Как я случайно победил в себе комплекс самозванца.

Продолжение.

Часть четвёртая. Соло внутреннего критика.

Краткое содержание предыдущих трёх глав – я знал, что у всех есть комплекс самозванца но до этого момента не подозревал насколько сильно он мне мешает жить.

Но когда внезапно осознал, то, пришлось бросить все дела и начать думать что делать с этим «открытием».

Первый вопрос, который я задал себе, а зачем этот внутренний критик нужен?

Какую функцию выполняет?

Понятно, что пользу хочет принести, но какую? Ответ оказался очевиден: эта моя часть личности, по сути, служба безопасности.

Её задача снижать риски и замечать угрозы. Например, критик мне показывает где я не хорош, чтобы я исправился и тогда внешние люди не смогут меня за это ругать.

Ну ок, думаю, тогда должна быть еще как минимум одна субличность, которая его уравновешивает, надо её мнение спросить, что она думает.

Благо что далеко ходить не надо, нырнул в башку за ответом и обнаружил там…

… пустоту.

Гм, сказал я. Плохо спрашиваю. Ща сделаю поумнее.

Написал промт, который делает из нейронки интервьюера, опрашивающего меня про мой карьерный опыт.

Изучил какие есть методологии, отобрал наиболее подходящие, сделал логику разговора, чтобы уходила в глубину, а не по верхам сшибала ответы.

Не с первого раза, но получилось строить беседу так, чтобы за час можно было рассказать все этапы своего пути, с примерами и деталями.

Получив результат, начал собирать нарратив очищенный от голоса внутреннего критика. Получил…

… пустоту.

Как в фильмах 90-х. “Пустота”. “Пустота - 2”. “Пустота наносит ответный удар”.

Оказывается, у меня, там, внутри, больше не было никого, кто бы рассказывал какой я и чего достиг.

Второй раз за тот день я почувствовал удар о бетонную стену на скорости 200 кмч.

Весь мой рассказ о себе был соло внутреннего критика.

Часть пятая. Хреновый биограф.

Это было огромное откровение. Моя проблема была не в том, что критик меня обесценивал.

А в том, что его голос был единственный.

Все мои взрослые годы жизни, ссссука, это был единственным рассказчиком моих успехов.

И решать мне предстояло именно эту проблему.

Разбираться надо не с критиком, а с распределением власти внутри своей башки.

Если я не рассказываю про себя, то это делает кто-то другой. Моя служба безопасности.

И она очень хреновый биограф, а посему не обязана быть объективной, у неё совсем другая роль.

И в этот момент стало понятно, что мне нужно откуда-то взять свой (новый? старый?) голос.

Я не знаю, как без мата рассказать о своих чувствах, когда я перечитывал результаты своего же собственного интервью для нейросети. «Ошеломление», наверное.

Во-первых, я увидел (точнее, нейронка увидела и мне показала) где я хожу по одним и тем же граблям. И какие паттерны поведения у меня повторяются в самых разных (для меня) ситуациях.

Во-вторых, выяснилось, что критик и правду единственный летописец. И поскольку его профиль — это управление рисками, то достижения он и не должен фиксировать.

Замедлюсь.

Любое развитие, это череда ошибок. И задача внутреннего критика – тщательно собирать и протоколировать мои ошибки, чтобы (в идеале) я их не повторял, а по факту, чтобы было чем меня бить по голове, если я расслабился.

Поэтому, чем больше я делал, тем больше было ошибок. И вырастал лог ошибок у критика.

Чем больше я добивался, тем большее число ошибок можно было мне предъявить. И на второй чаше весов не было ничего.

Я чувствовал себя разобранным на части без шанса склеиться обратно за обозримое время.

Часть шестая. Озарение.

Но об этом уже завтра.

И если вам интересно получить промт и пройти этот путь и потом поговорить о методике в прямом эфире — приходите в закрытый канал, там отдам и промт и все ссылки.

Подписывайтесь на Telegram Education Scaling Club.