[ { "id": 1, "label": "100%×150_Branding_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfl" } } }, { "id": 2, "label": "1200х400", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfn" } } }, { "id": 3, "label": "240х200 _ТГБ_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fizc" } } }, { "id": 4, "label": "240х200_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "flbq" } } }, { "id": 5, "label": "300x500_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfk" } } }, { "id": 6, "label": "1180х250_Interpool_баннер над комментариями_Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "bugf", "p2": "ffyh" } } }, { "id": 7, "label": "Article Footer 100%_desktop_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjxb" } } }, { "id": 8, "label": "Fullscreen Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjoh" } } }, { "id": 9, "label": "Fullscreen Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjog" } } }, { "id": 10, "disable": true, "label": "Native Partner Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyb" } } }, { "id": 11, "disable": true, "label": "Native Partner Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyc" } } }, { "id": 12, "label": "Кнопка в шапке", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fdhx" } } }, { "id": 13, "label": "DM InPage Video PartnerCode", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox_method": "create", "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "bugf", "p2": "flvn" } } }, { "id": 14, "label": "Yandex context video banner", "provider": "yandex", "yandex": { "block_id": "VI-223676-0", "render_to": "inpage_VI-223676-0-158433683", "adfox_url": "//ads.adfox.ru/228129/getCode?p1=bxbwd&p2=fpjw&puid1=&puid2=&puid3=&puid4=&puid8=&puid9=&puid21=&puid22=&puid31=&fmt=1&pr=" } }, { "id": 15, "label": "Плашка на главной", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "p1": "byudx", "p2": "ftjf" } } } ]
{ "author_name": "Никита Евдокимов", "author_type": "self", "tags": ["\u043f\u0440\u0435\u0434\u043f\u0440\u0438\u043d\u0438\u043c\u0430\u0442\u0435\u043b\u0438","\u0445\u044d\u043b\u0441\u0438_\u043c\u0430\u0439\u043d\u043e\u0440","cnet","\u0438\u0441\u0442\u043e\u0440\u0438\u044f_cnet"], "comments": 1, "likes": 10, "favorites": 11, "is_advertisement": false, "section_name": "default", "id": "13980", "is_wide": "1" }
Никита Евдокимов
1 570

От работы в инвестбанке до основания собственного интернет-медиа: История создателя CNET Хэлси Майнора

Издание The Next Web опубликовало материал, посвящённый жизни и карьере Хэлси Майнора — основателя издания CNET. Редакция узнала, как строилась карьера предпринимателя, с чем был связан кризис, который Майнор пережил в 2006–2008 годах и над чем Майнор работает сейчас.

Редакция vc.ru публикует перевод заметки.

Как ни взгляни, Хэлси Майнор построил блестящую предпринимательскую карьеру. Он был одним из первых партнеров Джеффа Безоса (генеральный директор Amazon — прим. ред.); он разработал основы ИТ-медиа, став одним из основателей CNET; он открывал много новых проектов и инвестировал в уже существующие компании.

Пережив полосу неудач и выдержав непростую борьбу с химерами банкротства и депрессии, он вернулся с ещё более амбициозной целью: подорвать господство банков. Что весьма любопытно, ведь его карьера началась именно в банковской сфере.

И вот его история.

Мечтая о прорыве

Заканчивая школу, Майнор мечтал найти такую работу, чтобы помогать развивающимся странам в реализации инфраструктурных проектов: строить дамбы, дороги и так далее. Своё будущее он видел в организации уровня МВФ (Международный валютный фонд). Поступив в колледж, он изучал антропологию и арабский язык («в 80-е годы все деньги принадлежали арабскому миру»), а затем нашел работу в сфере корпоративного финансирования. Карьера в инвестбанке Merrill Lynch могла стать главным шагом на пути к цели, но его планы внезапно изменились.

«Я был разочарован: инвестиционно-банковская деятельность оказалась вовсе не тем, чем я её себе представлял, — вспоминает Майнор. — Поэтому я немедленно уволился и занялся компьютерами».

Так началась его жизнь в роли ИТ-предпринимателя. Впрочем, это стало продолжением его студенческих бизнес-экспериментов.

