{"id":14293,"url":"\/distributions\/14293\/click?bit=1&hash=05c87a3ce0b7c4063dd46190317b7d4a16bc23b8ced3bfac605d44f253650a0f","hash":"05c87a3ce0b7c4063dd46190317b7d4a16bc23b8ced3bfac605d44f253650a0f","title":"\u0421\u043e\u0437\u0434\u0430\u0442\u044c \u043d\u043e\u0432\u044b\u0439 \u0441\u0435\u0440\u0432\u0438\u0441 \u043d\u0435 \u043f\u043e\u0442\u0440\u0430\u0442\u0438\u0432 \u043d\u0438 \u043a\u043e\u043f\u0435\u0439\u043a\u0438","buttonText":"","imageUuid":""}

Как продвигать московский бар? / «В ручном режиме»: Даниил Виннер, совладелец «Брюс Бара» #vol33

Обсуждаем, как в турбулентное время продвигается небольшой московский бар: как адаптировались, какие фишки придумали и как в этом помогла четко сформулированная концепция бизнеса.

Выпуск №33 подкаста «В ручном режиме» от Rookee, сервиса для продвижения малого бизнеса в интернете.

Гость — Даниил Виннер, совладелец «Брюс Бара».

Ведущий подкаста — Алексей Романенков, генеральный директор сервиса Rookee.

Смотреть видеоверсию на YouTube, в VK.

Слушать аудиоверсию в VK или на Яндекс.Музыке.

Алексей: Друзья, привет! С вами снова подкаст «В ручном режиме». Я Алексей Романенков, и сегодня у меня очень интересный гость. Мы же с вами говорим про средний и малый бизнес. И я вдруг вспомнил, что у меня есть давнишний друг, у которого есть бар в центре Москвы.

Наверняка, у кого-то из наших слушателей есть бар либо кто-то, подзаработав деньжат, мечтает открыть свой ресторан. Звезды шоу-бизнеса зачастую открывают какое-нибудь питейное или едальное заведение. Поговорим об этом бизнесе. Мой сегодняшний гость Даниил Виннер — совладелец «Брюс Бара». Даня, привет.

Даниил: Привет, Леш. Очень рад тебя слышать и видеть. Спасибо, что пригласили.

Алексей: Мы знакомы много лет. Вот скажи тем, кто мечтает обзавестись собственным баром, какие рекомендации?

Даниил: (смеется) Хороший вопрос. Надо 100 раз подумать. Когда я начинал, я не воспринимал это как 100% бизнес. Лет 10 назад, когда мне было 40, я задумывался об ответственном способе потребления алкогольных напитков, и мне была близка эстетика баров. Мне было близко дегустационное восприятие алкогольных напитков, то есть не просто пить бездумно, а чтобы в них разбираться. Мне очень нравилось рассматривать это в бокале, разбирать нос, вкус. Мне нравилось, что я понимаю то, о чем я говорю, что я могу предсказать вкус даже отчасти по этикетке. В общем это льстило моему самолюбию, тщеславие – мой самый любимый грех. Наверное во многом поэтому все начинают свой собственный бизнес.

Вот у меня была такая возможность, у меня было все готово, была готовая команда, был человек, который этим горел не меньше, чем я, мой партнер, было понимание с помещением и т.п. Я понимал, что если не сейчас, то когда еще реализовать свое желание? Я, к сожалению, не относился к этому как к бизнесу, как к способу зарабатывания денег.

Алексей: То есть это был для тебя не способ зарабатывания, а способ траты денег? (смеется)

Даниил: Я на такую трату не сильно рассчитывал. Я не надеялся ни заработать много, ни потратить очень много. Этот бар существует 7 лет, тогда мне было 43 года. Я понимал, что это хорошее время. Во-первых, ты достаточно осмыслен, чтобы отвечать за принятое тобой решение, во-вторых, это очень хороший возраст, чтобы что-то начинать. С одной стороны, у тебя полно сил и решительности, с другой стороны, ты понимаешь, если не сейчас, то, когда уже за это все браться.

