Глава пятая: «Признания»

Старик, увидев, как Алексий в спешке убегает, решил обратиться к священнику. Он зашел в храм и приветливо сказал:  — Здравствуйте, батюшка, могу ли я вам кое-что рассказать? — Да, слушаю вас, — ответил священник. — У нас с бабкой произошла беда, вы не слышали?  — Нет, не слышал. Что случилось?  — Нашего сына Алексия укусила змея на речке. Мы с бабкой приволокли его домой. Ближе к вечеру к нам постучал гость и сказал, что он знахарь, живущий на опушке. Вы о таком слышали? — Нет, у нас нет знахарей на опушке. У нас есть лекарь в храме, он вам помог? — Нет, он только все напутал. Каким-то заклятием околдовал бабку, и превратил сына в чудище, что жаждет крови. У соседи, наверное, слышали, как животных убили, какой-то странный зверь. На самом деле, это был наш сын Алексий. Пожалуйста, помогите, мы с бабкой устали уже, да и  возраст не тот. — Похоже, это колдун. Давайте мы заглянем к вам утром, а то уже темнеет, сейчас не выпускайте сына, а завтра что-нибудь придумаем. Ступайте с Богом. Старик вернулся домой и рассказал бабке о своем визите в храм. — Может, это и к лучшему, — заметила старуха. — Возможно, они смогут ему помочь. — А где Алексий? — поинтересовался старик. — На чердаке, — ответила бабка. — Ладно, давай спать, а завтра они придут. К глубокой ночи они услышали шум на чердаке. — Сходи, посмотри, что там происходит, — сказала бабка. — Сейчас посмотрю, — ответил старик и поднялся на чердак. Там он увидел Алексия, который яростно метался из стороны в сторону. — Подожди! — воскликнул старик. — Что с тобой произошло? Ты стоишь на своих ногах, они окрепли, и руки тоже. Удивительно, — заметил старик. Завтра к нам придет священник, он сможет помочь. Алексий резко остановился и злобно прошептал: — Вы хотите сдать меня священнику? Это вы сами все испортили! Думаете, он меня примет таким и поведет к народу? — Завтра посмотрим, — ответил старик. — Не бывать этому, я уйду из дому, — сказал Алексий. Старик вспомнил слова священника о том, что нельзя выпускать сына на улицу.  — Никуда ты не пойдешь! — сердито сказал он. — А меня ты еще спрашиваешь? — произнес Алексий, проходя мимо. Старик, разозлившись, попытался его остановить, но Алексий в ответ показал свои острые клыки.  Слыша шум на чердаке, бабка поднялась и увидела, как старик захлебывается кровью, а рядом стоит Алексий. — Что ты наделал, сынок? Зачем ты так? — с ужасом воскликнула она. — Я сам не знаю, мама, — ответил Алексий, и слеза скатилась по его щеке. Тем временем уже начали кукарекать петухи, и бабка увидела, как к их дому подошла толпа с факелами, вилами и топорами. Священник закричал: — Мы знаем, Алексий, что это ты вчера напал на Настену. — Про какую Настену он говорит? — в ужасе спросила бабка. — Про соседскую дочь, — уточнила старуха. — Ты на нее напал, сынок? — Да, мам, — признался Алексий. Священник продолжал:  — Заколачивайте двери и окна! Собравшиеся народ начали действовать по его указанию.  — Теперь жгите их! Жгите чудище! Его мать породила зло! Жгите их всех! — кричал священник, чтобы зло не проникло в наши дома. Бабка поняла, что делать. Она спустилась с сыном в погреб и сказала: — Залезай в этот сундук и ничего не бойся. Она закрыла его и легла рядом. Пламя горело около двух часов, и когда крики стихли, погас последний уголек, священник приказал в трех местах заколотить крест, чтобы зло не вернулось.