Другая жизнь: Бергингтон (США)

Каждый раз, когда мы возвращаемся в реальный мир, оказывается, что время, проведенное во "снах", влияет на наши решения и действия в реальной жизни.
Наше существование, «жизнь», служит фоном для разворачивающихся событий и влияет на их ход, тогда как «сон» воздействует на жизненный сюжет своей непредсказуемостью. Мы движемся к трагедии: войны, экологические кризисы, усталость — все это сигналы надвигающегося краха. Чтобы обеспечить себе лучшее будущее, нужно обращать внимание на все аспекты жизни — как явные, так и скрытые. Если "жизнь" — это серия событий и действий, то «сон» — это активное пространство, и, мне кажется, там скрыты ключи к нашему истинному «я».
В реальной жизни мы сталкиваемся с предсказуемыми ограничениями и препятствиями, тогда как во сне отражаются наши желания и страхи.
Чтобы избежать надвигающейся катастрофы и найти истинный путь, нужно научиться извлекать силу и мудрость как из "жизни", так и из "сна"!
Вы замечали, что сущность жизни — миг, это лимбический лабиринт нашего разума, пристанище, где границы между миром снов и жизнью переплетаются, где вы можете быть и там, и здесь, одновременно ощущая весь спектр чувств и переживаний!

Снова голос призвал из глубины сна, я медленно проснулся, ощущая, как сновидения ускользают от меня. Передо мной стояла моя ассистентка Хейли Лоуз с документами, которые сразу же мне вручила.
— «Доброе утро, профессор Густафф. Вы сегодня рано», громко поздоровалась Хейли.
Взяв документы, я сделал несколько моментальных пометок, решив, что вернусь к ним позже.
— «Доброе утро, Хейли. Да, сегодня у меня было необычно раннее пробуждение».
— «Вам опять снилось, как я вас будила?» с улыбкой ответила она.
— «Да, Хейли, именно так! Но, к счастью, в этот раз выход из сна был не таким тяжелым».
— «Понятно. У вас сегодня запланирован новый прием», сказала Хейли, усаживаясь за свою работу.

Я вздохнул:
— «Хорошо я буду готов, через 20 минут», в тот момент я все еще лежал в кресле и читал отчет о новой пациентки Лизе Уолтер, словно пытаясь найти в нем какие-то ответы.
Затем я встал, провел рукой по волосам, налил стакан воды и направился к двери, чтобы пригласить гостей на прием.
— "Заходите", позвал я. В кабинет вошел взрослый мужчина и юная девушка.
— Прошу садитесь. Что привело вас ко мне?
— Профессор Стенберг, я обращаюсь к вам с просьбой помочь в постановке диагноза для моей внучки. Ее зовут Лиза, ей 21 год, она живет не в реальном мире. Это звучит странно, но Лиза спит более 24 часов, и с каждым днем мне все сложнее и сложнее ее разбудить. Это началось 2 года назад. У меня есть записи, где во время сна она говорит о странном лабиринте. Ее речь нелогична: то она срывается со сколы, то ищет отца, то общается с какой то Софией, то пытается попасть в другой мир, который, как я понял, она считает более реальным, чем наш.
Я внимательно вслушивался в слова мужчины о его внучке, Лизе.
— "Понятно," давайте обсудим детальнее ее состояние.
Девочка, сидя напротив меня, казалась молчаливой и отстраненной.
— "Лиза, расскажи мне о своих снах," начал я.
— "Я... Я вижу лабиринт," ее голос звучал тихо. "И через него... мой мир." Она замолчала, ее глаза словно холодные озера всматривались в меня.
— "Интересно," сказал я. А какой этот мир?"
— "Он реальный, я там была не раз" ответила она.
— "Хорошо, успокоительно произнес я, мир в лабиринте часто символизирует поиск пути или выбор в жизни. Давай попробуем понять, что же он значит для тебя?".
— "Прошу прощения, но мне пора уходить. Я не хочу опоздать в колледж" покидая кабинет проговорила она и вышла.
Последовала пауза.
— "Профессор Стенберг, я должен вам кое-что сказать о Лизе," — начал Джордж, вызывая у меня новую волну интереса.
— "У Лизы нет родителей и сестер, и она не посещает колледж.
Большую часть времени она проводит дома, читая, спя и общаясь в телефоне с кем-то."
— Я, задумался на мгновение, что, если Лиза не страдает от шизофрении, вызывающей визуальные галлюцинации и иллюзии, а, возможно, она, как и я, переживает нечто называемое — переход через лимбический лабиринт в «сон».
— Джордж, я осознаю сложность данной ситуации и готов оказать помощь бесплатно. Я назначу Лизе гипнотерапию с частотой через день. В начале курса сеансы будут проводиться чаще, а далее их частота может измениться в зависимости от реакции пациента на терапию и достижения желаемых результатов. Жду Лизу завтра так же в 10 утра.
Поблагодарив профессора Стенберга за помощь, Джордж направился домой. Хейли Лоуз вошла в кабинет, чтобы внести коррективы в расписание Густаффа.
— "Спасибо, Хейли. Мне еще нужно поработать, так что вы свободны." Приняв мелатонин, и устроившись в кресле, я закрыл глаза, чтобы заснуть.
Я вошел в сон, и я снова попал в лимбический лабиринт прошлого. Повозка мчалась по извилистой дороге, каждый поворот увеличивал напряжение. Позади оставалась пыльная дорога, а впереди – урбанистический хаос. В моей голове всплывали картины прошлого: короткие, но яркие мгновения, мелькавшие перед глазами.
Внезапно, я услышал голос, который проникал в мозг, словно кто-то пытался выдернуть меня из сна. Но прежде, чем я смог сфокусироваться на этом звуке, он исчез, оставив лишь тревожное чувство неопределенности.