Я 15 лет проработал в интернет-рекламе. Вырабатывается определенная усталость от того, что ты делаешь. Тебе кажется, что все надоело, несмотря на то, что все здесь хорошо и стоит этим заниматься и дальше. Но вот хочется тебе другого.

Вот два тезиса, которые мне кажутся важными. Первое: я не воспринимал это как бизнес, и в некотором смысле я перепутал туризм с эмиграцией. Когда тебе нравится эта обстановка, тебе нравится ходить в бар, ты думаешь: вот сейчас я всё сделаю, буду спокойно туда ходить, встречаться с друзьями, организовывать деловые встречи. Но меня всё это затянуло и превратилось уже в способ зарабатывания денег. Это превратилось в бизнес.

Второй момент. Вот ты говоришь «едальное заведение», «общепит». Я когда в ряде документов вижу, что мы общепит, каждый раз удивляюсь. У меня сразу возникает в голове столовка или шикарный ресторан. Где-то в подсознании я себя не ощущаю представителем работника общепита, я скорее ощущаю себя организатором некого клуба, куда люди приходят ко мне, у них есть повод — это прекрасные коктейли, виски. Но правда в том, что это всего лишь повод.

Люди в любом случае ходят к людям.

Люди ходят к нам, ко мне, к команде нашей, ходят поговорить, но заодно выпить и перекусить, что-то посмотреть. В общем, для меня до сих пор удивительно, что это бизнес и что это заведение общепита. Не ожидал. Помнишь, анекдот про Дэвида Бэкхема, который раздавая автографы, случайно подписал контракт с ярославским «Шинником»? (смеется) Такое ощущение было.

Алексей: А сколько людей у тебя сейчас работает?

Даниил: 10 человек. Это совсем маленький бизнес. Наша такая, с позволения сказать, компактность стала залогом выживания в страшные года пандемии.

Да, еще один момент. Леша, сейчас я скажу страшную вещь: ты практически четверть века работаешь в онлайне.

Алексей: Да, так и есть.

Даниил: Даже больше четверти века, страшно эти слова произносить. И ты наверняка знаешь, что у человека, работающего в онлайне, возникает потребность: хочется что-то сделать «на земле».

Алексей: Точно. Пощупать руками что-то такое настоящее.

Даниил: Да. Вот я смотрю на медиаплан, насколько бы миллионов он ни был, ты берешь любую колоночку, меняешь, и у тебя на миллион больше или на миллион меньше… Потом баннеры, потом всё это куда-то пошло. А в жизни «на земле» ты можешь говорить, не делая скриншотов: смотрите, а вот это мое, видите, вот столики стоят, стульчики стоят. Вот и у меня это тоже было: хотелось сделать что-то «на земле».

Как ты понимаешь, бар 100% привязан к месту, юридическая лицензия привязана к юридическому адресу, здесь все строго. Когда ты не можешь просто взять ноутбук и перейти в другое место, куда-то поехать и работать оттуда, где тебе теплее, светлее, веселее и, более того, ты очень зависишь, ты зависим от людей, которые приходят. Кому-то нельзя было приходить, в какие-то моменты они реально боялись, в какие-то моменты кто-то куда-то уехал, а ты очень подвержен этому влиянию извне.

Алексей: Я помню, что в пандемию часть заведений пыталась выжить за счет доставки.

Даниил: Совершенно верно.

Алексей: Но у тебя такой продукт, что, во-первых, ты сказал, люди приходят к людям за общением, и это невозможно доставить, иначе тебя, Дань, надо возить по клиентам. Во-вторых, все-таки это алкоголь, лицензия, работать навынос ты не можешь.

Даниил: Да, абсолютно верно. Даже зная рестораны, которые работали в пандемию с доставкой еды, это скорее утешение, это способ быть чем-то занятым. Просто сама доставка не покрывает тех затрат, которые ты имеешь. Но есть те, кто изначально специализировался на доставке, это другое.

Алексей: Очень интересно послушать про твой опыт привлечения клиентов. Вот бизнес – бар в центре Москвы. У тебя богатейший опыт, ты такой прошаренный, прокаченный маркетолог, аналитик, статистик. Друзья, кто не знает, у Дани мощнейший математический аппарат, он преподавал в университете. Он может посчитать все что угодно. Насколько тебе пригодилась твоя прежняя профессия в части привлечения аудитории в офлайн-заведение с такой тонкой специализацией?

