9 причин не ходить к психологу. И почему они все ошибочны

В жизни каждого человека бывают моменты, когда тревога, неопределенность или внутренние конфликты становятся слишком тяжелыми, чтобы справляться с ними в одиночку. При этом в современном мире, где психологическая помощь становится все более доступной, парадоксальным образом сохраняется множество барьеров и стереотипов, мешающих людям обратиться к специалисту.

Но обращение к психологу — это не признак слабости, а шаг к осознанной и свободной жизни. Профессиональная поддержка помогает не только избавиться от тревоги, но и найти ответы на самые важные вопросы: Кто я? Чего я на самом деле хочу? Что делать с тем, что я чувствую?

Психолог — это не тот, кто даст готовые решения, а тот, кто поможет вам разобраться в себе, увидеть деструктивные паттерны и научиться жить в гармонии со своими эмоциями. В рамках совместной работы в безопасном пространстве открывается возможность быть искренним, не боясь осуждения или непонимания.

Если вы сейчас сомневаетесь, стоит ли обращаться за помощью, помните: вы не одиноки. И первый шаг к переменам — это разрешить себе быть тем, кто вы есть, без страха и стыда.

Ниже я предлагаю рассмотреть отговорки и ограничения, которые редко бывают рациональными, чаще они представляют собой сложные психологические защиты, сформированные личным опытом, семейными установками и культурными стереотипами. Уверена, что в одной из них, вы сможете больше обратить внимание на свои чувства и потребности и понять истинную причину, почему до сих пор пытаетесь с справляться самостоятельно там, где самому уже не получается и можно обратиться за помощью.

1. Наши родители выросли без психологов, и мы как-нибудь справимся!

По статистике каждый второй россиянин (51%) в случае возникновения проблем обращается за советом или помощью к родственникам. И за это фразой часто скрывается не уверенность в своих силах, а страх предать семейную систему. Когда человек заявляет, что его предки обходились без психологов, он не просто демонстрирует скепсис к терапии. В этом утверждении кроется глубинная связь с семейной системой, которую подробно исследовал Мюррей Боуэн. Семейные системы склонны к самосохранению, передавая из поколения в поколение не только генетику, но и модели поведения, способы переживания кризисов.

В семьях, где было принято "держать удар", "не раскисать" и "не выносить сор из избы", обращение к психологу может восприниматься как предательство семейных ценностей. Человек подсознательно боится, что, начав жить иначе, без хронического страдания, с новыми моделями поведения, он потеряет связь с родом. Это особенно характерно для семей с травматической историей (войны, репрессии, тяжелые экономические условия), где способность терпеть действительно была условием выживания.

2. Если пойду к психологу, придётся уходить от мужа

Когда женщина (а это чаще всего женщины) произносит эту фразу, за ней стоит не просто страх одиночества. Тут замешана куда более сложная динамика созависимости и страх потери идентичности. В таких случаях личность настолько сливается с ролью жены/матери/опекуна, что отделение кажется экзистенциальной угрозой.

Что на самом деле скрывается за этими словами?

1. Я не имею права хотеть большего. Если женщина с детства усвоила, что её роль – "терпеть и заботиться", то любая попытка поставить свои потребности на первое место будет вызывать вину и нежелание с этим чувством сталкиваться.

2. "Я – это мы". В созависимых отношениях границы между партнёрами размыты. Если человек говорит: "как он без меня?", это часто значит, что он не отделяет свои потребности от потребностей партнёра. Иными словами, если я начну думать о себе, придется столкнуться с вопросами: А кто я? А что я люблю? Чем хочу заниматься? Кто я вне роли жены/матери?"

3. Страх разрушить миф о счастливой семье. И тогда обращение к психологу – это риск увидеть, что отношения держатся не на любви, а на привычке, страхе или чувстве долга. В этом случае возникает угроза стабильности, которую терять не хочется, даже если она давно вызывает негативные чувства.

Ну а если добавить к этой разе «…без меня он пропадёт", то сохранение брака – это единственно доступный способ чувствовать себя нужной через такие отношения.

Такие люди часто не могут ответить на простые вопросы о своих желаниях, потому что годами жили через потребности других. Терапия ставит перед необходимостью заново открыть себя - а это процесс, который действительно может привести к пересмотру отношений.

Но важно понимать: психолог не "разваливает семьи", а помогает клиенту осознать, кто он такой и какие отношения ему действительно нужны.

3. Психологи для психов, а я нормальный!

И это, конечно, про стигматизацию психического здоровья, ведь в обществе до сих пор сильны представления о том, что:

Дополнительные ограничения накладывают культурные стереотипы российского общества, где мальчиков воспитывали в концепции «плакать нельзя», что может приводить к восприятию мужских переживаний и эмоций как к слабости, к неготовности мужчин делиться своими эмоциями. Особенно ярко это проявляется в мужских сообществах с их культом "силы" и "самодостаточности". Более трети мужчин считают, что им не нужна посторонняя помощь, что они в состоянии решить все проблемы сами, хотя степень выгорания, количество депрессий и суицидов у них выше. Эта парадоксальная ситуация - цена за соответствие токсичным гендерным стереотипам.

Но нормальный – это не тот, у кого нет проблем, а тот, кто умеет их признавать и решать их.

4. Проблемы решаю сам, друзья или близкие тоже помогают

Мы все в той или иной степени зависим от окружения, но как мы решаем, кого привлекать для решения проблем отражается в нашем желании эту проблему решить или не решать. По статистике к друзьям за советом и поддержкой готовы обратиться 22%, более четверти опрошенных (29%) - не нуждаются в участии со стороны, так как самостоятельно ищут выход из сложных ситуаций.

