Потолок цен на бензин: почему АЗС "в минусе"

Осенью 2025 года Национальный автомобильный союз предложил Федеральной антимонопольной службе зафиксировать потолок цен на бензин по формуле «прошлогодняя цена + инфляция».

На уровне здравого смысла идея выглядит убедительно. Предсказуемые цены. Защита от резких скачков. Понятные правила для всех.

Но есть деталь, о которой редко говорят публично.

По оценкам отраслевых аналитиков, независимые АЗС в 2025 году теряли до 4 рублей с проданного литра топлива. В такой конфигурации официальный потолок может не защитить рынок, а зафиксировать убыточную модель.

Вопрос в том, кто и на каком уровне цепочки берёт на себя ценовые риски.

Чтобы понять, почему это происходит, нужно разобрать всю цепочку от опта до розницы и интересы разных сторон.

Предложение НАС сформулировано прямо.

Максимальная цена бензина на АЗС в регионе = средняя цена в этом же регионе в аналогичный день прошлого года + накопленная инфляция.

Проще говоря, если литр АИ-95 в регионе год назад стоил, например, 55 рублей, а официальная инфляция за год составила около 7 процентов, то новая верхняя граница цены оказывается в районе 58–59 рублей за литр.

Речь идёт именно о предложении, а не о принятом нормативном акте. Оно обсуждалось публично и направлялось регулятору как вариант прозрачных и понятных правил.

Формула интуитивно ясна. Вопрос в том, как она работает в реальной экономике АЗС.

В публичной риторике ответ очевиден: потребителям. Мало кому нравится, когда цена на бензин меняется резкими скачками. Тем более что топливо является заметной составляющей себестоимости множества товаров и услуг.

Но если посмотреть шире, появляются и другие группы интересов.

Транспорт и логистика

Для автоперевозчиков топливо является одной из ключевых статей затрат. На него приходится около 30 % себестоимости автоперевозок.

В 2024 году себестоимость перевозок выросла примерно на 25 %. В 2025 году прогнозировался дополнительный рост. При этом тарифы на перевозки стабилизировались и не компенсировали рост затрат.

В такой ситуации сдерживание цен на топливо становится прямым способом удержать маржу транспортного бизнеса.

Государство и социальная стабильность

Цены на бензин относятся к социально чувствительным темам. Резкие скачки порождают недовольство, обвинения в спекуляциях и политическое напряжение.

Потолок создаёт ощущение стабильности и управляемости. Для государства это инструмент снижения социального напряжения и демонстрация контроля над важным сегментом экономики.

Сегодня в России нет закона, который устанавливает максимальную розничную цену на бензин.

Но де-факто рынок много лет живёт в режиме ограничения. Базовая установка звучит просто: рост цен на АЗС не должен выходить за рамки инфляции.

Это правило поддерживается не одной нормой, а набором практик:

Важно и другое. Говорить, что бензин был доступен повсеместно, было бы некорректно. В 2025 году в ряде регионов фиксировались перебои с поставками, лимиты и временные остановки продаж. Но в среднем розничные цены старались удерживать в умеренной динамике.

Чтобы понять, где возникает проблема, нужно смотреть не на розницу, а на цену закупки топлива и остальные расходы АЗС.

В упрощённом виде экономика розницы выглядит так:

Розничная цена = Опт + Логистика + Операционные расходы + Финансовые издержки + Маржа

Где:

В нормальной рыночной ситуации рост оптовых цен приводит к росту розничных. Проблема возникает тогда, когда опт растёт значительно быстрее инфляции, а розничные цены при этом удерживаются в рамках инфляционного коридора.

По оценке исследовательской группы «Петромаркет», осенью 2025 года маржинальность независимых АЗС выглядела так:

В такой ситуации каждый проданный литр увеличивал суммарный убыток. Причина в том, что розничная цена удерживалась в умеренном коридоре, закупочная цена и логистика могли резко дорожать, а операционные расходы и стоимость финансирования росли быстрее инфляции.

Розница стала буфером между социально чувствительной ценой и волатильным оптом.

Фактические последствия уже проявились. С июля по сентябрь 2025 года число АЗС, продающих бензин, сократилось на сотни станций. Доля независимых операторов в этом сокращении была непропорционально высокой.

На первый взгляд решение кажется очевидным: если закупка выросла, подними цену. На практике для независимой АЗС это почти всегда проигрыш.

Административный фактор

Рост цен выше общественно допустимого коридора быстро попадает в поле зрения регулятора и требует экономического обоснования.

Конкуренция с ВИНК

Крупные вертикально интегрированные компании могут дольше держать цену, компенсируя потери за счёт других сегментов бизнеса. Независимая АЗС такой подушки не имеет. Разница в 2–3 рубля часто означает потерю потока.

Отрицательная математика

Когда маржа отрицательная, рост объёма не спасает. Он ускоряет убыток. Отсюда лимиты на отпуск и временные ограничения продаж как попытка снизить потери.

Формула НАС регулирует итоговую розничную цену. Но она не отвечает на ключевой вопрос: что делать, если закупка и издержки делают продажу по этой цене убыточной.

Сейчас у независимых АЗС остаётся хотя бы минимальная гибкость. Локальные корректировки в рамках неформального коридора.

При официальном потолке эта гибкость исчезает. А если опт остаётся волатильным, маржа уходит ещё глубже в минус.

В этом и состоит парадокс. Мера, задуманная как стабилизирующая, фиксирует убыточную модель для АЗС.

В 2025 году ФАС возбуждала дела из-за резкого сокращения продаж топлива на бирже со стороны отдельных крупных поставщиков.

Это важный сигнал. Он показывает, что напряжение формируется выше розницы, там, где независимые операторы закупают ресурс.

Если предложение в опте сжимается, закупка дорожает. Если розницу при этом удерживают, маржа исчезает.

Регулировать только ценник на стеле значит работать с симптомом, а не с причиной.

Демпфер — это бюджетная компенсация производителям за продажу топлива внутри страны вместо более выгодного экспорта.

Проще говоря, государство доплачивает производственному контуру, чтобы топливо оставалось на внутреннем рынке.

Но демпфер не является прямой поддержкой независимых АЗС. Они чувствуют эффект только косвенно, если оптовый рынок действительно стабилизируется.

Если этого не происходит, демпфер не закрывает разрыв между оптом и розницей.

Если официальный потолок вводится без стабилизации оптового контура, возможны три сценария.

Первый. Ускоренный уход независимых АЗС и рост концентрации рынка.

Второй. Субсидируемая модель, где государство фактически платит за социальную цену.

Третий. Смещение фокуса на опт. Дисциплина биржевых продаж, логистика, прозрачность предложения.

Третий вариант экономически наиболее логичен. Но он сложнее политически, потому что затрагивает интересы крупных игроков выше по цепочке.

Потолок цен сам по себе не является злом. Все зависит от того, где именно его пытаются применить.

Пока розницу удерживают, а опт живёт своей жизнью, независимые АЗС остаются в разрыве между двумя мирами. И в этом разрыве формальный потолок становится не защитой рынка, а ускорителем его перекройки.
Больше о топливном ритейле и других темах пишу в Telegram-канале Fuel Retail.