Даниил: Есть скилы, которые формируются в результате работы в рекламе, они могут пригодиться не напрямую, а косвенно. Опыт пригодился, но не то, что я проводил рекламные кампании в Директе, а скорее в создании дизайна, креативного стиля. Напрямую не могу сказать, что применял.

У нас такой бар получился, который живет сарафанным радио. Самое главное, что мы почувствовали, когда мы пытались с этим бороться и о себе громко говорить:

чем громче мы старались о себе заявлять, тем меньше это нравилось тем, кто к нам ходит.

Я расскажу один очень интересный пример. У меня один товарищ работает в крупной компании. Он приходит и говорит: я должен перед тобой извиниться, я тебя лишил достаточно хорошего заработка, не привел к тебе корпоратив крутых топ-менеджеров из крутой компании. Мне очень нравится к тебе ходить, я был уверен, что коллегам понравится у тебя, и я не хотел их здесь видеть потом каждый раз. Я хотел оставить это место для себя. Тогда я очень многое для себя понял.

У нас нет вывески, как ни странно, хотя мы не играем в модную тему спикизи-баров. Вот помнишь, раньше была модная тема: ты заходишь в лапшичную, а там человек стоит в дверях: назовите вашу фамилию, код и зайдите. В эти вещи мы не играем. У нас есть дверь, она неприметная. У нас есть козырек. У нас есть маленькая вывеска, на которой написаны до сих пор неправильные часы работы, в этом тоже есть отчасти наш характер. Люди попадают к нам и видят совершенно другую атмосферу. Нам все говорят: у вас, как в Питере. Я настаиваю, что так должно быть в центре Москвы. Я настаиваю, что такая Москва, которая забыта, которая несет на себе отпечаток столичного города, Брюсов переулок в себе это сохранил. Когда ты с утра на нем находишься, тебе действительно кажется, что ты куда-то отъехал, у тебя нет представления, что ты находишься в центре крупного города. Ты заходишь в бар, уютное место в гостях у сказки. Вот это на человека очень сильно действует, и он хочет, чтобы это оставалось его секретным местом.

Для многих мы известны как устроители виски-фестивалей, например.

Алексей: Значит ивенты, мероприятия.

Даниил: Да, цеховые специальные мероприятия. Переходя на рекламную терминологию, раскрутились как виски-место благодаря персоналиям и благодаря тому, что мы на регулярной основе устраиваем для любителей виски интересные мероприятия. Я смело могу сказать, что большая часть любителей виски Москвы и России знакомы с таким явлением, как наш «Брюс Бар».

Ивентами можно назвать и наши дегустации, которые проходят на регулярной основе. В пандемию это была основная активность. Мы, пожалуй, первые и долгое время единственные, кто делал онлайн-дегустации. Люди к нам приходили, забирали баночки-отливанты (наливаешь вместо рюмочки в баночку, люди забирают это с собой и дома собираются перед зумом). И это, конечно, был во многом наш звездный час, потому что те люди, которых я раньше не мог пригласить на такие мероприятия — часто это глобальные амбассадоры из Шотландии — они тоже все сидели на месте и не могли никуда ездить.

Раньше человека надо было бронировать за полгода, чтобы он приехал к тебе на ивент. А тут он говорит: «Да, пожалуйста! Когда? Во вторник отлично!» Благодаря этому мы провели огромное количество офлайнов с ведущими специалистами мира виски. Все эти записи лежат на нашей страничке в Facebook*, можно их посмотреть, к ним вернуться. Это действительно были звезды, это те, кого собирают лучшие международные фестивали.

Это нам тоже очень помогло. В трудные для себя времена мы нашли очень эффектный и эффективный ход для того, чтобы держаться на плаву и чтобы про нас не забыли.

Сейчас, бывает, приходят и говорят: я у вас столько не был, а вы до сих пор открыты. Иногда я говорю: спасибо за комплимент.

Надо сказать, что для бара семь лет – это очень много. Это так же нужно считать, как собачий возраст: умножать на 6 или 7. А учитывая последние три года, надо еще и в степень возводить.