«Мой колледж был в другом штате, и чтобы помочь таким же студентам, я поставил в разных частях города три компьютера с базой данных жилья под аренду. Зашёл, например, студент в книжный магазин, задал при помощи джойстика критерии поиска — «двухкомнатная квартира в такой-то части города по такой-то цене», — и принтер тут же распечатал для него подходящие варианты. Этот сервис я назвал «Rental Network».

Это было в середине 80-х годов и те компьютеры, разумеется, не были подключены к сети. Поэтому раз в неделю Майнору приходилось брать диск и собственноручно обновлять базу данных каждой машины. Он прекрасно понимал, как динамично развивавшиеся в то время сетевые технологии могли бы сделать его жизнь проще, однако перед ним стоял более серьёзный выбор: «Мне нужно было решать, чем заниматься дальше: либо ехать в Бостон и развивать свой сервис, добиваясь максимального охвата аудитории, либо принять приглашение от Merrill Lynch».

Майнор пытался совмещать поддержку Rental Network и работу в Merrill Lynch, но сервис почти сразу же приказал долго жить, стоило будущему предпринимателю всерьёз взяться за карьеру на Уолл-стрит.

Молодой человек по имени Джефф Безос

Оставив инвестиционно-банковскую деятельность, Майнор вернулся к программированию. В орбиту его интересов попали первые гипертекстовые системы: «Я использовал программу Asymetrix ToolBook от Пола Аллена, одного из основателей Microsoft. С её помощью я создал для PC эквивалент HyperCard».

Как раз в то время, когда работа над этим проектом подходила к концу (начало 90-х годов), Майнор познакомился с молодым Джеффом Безосом. В ту пору он был больше связан с миром Уолл-стрит, нежели с ритейлом и ИТ — сферами, которые он преобразит спустя всего пару лет, разработав Amazon.

«Мы заключили партнёрство, чтобы запустить сервис под названием Worldwatch, — вспоминает Майнор. — Предполагалось, что система будет брать шесть разных новостных лент, проводить детальный анализ содержимого, а затем — в зависимости от контента — рассылать банковским служащим. Сегодня издательства уровня Bloomberg способны делать эту работу с закрытыми глазами, поэтому подобный сервис потерял свою актуальность. Но разработки в этом направлении помимо нас начинали ещё несколько компаний, предлагая подписчикам индивидуальные новостные рассылки по факсу или даже по электронной почте».

«Поначалу банк Merrill Lynch собирался выделить нам на разработку $750 тысяч, однако в конечном счете они отказались, потеряв слишком много денег в 1990 годах. Единственное, что оставалось нам с Джеффом — попытаться привлечь инвестиции из других источников».

«Некоторое время спустя мы снова созвонились и решили, что у нас не получится найти этим деньгам замену, что игра не стоит свеч и что дальше каждый из нас будет сам по себе. Я был раздавлен».

Создавая CNET

Хоть Майнор и чувствовал себя разбитым, но он смог найти в себе силы запустить ещё один стартап. CNET появился на свет в 1993 году. Сегодня многие воспринимают его исключительно как сайт с новостями и обзорами технических новинок, однако в то время он представлял собой нечто гораздо большее — совокупность многих продуктов, как явных, так и скрытых от пользовательских глаз.

«Примерно четыре года мы создавали сервисы, которыми я грезил, и это естественно. CNET стал воплощением моей любви к ИТ-сфере».

«У меня уже был опыт онлайн-публикаций, и я был страстным фанатом ИТ-изданий. Поэтому я просто создавал в интернете такую компанию, которую мне хотелось создать. Я сделал действительно собственный продукт. Я делал то, что хотел бы видеть сам, оказавшись на месте посетителя, поэтому мне было так легко».

Например, сервис Download.com, запущенный в 1996 году как часть CNET. Проект представлял из себя онлайн-хаб для ПО, распространявшегося в то время чаще всего либо на дисках и дискетах, которые вкладывались в специализированные журналы, либо через разрозненные сайты на просторах ещё пока молодой сети.

Сегодня компании уровня Vox Media, Gawker Media и BuzzFeed создают свои собственные системы управления контентом (CMS): в середине 90-х годов подобный шаг был не роскошью, но насущной необходимостью. Родившаяся в недрах CNET система StoryServer при помощи компании Vignette Corporation стала самостоятельным коммерческим продуктом медиагиганта.

