукин был коллекционером с на редкость широкими и демократичными взглядами на искусство, но даже он не сразу смог принять «Танец» и «Музыку» Матисса.

Художница, работающая с технологиями, признается: ей хочется, чтобы побеждало тактильное и настоящее.

Илья Репин оставил мемуары под названием «Далекое близкое» – воспоминания, в которых прошлое кажется совсем рядом, стоит лишь прикрыть глаза. У современных художников уличной волны, разъехавшихся по нестоличным городам, выставка с названием ровно наоборот: «Близкое далеко».

История искусства знает немало гениев. Но столь последовательных в срыве сроков – единицы.

Публика возмущалась, философы писали трактаты, а Магритт спокойно попивал кофе в Брюсселе.

Есть негласный договор, на котором держится значительная часть истории искусства: мы делаем вид, что все эти импрессионизмы, символизмы и маньеризмы существовали в природе сами по себе – как горные породы или виды птиц. Что художники просто принадлежали к ним, как к партиям или гильдиям. На самом деле большинство этих терминов придумали потом – зад…

Проект Третьяковки посвящен многолетнему творческому сотрудничеству выдающегося коллекционера и одного из крупнейших живописцев XIX века.

Редкий случай, когда эпоха важнее любого персонажа.

В Петербурге идет четвертый фестиваль современного танца «Танец без ума от себя и от любви» – независимый проект, который делают сразу пять хореографов-кураторов.

Хан ван Мегерен прожил две параллельные жизни: в одной он был посредственным живописцем, в другой – лучшим Вермеером своего времени.

На Пушкинской набережной в Парке Горького заработало новое пространство «АртВиток» от МТС – и начало сразу с козырей: Шагал, Пикассо, Матисс и совершенно свободный (!) вход.