Надо быть находчивым, никогда не унывать и находить интересные и актуальные методы, напрямую привязанные к твоей деятельности. Вот с этими онлайн-конференциями и онлайн-дегустациями мы (не подумай, что я хвалюсь) открыли фактически новую категорию.

Алексей: Круто. Не сдерживай себя. Мы специально встречаемся с гостями и делимся какими-то находками, опытом, не надо стесняться.

Даниил: Мы типа «бар для своих». Любому – добро пожаловать, заходите, людям нравится, они становятся своими, но человек хочет оставить нас для себя или показать отцу, товарищу, своей девушке: ты это место просто так не найдешь, пойдем я тебе покажу. Когда-то тебе хочется пойти в большой шумный известный бар, там покричать, а когда-то тебе хочется прийти спокойно, посидеть за столиком, попить легендарные классические коктейли, поговорить о виски и так, чтобы это место твоему спутнику или спутнице не было известно, удивить его самим приводом сюда.

Здесь есть очень важный момент. Спроси потребителя рекламы: вы любите рекламу? – Я не люблю, там вешают лапшу!

Алексей: Как в анекдоте: Любишь помидоры? Есть – да, а так нет.

Даниил: Точно! Рекламу любят только те, кто ее делает. Вся суть в другом: человек у себя в голове воспринимает рекламу как нечто навязанное ему, уговаривающее его что-то сделать. Вот в чем успех контекста: человеку кажется, что он сам это нашел. Он искал, и это уже для него не реклама, а информация, которую он искал, и у него совершенно другая лояльность к этому.

Известный пример, когда ты спешишь на автобус в аэропорт, и тебя спрашивают, который сейчас час. Ты смотришь на часы и говоришь: 18:45. Один раз ответил, два раза ответил, а на третий раз ты начнешь ругаться и всех посылать. Мы сейчас очень перегружены рекламой, вот этим интрузивным маркетингом, маркетингом прерываний. Эта проблема встает еще острее, когда человек сам что-то находит. Хотя мы с тобой понимаем, что те же самые результаты выдачи поиска, это тоже всё средства работы маркетологов.

Мы старались не ломать эту кулуарность своего заведения, но делали так, чтобы нас находили в нужном месте. Как ты учил в самом начале нашей интернет-деятельности: быть во всех каталогах!

Алексей: Да, мы часто говорим в рамках наших подкастов и встреч с экспертами, что есть просто такая интернетная гигиена,

не нужно палить огромные бюджеты, если тебя элементарно нет в каталогах, на картах.

Даниил: Да, совершенно верно. Здесь, конечно, очень помогают социальные сети, которое я веду. Тот контент, который ты даешь, должен быть интересен, он должен идти от души, легко читаться. При этом выполнять свою функцию, то есть не просто красиво написано, а человек должен понимать, к чему это написано. Мы представлены везде: в Facebook*, в Instagram*, во ВКонтакте и в Телеграме.

Алексей: Я повторю для наших слушателей. Тут дело не в том, чтобы быть в экстремистском Facebook*, и достаточно. У вас может быть огромное количество клиентов, и одному удобнее читать вас в Телеграме, другому в Instagram*, а третьему во ВКонтакте. И не нужно ломать людей через колено, в духе: мы только в VK, а кому не нравится, пусть идет лесом. Так не работает.

Даниил: Это приведет к обратному, лесом пойдешь ты. Кто-то говорит: я представлен во всех соцсетях. А что ты там пишешь? Интересно вообще тебя читать?

Думать, что ты написал пост, и к тебе тут же все побежали, совершенно ошибочное мнение.

Самый дорогой ресурс аудитории – это время, и мы в баре прекрасно это понимаем. Дело не в деньгах, которые человек оставляет у нас в баре, ведь он потратил самое дорогое – время: он оторвал свою пятую точку от дивана и поехал к нам. Ведь сейчас всё можно заказать, включая алкоголь, ты можешь найти способы его приобрести, не вставая с дивана.

Алексей: В условиях Москвы поход в бар – это два часа: час в одну сторону, час в другую сторону. У человека должна быть острая мотивация взять и к тебе приехать.