Будучи крупным игроком на рынке онлайн-медиа, CNET участвовал в формировании нынешней экосистемы. Например, в 1996 году компания помогла организовать Бюро интернет-рекламы, известное сегодня как Интерактивное рекламное бюро — IAB (Interactive Advertising Bureau).

«Его мы создавали вместе с одним корреспондентом из журнала PC Week, — вспоминает Майнор. — Чтобы успешно стартовать, мы пригласили лидеров индустрии интернет-рекламы в офис CNET. В то время мы выпускали 5 кабельных шоу о компьютерных технологиях и планировалось, что мы превратимся в Кабельное рекламное бюро — CAB».

Однако, говорит Майнор, уже после первой встречи стала очевидной проблема лидерства: «Кое-кто в индустрии опасался, что если мы возглавим Бюро, то будем присваивать доходы от интернет-рекламы. Я предпочел уступить и отойти на второй план: для меня было важнее само существование Бюро, а не возможность им руководить». Затем, в 1999 году, портал CNET возвестил о том, что впервые в истории на сайте интернет-медиа была опубликована «политика издания и принципы распространения информации» — этические ориентиры, которые разграничили редакторские и коммерческие материалы. В печатных изданиях такое «разделение церкви и государства» произошло давным-давно, в то время как интернет-медиа всё ещё оставались своего рода «Диким западом», которому ещё только предстояло созреть по мере притока новых пользователей.

Созревание

Созреть предстояло скорее не самому интернету, а отношению к нему со стороны традиционных медиа.

«Тогда интернет был лишь средством передачи информации, поэтому то время было самым ярким и интересным, ведь … все были настроены скептично, не видели перспектив, а я пытался переубедить весь мир», — вспоминает Майнор. «Wall Street Journal мог запросто перепечатать материалы с нашего сайта без каких-либо ссылок, и мне захотелось сделать так, чтобы традиционные медиа считались с интернет-медиа, чтобы авторы как минимум ссылались на сайты при копировании информации, а как максимум — воспринимали нас как ровню».

Портал CNET служил для других компаний своего рода стартовой площадкой. Поисковик Snap и онлайн-магазин BuyDirect были сперва частями медиа-гиганта, прежде чем отправились в самостоятельное плавание. Со временем Snap стал совместным предприятием с телевещательной компанией NBC, которой принадлежит 60% акций, а Майнору — кресло руководителя. Хоть поисковик и привлекал больше траффика, чем CNET, тем не менее в конце концов его постигла неудача. А вот BuyDirect был приобретен beyond.com — другим онлайн-ритейлером — за серьезные для 1998 года деньги — $130 млн.

Сайт CNET стал прибыльным в 1998 году, а в феврале 2000 года Майнор покинул компанию. Он был полностью удовлетворен достигнутым. «Посудите сами: мы входили в топ-100 лучших компаний биржи NASDAQ. Наша чистая прибыль составляла $367 миллионов, плюс $1,1 миллиардов нереализованного дохода от компании Vignette Corporation. Мы были невероятно прибыльны, в отличие от других».

«В том квартале мы показали рост в 130% в годовом исчислении, и я в буквальном смысле достиг всего, о чём я мог только мечтать, и всего, чего только мог достигнуть, и даже больше». Он уже знал, за что взяться дальше.

Сила, с которой принято считаться

«Я был сооснователем и держателем второго по величине пакета акций компании Salesforce, также я вложил в неё $19,5 миллионов в 1999 году. Тогда Марк Бениофф ещё не был генеральным директором, он стал им только 2,5 года спустя. До него руководителем был парень по имени Джон Диллон, которому я решил помочь с развитием Salesforce, ради чего и покинул CNET».

Майнор заботится о том, чтобы история не забыла имени Джона Диллона, поскольку сейчас сервис чаще всего связывают именно с фигурой Бениоффа.

«Портал Salesforce был удачной комбинацией моих издательских навыков — веб-паблишинга и предпринимательской способности Марка. А ещё с нами был Джон Диллон … история незаслуженно обделила его вниманием, ведь он проделал феноменальную работу, создавая и развивая Salesforce в первые два с половиной года».

