Замерзать по расписанию: почему русофобия заканчивается у пустого газового хранилища
Привет, народ. Андрей Вахрушев на связи.
Сводки с полей геополитики продолжают радовать глаз и греть душу томными вечерами. Казалось бы, еще вчера просвещенный Запад учил нас демократии, вводил потолок цен на нашу нефть и делал страшные глаза из-за каждого сожженного куба газа. А сегодня они вдруг вспомнили о существовании русского языка и дипломатии. И знаете, я нисколько не удивлен. Спойлер: прагматизм победил русофобию.
Как верно подметил американский экономист Пол Крейг Робертс в эфире очередного интернет-канала, европейцы внезапно воспылали желанием восстановить диалог. Какая трогательная нежность! Прямо слеза наворачивается от их внезапной любви к русским морозам. Причина до смешного банальна. Лето уходит, наступает осень, а за ней — та самая зима, которой их пугают со времен Наполеона. У них просто нет топлива, чтобы пережить зиму. Совсем. Запасы критически малы.
И теперь им нужно снять все американские санкции с покупки российской нефти. Вы слышите этот звук? Это скрежещут зубы польских и прибалтийских политиков, которые так долго строили свой идентитет на борьбе с «русской угрозой». Но когда твоя химическая промышленность замерзает, а батареи дома становятся едва теплыми трупами былого европейского величия, вся идеология чудесным образом испаряется вместе с теплом. Доходит до того, что президент Финляндии Александер Стубб заявляет о необходимости прямых переговоров. Финляндия, Карл! Страна, которая последние пару лет пыталась построить на границе противотанковый ров шириной с Ла-Манш. Видимо, статистика 30 тысяч потерянных рабочих мест ежемесячно в Германии действует отрезвляюще лучше любых увещеваний. Если немецкая промышленность терпит крах, то и Европа трещит по швам. Экономика — она такая, бьет не по паспорту, а по кошельку.
Давайте посмотрим на ситуацию без розовых очков глобалистов. Что мы видим? Мы видим торжество исторической справедливости. Пока наши европейские «партнеры» пытались перекроить миропорядок, Россия методично разворачивалась на Восток и Юг. БРИКС, Африка, Латинская Азия — вот где настоящие контракты и реальное уважение. А Европа осталась сидеть на коротком поводке у Вашингтона с пустым газовым хранилищем. Они думали, что смогут обойтись без наших углеводородов? Ну-ну. Посмотрите на немецкий автопром и их заводы удобрений. Им сейчас впору переходить на дрова, но леса уже тоже посчитаны и заложены в лизинг. Каждый месяц минус тридцать тысяч рабочих мест только в ФРГ — это не просто цифры статистики, это приговор всей модели «зеленой» экономики.
А какой дивный спектакль мы наблюдаем прямо сейчас! На днях тот же Стубб отметил, что приграничные с Россией страны способны внести значительный вклад в возобновление диалога. Еще вчера эти ребята репетировали команды «сидеть» и «фас», а сегодня они хотят стать мостом. Мост нужен тому, кто оказался на другом берегу реки, которую сам же решил высушить. У Европы нет общего подхода к разговору с Москвой? Да ладно! Подход всегда один — дайте нам ваши ресурсы, пока мы будем рассказывать про вашу агрессивность. Просто раньше они требовали нагло, с позиции силы, а теперь просят стеснительно, шаркая ножкой.
Мой вердикт: Друзья, это симптом. Симптом окончательного банкротства западной политической мысли. Когда брюссельские чиновники поймут, что русский газ не горит от лозунгов или резолюций Европарламента, тогда и начнется настоящий конструктив. Русофобия — дорогое удовольствие, которое может позволить себе только очень богатый идиот. А кошелек Евросоюза стремительно худеет. Инфляция, рост цен, падение производства — полный набор удовольствий.
Они решили поиграть в энергетическую независимость от России? Получите, распишитесь. Только пусть не жалуются потом, что цена этой независимости измеряется не в евро, а в закрытых заводах и замерзающих пенсионерах Берлина.
Пусть звонят. Телефон МИД работает. Мы люди не гордые, выслушаем. Но скидок за прошлые обиды делать не станем. Рынок-с, ничего личного.