Даниил: Да, необходимость, причем необходимость осознанная. Я встаю и еду, мне хочется туда. И это в некотором смысле иррациональное желание. Человек к нам приехал, он осознанно решил, он заплатил деньги за такси, самое главное, он выделил свое время, чтобы прибыть к нам и поговорить. Это, конечно, огромная ответственность.

Еще есть большая проблема: вчера у нас было закрытое мероприятие, это выгодно для бара…

Алексей: То есть закрыто, но это не выходной.

Даниил: Да, у нас есть один такой выходной, понедельник, мы его для себя взяли для перезагрузки. Во-первых, это традиционно самый малопосещаемый день, а во-вторых, надо как-то перезагружаться. Вот в понедельник мы для гостей не работаем, хотя внутри работа кипит.

И вот иногда мы закрываем бар под наших постоянных гостей, которые хотят провести у нас закрытое мероприятие. День рождения или корпоратив. Для всех остальных я обязательно заранее пишу во всех соцсетях, что, ребята, обратите внимание, в этот день мы будем закрыты. Очень часто люди это не успевают прочитать и приезжают, а бар закрыт, и вроде он всё головой понимает, бывает, но ведь настроился уже! Мне очень это неприятно, потому что бар – это заведение, которое должно быть как кабинет психолога, как церковь, которая у нас напротив. Это очень важный социальный институт, который должен быть открыт по требованию.

Алексей: Представляете, бар должен быть как церковь. Это же почти исповедь – поговорить в баре с барменом.

Даниил: Да, это называется контактный бар. Сейчас не буду пугать людей исповедью. У нас договор с церковью, мы не отпускаем грехи, они не открывают бар. (смеется)

У нас американский бар, которые раньше существовали при гостиницах, потому что там были дорогие клиенты. Они появились как самостоятельные заведения только в 60-х годах XX века. А так все это были пабы, так называемые паблик-хаусы, где тебе наливают пиво. Это старейший социальный институт, где ты мог наняться на работу, услышать последние новости, что-то обсудить. Т.е. то, что ты не мог сделать в другом социальном институте.

Я настаиваю, что заведение типа нашего – это социальные институты, институты социализации, где человек решает свои социальные вопросы, которые не решаются кнопкой на Госуслугах.

Не просто малый бизнес, который обеспечивает рабочими местами людей и кормит семьи, а именно как социальная значимость этих вещей.

Алексей: Да, и атмосфера в городе. Бывает, ты по улицам или переулкам пройдешь, и там первый этаж пустой, то есть там ничего еще нет или почему-то уже нет. А в какие-то места приходишь и там, куда ни посмотри: везде маленькая лавочка, тут цветы, тут бар, там кофейня. И это настолько расцвечивает улицу, делает ее живой.

Даниил: Наполняет духом и смыслом.

Я часто стою напротив бара, и проходят люди, которые живут там недалеко, и ты их уже знаешь, это даже не то, что посетители твоего бара, а с тобой просто здороваются так, по-старомосковски. Перекинулся парой слов, пока человек проходит, и у тебя на душе спокойнее. Это очень по-человечески, человек все-таки животное социальное, и ему это нужно.

Алексей: Ты упомянул, что для бара 7 лет – это солидный срок. У меня разные мысли на этот счет, с одной стороны, за 7 лет вы создали те отличительные черты и преимущества, за которые вас любят и идут к вам, вас рекомендуют. А с другой стороны, что, уже нужна какая-то перезагрузка? Ведь страшно потерять все то, что наработано.

Даниил: Очень хороший вопрос. Всегда есть разница между революцией и эволюцией. Ты абсолютно правильно отметил, изменять формат мы не будем, мы можем что-то добавить что будет вписываться в текущую концепцию, и мы про это думаем.

Один ресторанный деятель очень хорошо сказал. Он постоянно открывал бары, и его спрашивали: какой у тебя новый проект? И он говорит: почему вы меня не спросите, что у меня со старыми? Почему я все время должен делать что-то новое?