Отказ от профессиональной помощи в пользу самостоятельного решения проблем или поддержки друзей часто коренится в детском опыте. Если ребенок регулярно слышал "Не ной", "Разбирайся сам", "Не будь слабаком", во взрослом возрасте у него формируется устойчивое убеждение: "Просить помощь = проявлять слабость".

Также стоит отметить, что, если человек годами «все решает сам», но ничего не меняется, возможно, он просто избегает глубинных проблем и конфликтов. Ведь легче сказать, что «все норм», чем признать: «я не справляюсь» и одно только признание этого, уже больно.

Происходит подмена профессиональной помощи дружеской. Но дружеская поддержка и психотерапия решают разные задачи. Друзья:

Психолог же:

5. Дорого, на себя столько денег тратить не могу, вот если бы бесплатно... ну или кто-нить подарит в подарок!

За этой жабой, которая вечно душит скрывается обесценивание себя. Часто это идет из детства, где потребности ребенка регулярно ставились ниже других семейных расходов. Так человек привыкает обесценивать себя и свои потребности. Плюс, если закрытие базовых расходов как еда, жилье давалось с трудом, то такая неочевидная и никому невидная штука как психика вообще кажется роскошью.

Но правда в том, что финансовый аргумент часто маскирует более глубокие проблемы. Люди, отказывающиеся от терапии по финансовым причинам, при этом покупают ненужные вещи, не экономят на вредных привычках, больше тратят на развлечения.

Ну а если человек ожидает, что терапию ему кто-то оплатит или подарит, то здесь прослеживается пассивная позиция, когда человек считает, что его потребности должны угадать, что может быть связано с детским опытом, и нежеланием брать на себя ответственность за выбор специалиста и результат. Никто угадывать не должен, а избавиться от таких ожиданий и последующих расстройств очень даже возможно в работе с психологом.

6. Я уже ходил к ним, все шарлатаны, только деньги тянут!

И в этом случае также как и в предыдущем присутствует страх брать ответственность, то тут также есть и непонимание процесса терапии и страх разочарования. После неудачного опыта с одним специалистом некоторые делают глобальные выводы обо всей профессии. Это чрезмерное обобщение является отличным примером когнитивного искажения. При этом люди не переносят такой скепсис на другие профессии - после неудачного лечения у одного стоматолога мы не отказываемся от медицины вообще.

В этом сопротивлении есть и вторичная выгода: если все психологи "шарлатаны", то и меняться не нужно, можно продолжать страдать. Как отмечал Виктор Франкл, иногда мы цепляемся за свои страдания, потому что они стали частью нашей идентичности.

7. Психолог все расскажет другим! Ещё и записи делать собирается!

В этой фразе скрыта травма доверия, когда «Меня уже предавали». Страх нарушения конфиденциальности обычно имеет конкретные корни. Джон Боулби в теории привязанности показал, как формируются базовые модели доверия к миру. Если в детстве: значимые взрослые нарушали личные границы, например, читали дневники или доверие к приятелям приводило к предательству или использовалось против ребенка. Тогда во взрослом возрасте любая фигура «эксперта» воспринимается как потенциальный предатель, а любая ситуация, требующая уязвимости, будет вызывать панику.

При этом профессиональные психологи строго соблюдают этический кодекс, а заметки во время сессии - это инструмент терапии, а не способ контроля или манипуляции.

8. Больно встречаться со своим несовершенством и понимать, что можно жить без боли и таких сложных решений, какие использовались раньше

Признать, что привычные способы справляться с болью (избегание, агрессия, зависимость) неэффективны, значит столкнуться с мучительным осознанием, что «все эти годы я делал что-то неправильно». Плюс психика сопротивляется изменениям, потому что «старое, даже токсичное — это хотя бы предсказуемо», что будет новое – вообще не понятно.

Но боль в терапии — не самоцель: хороший специалист создаёт «достаточно безопасное пространство», где можно проживать трудные чувства постепенно.

9. У меня нет проблем, я идеальный

Часто за этим стоит страх крушения иллюзий, ведь по Д. Винникоту «Лучше быть идеальным для всех, чем реальным для себя» - потому что «реальный» кажется «ненастоящим»). При этом признать проблему, значит столкнуться с стыдом («Я несовершенен») и страхом обесценивания («Другие увидят мою уязвимость»).

Также тут прослеживается травма условной любви: если в детстве хвалили только за достижения (а не просто за существование), признать проблемы равнозначно лишиться «права на любовь».

Преодоление сопротивления: путь к осознанному выбору

Обращение к психологу — это не просто способ справиться с трудностями, а инвестиция в себя, которая со временем окупится во всех сферах жизни. Терапия дает не только поддержку, но и инструменты для работы с тревогой, внутренними конфликтами и неопределенностью. Также она помогает найти ответы на вопросы, о которых я писала выше.

Этот процесс требует мужества, но именно он приводит к настоящей свободе — свободе от старых страхов, навязанных ролей и ограничивающих убеждений. Как отмечал Виктор Франкл: «Когда мы больше не можем изменить ситуацию, мы должны изменить себя».

Хороший психолог не сделает вас «другим», но поможет вам стать тем, кто вы есть на самом деле. И если сегодня вы все еще сомневаетесь, задайте себе простой вопрос: «Сколько еще времени я готов тратить на борьбу и поиск компромисса с самим собой, вместо того чтобы начать жить?»

Выбор за вами. Но помните: настоящая сила — не в том, чтобы терпеть, а в том, чтобы разрешить себе быть счастливым.

Разрешить себе — это и есть тот самый первый и важнейший шаг. Если вы чувствуете, что хотите сделать его с поддержкой, я буду рада помочь. В своей работе я опираюсь на принципы, о которых писала: бережность, конфиденциальность и фокус на ваших истинных потребностях. Напишите мне, чтобы обсудить возможность нашей первой встречи.