«Они с Марком были абсолютно разными людьми: тот плавал с дельфинами (когда у Марка Бениоффа случился творческий кризис, он бросил всё и уехал на Гавайи. И там, плавая с дельфинами, он прозрел и понял, как улучшить Salesforce. И спустя некоторое время стал генеральным директором компании — прим. переводчика), а Джон … в своё время он был командиром подводной лодки, понимаете, да? Тем не менее, сперва прибыль компании составила $3 миллиона, затем $20 миллионов, затем $50 миллионов: мы преуспевали, в то время как остальные доткомы переживали не лучшие времена».

Добившись успеха и здесь, Майнор отошел от дел на пару лет и вернулся лишь в 2003 году, чтобы спасти компанию GrandCentral, в которую он когда-то инвестировал.

«К тому моменту я уже жил в Вирджинии, а совет директоров попросил меня вернуться в Сан-Франциско и возглавить компанию. Никто, включая меня, не собирался инвестировать в компанию дополнительные средства до тех пор, пока не сменится руководство. Наш дом в Сан-Франциско тогда уже был выставлен на продажу, и мы с женой сказали детям, что остаёмся в Вирджинии».

«И всё же я решил вернуться в Сан-Франциско. Прибыв, я обнаружил компанию в ужасном состоянии. В штате было 35 сотрудников, которые постоянно грызлись и ругались. Моим первым шагом стало сокращение персонала до восьми человек. Признаюсь, это одна из самых неприятных историй в моей жизни, после которой я поклялся больше никогда не участвовать в корпоративной реанимации».

Первоначально GrandCentral был B2B-платформой, ориентировавшейся на операционную совместимость приложений и услуг. Позже компания сменила вид деятельности, и после того, как её приобрела Google, превратилась в Google Voice.

«Хэлси Майнор выступил в качестве инвестора на нашей серии А, — вспоминает Крейг Уолкер, сооснователь и руководитель второго состава компании GrandCentral. — Поскольку мы искали имя для компании, Хэлси предложил нам продать уже существующее — GrandCentral, и домен grandcentral.com».

Теперь компания предлагала клиентам услугу подключения единого телефонного номера, голосового и электронного почтового ящика ко всем корпоративным телефонным линиям. В июне 2007 года Google приобрел GrandCentral за $45 млн.

Трудные времена

Майнор разбогател благодаря разветвленной инвестиционной деятельности. Компания Salesforce стала публичной в 2004 году, а год спустя после того, как Google приобрела GrandCentral, телекомпания CBS выкупила CNET за $1,8 млрд. Однако несмотря на все успехи, жизнь Майнора не обошлась без чёрных полос.

Например, он никогда не знал отца: «Я начал искать его в 1998 году, когда оказался на обложке Forbes».

В результате он выяснил, что отец свёл счеты с жизнью в результате затяжной депрессии неподалеку от Сан-Франциско — спустя месяц после того, как Хэлси переехал в город.

Самый серьёзный удар по карьере он получил в 2006 году, когда от него ушла жена. «Незадолго до 2007 года я оказался в глубокой депрессии и ушёл в добровольную изоляцию, исчез из жизни других людей», — вспоминает Майнор. Его хандру не развеял даже внезапно грянувший кризис 2008 года. Наоборот, он усугубил его положение, лишив средств к существованию. Майнор объявил себя банкротом. Противостоять депрессии и бедности одновременно оказалось не так-то просто.

«Я ни с кем не разговаривал. Зачастую я даже пропускал заседания суда по делам о финансовой несостоятельности, потому что я всё время сидел дома и мне никуда не хотелось выходить».

Чрезмерное пристрастие к роскоши?

Молчание со стороны Майнора породило разные домыслы. В мае 2013 года агентство Bloomberg, основываясь на данных из опубликованного объявления о банкротстве, предположило, что причиной его финансовых затруднений стало чрезмерное увлечение покупкой «домов, отелей, лошадей и предметов искусства».

«Написать такую статью очень легко, — уверен Майнор. — Достаточно рассказать о том, во что люди сами хотят поверить. Но на самом деле всё было не так».