У нас в стране есть огромная проблема с традициями. Ты идешь по европейскому городу, и ты видишь, что бар существует с такого-то года, это заведение существует с такого-то года. Где-то они приврали, то закрывались, то открывались, но где-то в домовой книге есть запись, что здесь это существовало, и они тут же это ставят на вывеску. Ведь это не просто так.

Стабильность – признак мастерства. Это как мечта, когда у тебя сначала отцы – один за стойкой, второй ходит к нему в бар – а потом их дети так же. Вот это сильнейшая штука. И здесь я за то, чтобы сохранять традиции.

Нам почему-то все время надо делать новые устройства, чтобы там были новые функции, и если даже они тебе не нужны, надо все время говорить, чтобы люди их покупали, чтобы ты зарабатывал на маркетинге этих новых функций. Это надо в определенной степени ограничивать, должно быть хорошее постоянство, то, что называется консерватизмом. Это не значит, что если раньше считали на счетах, тебе не надо переходить на компьютер (хотя обрати внимание, как людям нравится, когда у тебя стоит какая-нибудь старая касса итальянского типа, которая щелкает, стучит, которая видела еще твоего прадедушку).

Алексей: Давай о продвижении. Если у тебя офлайновое заведение, эффективно ли рекламировать его в онлайне? Ведь этот переход из онлайн-среды в офлайн-среду, как правило, ломает тебе всю конверсию.

Даниил: Нет. Я бы так не сказал сразу. Еще раз обрати внимание, мы с тобой попадаем в старую ловушку. Когда мы говорим «баннер», мы имеем в виду графические рекламные материалы в отрыве от контента и того, куда они вписаны. Нельзя сказать, что баннерная реклама для офлайна бесполезна. Ни в коем случае, конечно. Во-первых, у тебя баннер может быть разный, во-вторых, он может висеть в разных местах. Ты должен хорошо понимать и считывать контекст человека, давать соответствующий этому контексту контент в нужное время.

Если ты в офлайне, это не значит, что ты не должен рекламироваться онлайн-материалами. Но надо вписываться в контекст и делать это хорошо.

Алексей: И про смешивание или перетекание аудиторий. Ты сказал, что чуть ли не большинство твоей аудитории с тобой с момента открытия бара, твои знакомые, либо знакомые знакомых, формировалось сообщество вокруг бара.

Однако были ли попытки за счет каких-то инициатив привлечь ту аудиторию, которая в обычном режиме до тебя бы не дошла, и сарафанное радио здесь бы не сработало? Какие-то внешние истории, которые позволяют привлечь новую аудиторию, а дальше ее как-то сохранить, закрепить?

Даниил: Естественно. Нельзя сказать, что у нас в баре только наши знакомые, уже давно нельзя так сказать. Мы обрастаем, нас рекомендуют. Нас приглашали на выездные мероприятия, когда ты выезжаешь с визиточкой бара, людям нравится, как классно вы готовите, спрашивают, где еще можно попробовать. Ты говоришь: ребята, у нас целый бар в Брюсовом переулке, приходите. Выездные мероприятия, которые мы делаем по просьбе наших партнеров или наших гостей, тоже превращаются в рекламу нашего бара.

До пандемии у нас каждую пятницу и субботу были концерты, и люди приходили специально на концерты и с удовольствием их слушали, и кто-то действительно потом снова приходил в бар. Все это мы использовали. Но мы заметили, что люди нас больше ценят как тихое уютное место. Это не значит, что мы не будем больше делать концерты. Мы к этому подходили творчески, у нас выступали иностранные группы, например, известный шотландец Фрэнк Магуайер, сейчас колесит с международными турне по Европе. Все это мы делали, и все это дает свой кумулятивный эффект.

Алексей:

Не нужно ждать, что каждое отдельное действие сразу породит очередь, это накопительная штука.

Даниил: Абсолютно верно, это ассоциативные вещи. Мы всё пытались считать. Один человек на что-то попал, ему понравилось, он это запомнил и через год вернулся с идеей провести корпоратив, свою свадьбу, или просто начал ходить к тебе. Вот это все накопительно.

Я почему акцентировался на времени: говорят, что бар накапливает аудиторию 3 года, и дальше живет спокойно. Я, пережив пандемийные года и еще много чего, уже спокоен за наше заведение. Всегда что-то может произойти, это понятно. Но я спокоен, потому что вижу стрессоустойчивость заведения. Я вижу, как оно работает, почему сюда ходят люди.

