Хроники редакции vc.ru: кофе, контент и немного безумия. Личный опыт работы в редакции vc.ru

На vc.ru утро начиналось не с кофе. Утро начиналось с крика.

— Кто поставил заголовок «Нейросеть уволила главреда — и теперь мы работаем на неё!»?! — орал Артур Томилко, ворвавшись в опенспейс с видом человека, который провёл ночь, споря с ChatGPT о синтаксисе.

Полина Лааксо сидела в углу и грациозно тыкала в Miro. У неё была точка зрения на всё, включая то, как правильно подогревать лапшу в микроволновке.

— Это был эксперимент, Артур. Пользовательская вовлечённость выросла на 16%. А ты, кстати, снова на втором месте в редакционном рейтинге. Я — первая. Сорри.

Томилко побледнел. В редакции это значило одно: сегодня ему предстоит писать статью не про стартап, который собрал $30 млн на «Uber для муравьёв», а про очередной «Клуб Founders, которые ходят в баню и делают вид, что работают».

Я сидел между ними, как нейтральная Швейцария, ел творожник и делал вид, что разбираюсь в unit-экономике. На самом деле я просто ждал, когда кто-то случайно напишет слово «блокчейн», чтобы вставить туда шутку про Соловьёва и метавселенную.

После обеда началась коллективная медитация. Полина вела сеанс:

— Закройте глаза. Представьте, что вы в комнате без KPI. Нет дедлайнов. Нет Excel. Только вы и хорошо написанный лид. Вы чувствуете? Это — счастье.

В этот момент Артур, не открывая глаз, пробормотал:

— Я всё ещё чувствую presence нейросети. Она следит. Она знает, кто не делает редактуры.

Между нами с Артуром были напряжённые отношения. Особенно после того дня, когда мы одновременно начали редактировать статью о «10 привычках успешного стартапера» и случайно активировали режим совместной правки в Google Docs. Там всё и началось.

Каждый из нас писал свою версию: он — деловую и сдержанную, я — с гифками котиков и постиронией. Это был бой на клавиатурах. В какой-то момент мы оба оказались настолько погружены в процесс, что словно объединились в едином редакционном оргазме. Google Docs задымился. Больше мы об этом не говорили.

Вечером я остался в офисе. Над городом опустилась ночь, а я редактировал статью про стартап, который выращивает грибы для упаковки айфонов. Полина зашла тихо, как push-уведомление от РБК.

— Пошли в бар, — сказала она. — Ты сегодня хорошо вставил шутку про Мету. Я оценила.

Мы сидели, пили красное вино и обсуждали, почему никто больше не читает длинные тексты. Я признался, что мечтаю однажды написать лонгрид, который никто не дочитает, но все притворятся, что дочитали.

— Это и есть настоящее искусство, — сказала она. — Быть непрочитанным, но цитируемым.