«Всё гораздо сложнее, чем если бы я просто увлекся быстрыми тачками, случайными женщинами и прочей ерундой. Этого-то точно не было. Главной поводом моего срыва стал отец. Хоть мы никогда не виделись, но мне казалось, что мы с ним абсолютно разные. Например, я всегда был оптимистичен, энергичен, мог заглянуть в будущее. Я и не знал, что способен оказаться в состоянии глубокой депрессии. Однако развод выбил у меня почву из под ног».

«С разводами всегда так — в большинстве случаев они меняют людей. Вдобавок к семейным трудностям на меня как из рога изобилия посыпались другие проблемы. Начался кризис, у меня было достаточно много кредитов, заложено имущество — со мной произошло всё, что могло произойти. А я был просто не готов. Обычно я достаточно дальновиден, и принимаю взвешенные решения. Но в то время я не мог похвастаться этими качествами».

«Не было ни намека на то, что я менял Ferrari как перчатки и пачками строил огромные особняки. Ирония в том, что в то время источником дохода для меня стала конюшня. Моя последняя лошадь принесла жеребёнка, который стал лучшим двухлеткой страны и стоил $4 миллиона. В конце концов я всё продал Джессу Джексону, винному специалисту и любителю скачек».

Увлечение Майнора скачками широко приветствовалось в аффилированных кругах. В 2009 году в журнале Horse Racing Business вышла статья, поддерживающая его желание выкупить обанкротившегося оператора скачек Magna Entertainment Corp. Цитата: «Сообществу любителей скачек следует с распростертыми объятиями принять Майнора в свои ряды, поскольку он олицетворяет страсть к переменам и смелым экспериментам — словно соломинка, которая взбалтывает напиток».

По словам Майнора, банковский кризис стал главным катализатором его проблем. «У многих банков были ко мне претензии, ведь они сами в свою очередь находились в затруднительном положении — Merrill Lynch, и, конечно же, Silverton, который финансировал мой отель. За них крепко взялась Федеральная корпорация по страхованию вкладов. Одному невозможно победить чиновников и банковскую систему. Поэтому я практически полностью доверил свою жизнь адвокатам»

Я ни в коем случае не перекладываю вину на них… я лишь хочу сказать, что никто не станет решать проблемы, если ему назначена почасовая оплата.

По словам Майнора, хоть он и владел далеко не одним домом, это была стратегия по сохранению исторических мест от разрушения, а не скупка кучи особняков ради престижа. «Послушайте, я всё равно не смогу ничего доказать. Я предпочитаю не вспоминать обо всём, что со мной было, ведь только так я смог двигаться дальше. Но мне кажется, что если оглянуться и оценить всю мою жизнь целиком, то становится отчетливо ясно, что это был уникальный период. Он не был похож ни на один момент "до", ни на один момент "после"».

Называйте это возвращением

Пережив темные дни, Майнор снова занимается тем, что ему по душе, развивая две новые компании — Uphold и Voxelus.

Uphold, надеется Майнор, откроет новый этап развития денежного обмена. Проект был запущен в 2014 году как биткоин-сервис под названием Bitreserve. После перезапуска было решено взяться за проведение бесплатных денежных операций и обмена.

«На самом деле мы пытаемся создать своего рода "облачные" деньги. В некотором роде и биткоин можно считать первой "облачной" валютой, потому что сегодня уже существует немало биткоин-бирж. Наша идея — расширить этот концепт и сделать его более удобным для пользователей за счёт возможности мгновенного обращения любой валюты», — заявил Майнор. В своей новой компании он возглавляет совет директоров, а бывший директор по информационным технологиям Nike Энтони Уотсон занимает пост руководителя.

Действительно, почему бы не хранить деньги в Uphold и бесплатно отправлять их любому пользователю, вместо того, чтобы каждый раз перед отправкой списывать их с банковского счета? Ключевое слово здесь — бесплатно, потому что банки обычно собирают комиссию с каждой транзакции. «Наши расходы на поддержание облачного сервиса настолько незначительны, что по сути мы можем получать прибыль от реинвестирования пользовательских средств».