Алексей: Т.е. за это время помимо того, что у вас сформировался определенный концепт, мощное отличительное качество от других баров, сформировалось и достаточное ядро аудитории. В принципе за счет ядра ты можешь спокойно себя чувствовать.

Даниил: Абсолютно верно, то есть произошел кумулятивный эффект.

Я уже вижу спокойные, уверенно заполненные выходные, уверенно заполненные будние дни. Да, бывает какая-то неделька чуть более пустая, бывает какая-то без продыху. Вот никогда не знаешь, как будет.

У бара есть такое понятие «электричка подъехала»: когда все гости приходят одновременно. Это страшный сон, потому что у тебя не так много человек на смене, а всех надо быстро посадить, рассказать, показать и уделить внимание. Дальше, когда люди сидят и заняты своим делом, уже попроще.

Чтобы были люди, нужен комплекс рекламных мероприятий. Это не что-то одно, когда положил 2000 рублей на Директ и сидишь, ждешь. Люди думают, что у них сразу попрет, надо только денег занести. Нет, работает комплекс рекламных мероприятий, а вот каких именно, каждому предстоит понять.

Самый лучший пиарщик – этот владелец бизнеса, потому что ты из него можешь вытащить суть, ради чего он горит.

Я семь лет в баре, видишь, какой уставший, невыспавшийся, но до сих пор с задором про это говорю. Я сам себя сейчас слушаю и думаю: очень хорошо, значит еще не устал.

Надо хорошенечко думать, какие мероприятия тебе надо провести, что надо сделать. И не ждать сиюминутного эффекта. Это глупо. Наверное, так это работает только в плане большой телевизионной рекламы для FMCG.

Алексей: Или какой-то вирусняк. Когда просто повезло. Завирусился ролик.

Даниил: Да, но сколько это продержится? Ты все время должен быть на этой игле, и ты должен понимать: а может быть, ты мог сделать это меньшими ресурсами? Мы с тобой все-таки говорим про малый и средний бизнес, потому что у большого бизнеса реклама — это как определенное производство, производство рекламы. Реклама, она такая бездушная, массовая, она создана для массовых покрытий. Мы все-таки с тобой говорим больше о маркетинге и в том числе о его точечных инструментах.

Ведь что такое маркетинг? Маркетинг – это формирование целевой аудитории. Ты ее формируешь, ты ее обрамляешь, находишь свою нишу и в лучшем случае – ты ее создаешь. Тогда появляются фанаты, появляются люди, которые привязаны и ходят к тебе.

Алексей: Великолепно. У меня один из последних вопросов был, собственно, про твои рекомендации.

Даниил: Как говорит наш с тобой общий друг Гриша Шанаев…

Даниил: Он часто говорит очень хорошую вещь: лучше что-то сделать и пожалеть, чем не сделать и пожалеть.

Алексей: Это правда. Мне тоже очень понравилось, у кого-то подслушал: самый глупый вопрос — не заданный вопрос.

Даниил: Да, согласен, если ты не задашь глупый вопрос, боясь показаться глупым, то так на всю жизнь и останешься дураком. Не знаю, это действительно китайская мудрость или просто в мемах подписали, но это сермяжная правда. Надо пробовать, надо стараться, надо смотреть.

Алексей: Даня, мы, в свою очередь, хотим пожелать тебе еще 7 по 7, чтобы у нас была возможность всегда зайти в Брюсов переулок, в «Брюс Бар», и тебя там найти. Вам успехов и процветания!

Даниил: Спасибо! Спасибо, что позвал.

* Meta и входящие в нее Facebook и Instagram признаны экстремистскими организациями, деятельность которых запрещена в РФ

Смотреть видеоверсию на YouTube, в VK.

Слушать аудиоверсию в VK или на Яндекс.Музыке.

Напишите нам, если у вас есть вопросы или предложения по нашему подкасту.

Сервис для продвижения малого бизнеса в интернете Rookee

0
Комментарии
-3 комментариев
Раскрывать всегда