💡Старый vs «новый» российский венчур: честно, без иллюзий

До 22 года в России не было полноценного венчурного рынка — была локальная надстройка над глобальным капиталом. Западные деньги, западные фонды, ориентация на экспорт основателей и компаний, юрисдикции вне РФ, ставка на IPO и M&A за пределами страны. Формально сделки шли, объёмы считали в сотнях миллионов и миллиардах, но инфраструктуры своего частного капитала, зрелых управляющих и устойчивой внутренней экосистемы не сложилось.

Вся эта конструкция рухнула в один год. Иностранные фонды ушли, «экспортные» стартапы уехали вместе с командами, часть сделок просто обнулилась. Объём рынка просел кратно, многие «бумажные единороги» остались без денег и без понятного сценария жизни дальше.

То, что сегодня называют «новым российским венчуром», по сути — первая попытка построить настоящий рынок частного капитала внутри страны. Трезвый, маленький по объёму, без дешёвых глобальных денег, но хотя бы честный по правилам: - капитал в основном российский, - фокус на внутренний рынок, - уход от «рисуем космический рост» к выручке, марже и адекватным оценкам, - сделки на более поздних стадиях, где есть продукт, оборот и реальный бизнес.

Это уже не венчур эпохи «growth at all costs», а гибрид: что‑то между поздним венчуром и private equity в миниатюре. Меньше шарлатанского «spray & pray», больше вопросов про юнит‑экономику, денежный поток и сценарий выхода.

Рынок объективно в упадке по цифрам: объём инвестиций и число сделок ниже докризисных лет, активность по M&A просела, ранние стадии недофинансированы. Но именно в такой среде возникает реальная премия за риск: - конкуренция за сделки ниже, - оценки не из паблик-маркета США, - пустые ниши после ухода глобальных игроков как фин тех и новые ниши с автоматизацией с ИИ- частный капитал в России вынужден искать внутренние истории РОСТА, особенно на фоне продающего ключа

Старый российский «венчур» был придатком глобального рынка. Новый — это болезненный, неровный, но первый шанс собрать нормальный класс частных инвестиций внутри страны. Для тех, кто готов думать категориями лет, а не кварталов, это, возможно, лучший вход за всё время существования «русского венчура» как класса активов.