В те времена многие еще не верили в существование вампиров, считая их лишь предметом народных поверий. Шепоты о том, что за исчезновениями людей стоят нечистые силы, распространились кругом. Напряженность нарастала с каждым днем, я знал, что городская община Берлингтона была бессильна перед этой проблемой. Город был в смятении.
— Я, герцог, швед по происхождению, много лет владел замком, который возвышался над окрестностями Йорка в северной Англии.
Это здание казалось стражем и свидетелем многих вековых событий. Стены замка были выложены из темного камня, что придавало им впечатляющую прочность. Внутри по-прежнему царила загадочная тишина, прерываемая лишь скрипом деревянных досок, который разносился в далеких уголках. Широкие коридоры были украшены портретами моих предков, каждый из которых гордо представлял начало и конец своей эпохи, здесь мои родители Отто Стенберг Оскарсон, Герцог Йорка, мой отец, и Эмилия Хельга Альвенсон, Графесса Йорка, моя мать. Среди них уважаемый Уилл Карлос Альвенсон, Граф Йорка, кокетливая Дебби Де Винтерфилд, Графесса Йорка, педант Оскар Альвенсон, Герцог Йорка, 95-летняя бабушка Анна Кристина Де Винтерфилд, Герцогиня Йорка и Элиза Линдберг моя супруга. Ее смерть в возрасте 27 лет стала непоправимой утратой для меня. Все произошло внезапно, во время эпидемии чумы, которая обрушилась на Англию в 1665 году. День за днем их взгляды, запечатленные на холсте, следили за каждым моим шагом.
Стоя у окна в темно-зеленом пиджаке с узкими лацканами, я полностью погрузился в размышления, потирая пальцами старый медальон на своей груди. С того момента, как я впервые переступил порог этого дома, прошло уже 50 лет. Тяжесть прошлого опускалась на плечи.

— "Больше полвека…" — глядя в окно задумчиво прошептал я. Прошлое охватывало меня, пронизывая разум болезненными воспоминаниями. Я несу в себе бремя потерь, которые словно клинки ранят мое сердце. Как я могу найти свой путь в этом мире, когда каждый шаг напоминает мне о том, кого я потерял? Моя душа стонет под тяжестью утрат, и я терзаю себя вопросом: как я смогу пережить еще один день? Потеря близких и измены тех, кого я считал друзьями, унесли последние остатки моей веры в человечность. Я пытаюсь найти свой путь среди воспоминания о прошлом, но они тянут меня к себе. Когда-то любимый город Йорк теперь скорее кажется тюрьмой, нежели домом. Я осознал, что потерял свое место в этом мире, и больше не желаю продолжать жить.
Из тишины комнаты, послышался голос, холодный и завораживающий. Он был глубоким и резонирующим, но в то же время на удивление мягким и утешающим.
— "Густафф," — прозвучало томно,
— "Я слышал твои молитвы о смерти, я могу тебе помочь."
— Я замер на мгновение, почувствовав холодок по спине.
Кто вы?
Тень, казавшаяся на первый взгляд невидимой и неуловимой, стала конденсироваться, обретая форму и объем. Из угла комнаты выступал силуэт, постепенно проявляя свои контуры.
— Бессмысленная жизнь... подумал я.

Кто-то приблизился ко мне с такой скоростью, что я едва мог испугаться. Впереди меня внезапно возник человек в черном костюме, в стиле мод. Его белая рубашка с узким воротником подчеркивала стройность силуэта. На ней блестела золотая брошь с изображением летучей мыши с расправленными крыльями, а посередине ярко сверкал красный рубин, словно капля крови. Длинные черные волосы обрамляли его мраморно-бледное лицо. Борода и усы придавали его облику внушительный и величественный вид.
Его присутствие было подавляющим, воздух казался более густым, а само пространство комнаты словно сжималось вокруг меня. Я остолбенел.
Ссылка на интерактивную книгу:

#фэнтези #авторфэнтези #другаяжизнь