Что нужно для успеха в любом деле?
Предприниматель – это не профессия, не должность, не статус. Это образ мышления, образ жизни. В этом нет ничего привилегированного, ничего особо крутого.
Предприниматель от не предпринимателя отличается только одним качеством – предприимчивостью. Всё остальное не важно и не нужно, а если нужно – нарастёт по пути. Предприимчивому человеку не помешают ни отсутствие образования, ни отсутствие капитала, ни преграды и сложности. Потому что ум его настроен на поиск решений в любой ситуации.
Я встречал множество определений предприимчивости, но более прочих мне полюбилась такая формулировка: «Предприимчивость – это нравственно-волевое качество личности, проявляющееся в способности и умении быстро находить нужные и оптимальные решения, использовать нужные действия в нужный момент. Предприимчивость включает в себя практичность, находчивость, изобретательность, инициативность, ответственность и способность к риску. Предприимчивый человек способен самостоятельно действовать, идти на риск, склонен к новым формам отношений и деятельности, он активен, уверен в себе.»
Лет двадцать назад мне попала в руки удивительная книга весьма неординарного человека: «Миллионер» Артема Тарасова. Эта книга стала для меня тогда практически учебником предприимчивости. Люди в конце восьмидесятых умудрялись проворачивать невероятные сделки и видели возможности буквально под ногами.
В мире есть две главные книги про предпринимателей – это упомянутый «Миллионер» Артема Тарасова и «Теряя невинность» Ричарда Брэнсона. Все остальные книги либо про бизнесменов, либо про шарлатанов и инфоцыган. А в этих двух – истинный дух предпринимателя, настоящий хардкор.
Приведу пару любимых отрывков из Тарасова.
"Собрав деньги, я вновь полетел в Набережные Челны и очень скоро стал на заводе по производству грузовых автомобилей "КамАЗ" своим. Мне выписали пропуск, и я расхаживал по цехам, здороваясь за руку с инженерами и начальниками цехов.
В цехе ширпотреба мое внимание привлекли алюминиевые кастрюли для приготовления индеек и гусей. Их выпускали тысячами в день, но, поскольку такого количества гусей и индеек в Набережных Челнах отроду не водилось, сбыта у этой продукции не было вообще. Одна гусятница весила три килограмма и состояла из чистого алюминия. При этом в рознице она стоила всего три рубля.
"Если купить тысячу гусятниц за три тысячи рублей, получится три тонны чистого алюминия, - прикидывал я. - Переплавлять их обратно в металл не надо, можно просто экспортировать как изделия. А за границей три тонны алюминия стоят четыре тысячи восемьсот долларов - или целых шесть компьютеров. Продав в России шесть компьютеров, можно купить уже сто тысяч гусятниц и получить тридцать миллионов рублей чистой прибыли!"
От бизнеса с гусятницами меня отвлекла только встреча с генеральным директором КамАЗа. Мне удалось произвести на него хорошее впечатление, и вскоре семьдесят два грузовика, купленные на кредитные деньги предприятий, были отправлены в черноморский порт Ильичевск."
"К нам в то время обратилась известная французская фирма "Бюль", производящая компьютеры. Французы очень активно пытались выйти на вьетнамский рынок, а там нужна была аммиачная селитра и фосфатные удобрения для сельского хозяйства. "Бюль" предложила нам купить удобрения за рубли, отгрузить во Вьетнам, а за это расплатиться с нами компьютерами по бартеру. Это и натолкнуло нас на идею.
Мы поняли, что если завезти в СССР огромное количество персональных компьютеров, сбыту наших русскоязычных отечественных программ не будет конца. А схема получения компьютеров по бартеру без валютных затрат сама собой образовалась на сделке с французами.
Мы немедленно вышли на Руставский завод в Грузии по производству аммиачной селитры и на Воскресенский комбинат по производству кормовых фосфатов. Ни тот, ни другой свою продукцию никуда не экспортировали по вполне понятным причинам. К примеру, так называемые кормовые фосфаты содержали обыкновенный мышьяк. И если бы какая-нибудь корова их нечаянно съела, то немедленно бы отравилась. Кому они предназначались в корм, никто не понимал: ни производители, ни потребители.
До сих пор удивляюсь: куда эти заводы сбывали свои удобрения? Скорее всего, их зарывали в землю где-то неподалеку... А завод продолжал работу, так как увольнять людей строго запрещалось, заработную плату выдавали централизованно, вне зависимости от качества продукции и прибыли.
Аммиачная селитра обошлась нам в пятьдесят тысяч рублей. "Бюль" заплатила триста пятьдесят тысяч долларов компьютерами, оценив каждый в пятьсот долларов. Мы получили от "Бюля" семьсот компьютеров. Если эту цифру умножить на пятьдесят тысяч рублей, которые стоил один компьютер в СССР, выходило три с половиной миллиона с одной сделки! "
"Мы нашли на Урале буквально завалы порошка из титана, меди и других ценных металлов. Все это числилось в неликвидах и никому не было нужно. Оказалось, что это вполне экспортный товар: например, порошком из нашего алюминия на Западе напыляли внутренние поверхности компьютеров, а из порошка меди делали какую-то уникальную краску. Сплавлять обратно порошки металлов в слитки было невыгодно: терялось много металла, но за рубежом, конечно, могли и это делать. В общем, неликвидный в СССР товар имел большой спрос на Западе
Мы покупали порошок на заводах Урала очень дешево, как неликвидную продукцию, а продавали по цене реального металла. Покупатели на Западе были счастливы, потому что делать порошок из металла было так же дорого и невыгодно, как и обратный процесс. Прибыль от этого бизнеса была просто уникальной.
Помню, мы ввезли целый машиностроительный завод по производству газовых горелок, чтобы самим наплавлять поверхности порошком. И тот завод обошелся нам всего в пятьсот долларов!
Не верите? Считайте сами. Схема была чрезвычайно проста. Вы берете пятьсот долларов, покупаете компьютер, привозите его в Россию и продаете за пятьдесят тысяч рублей. Так? На эти деньги приобретаете пятьдесят тонн алюминия в порошке, который продаете по тысяче двести долларов за тонну, получая шестьдесят тысяч долларов прибыли. На них покупаете компьютеры, привозите их в Москву и после продажи получаете миллион пятьсот тысяч рублей. На него вы покупаете шесть тысяч тонн алюминия... "
"А вот другой пример страшной бесхозяйственности тех лет. Мы нашли под Москвой завод, который делал специальные подшипники для Белорусского тракторного завода. А в Белоруссии остановили производство этих тракторов и перешли на новые модели уже несколько лет назад. Подшипники стали никому не нужны. Но завод упорно продолжал их делать, там работало несколько тысяч человек, которых нельзя было уволить. Подшипники упаковывали в ящики, складывали в вагоны, отправляли в Белоруссию. Поезд заворачивали с тракторного завода на металлоплавильный, и все ящики там разгружали. Потом подшипники шли под пресс и снова переплавлялись в сталь. А сталь снова поступала на завод под Москвой - на новые подшипники..."
Поделитесь своими любимыми книгами на эту тему, буду благодарен :)
Привет! Я Ориан Алиев - дизайнер и предприниматель. Много лет читаю VC, пора бы и своим опытом поделиться. Пишу сюда и в свой маленький канал t.me/basturmator