«Это абсолютно другой подход, нетрадиционный. Вот к примеру, сегодня существует множество сервисов — PayPal, те же банки, в общем — платёжные сети. А мы решили предложить пользователям другой тип банкинг-инфраструктуры, где мы были бы независимы, а они могли легко к нам присоединяться. В конце концов, мы выходим на самоокупаемость за счёт реинвестиции собранных средств — и делаем это, как мне кажется, максимально прозрачно и грамотно».

«Среди всех разработчиков финансовых сервисов мы, пожалуй самая радикально настроенная команда, поскольку все они используют модель, основанную на комиссии. Мы не пытаемся заменить платежные сети. Говоря откровенно, наша цель — банки. Мы хотим, чтобы люди держали свои деньги в Uphold, потому что только так они смогут мгновенно отправлять деньги кому угодно, причем абсолютно бесплатно — включая и международные транзакции».

Замена банкам

Следующим этапом для Uphold станет выпуск дебетовых карт, благодаря которым пользователи смогут производить расчеты с ритейлерами. По мнению Майнора, в ближайшие 5 лет традиционные банки будут полностью исключены из цепочки расчетов.

«Пожалуй, мы отличаемся от других подобных сервисов тем, что мы действительно хотим создать отдельную денежную систему, которая свяжет все остальные и при этом будет поддерживать полностью бесплатные, прозрачные и мгновенные расчеты. В ближайшие 5 лет вам не нужно будет переплачивать и держать деньги в реальном банковском хранилище: просто держите их в облаке и используйте смартфон для совершения транзакций».

Идея хранить и быстро перемещать деньги без комиссии звучит хорошо только в том случае, если вы не имеете ничего против способа заработка компании Uphold.

«Мы делаем серьёзную ставку на то, что система будет аккумулировать больше и больше средств, которые мы сможем инвестировать в более ликвидные активы, чем те же банки, которые обычно пускают их на потребительское кредитование. Мы не будем выдавать потребительские кредиты, и процесс инвестирования пользовательских средств будет полностью прозрачен, так что люди будут всегда в курсе, каков их риск».

По словам Майнора, именно рисков в компании Uphold стараются избегать: «Мы держим в резерве 102% от суммы пользовательских средств, создавая гарантированный запас. И это ещё одно отличие от банков, резервы которых не превышают 17%–18%».

Дополнительно Uphold будет сотрудничать с компаниями, которые занимаются равноправным кредитованием (P2P), чтобы предлагать своим пользователям потребительские кредиты с низкой процентной ставкой.

Многие могут раскритиковать эффективность системы — мол, она будет работать только в том случае, если все будут хранить деньги в Uphold. По мнению Майнора, к сервису следует относится также, как и к Facebook. Им можно и вовсе не пользоваться, но в противном случае теряются выгоды от сетевого эффекта и эффекта масштаба.

В то же время API позволит сторонним разработчикам приспосабливать сервис именно под свои нужды. Так поступила банковская компания Wells Fargo, разработав собственное приложение.

«На мой взгляд, наш API будет использоваться компаниями для оптимизации внутренних процессов. Сейчас они могут регулировать поток товаров и услуг, а поток денежных средств — нет, потому что у банков нет открытого API, которым они могли бы воспользоваться, — признаётся Майнор. — Поэтому, как мне кажется, мы станем универсальным инструментом, который поможет связать поток товаров и услуг с денежными средствами, благодаря чему компании смогут осуществлять динамичные выплаты с учетом появляющихся материалов».

Что же Майнор думает о противостоянии банкам? Насколько это сильные соперники? «Среди всех моих конкурентов, включая журналы, телефонные компании и компании по разработке программного обеспечения, Google Voice — банки наименее подготовлены к изменениям».

«Salesforce предлагал большим и маленьким компаниям внедрить новую, более конкурентоспособную инфраструктуру. Кто-то воспользовался этим предложением уже тогда, кто-то еще не воспользовался им до сих пор. Кто-то до сих пор отказывается от внедрения облачной модели, вопреки её преимуществам. Но у владельцев банков я не вижу ни намека, ни желания меняться».

«Все эти люди, которые делают подобные утверждения — ну, как Джейми Даймон и его “Наш Uber-момент — в наших руках!". Сомневаюсь, что они сами верят в то, что говорят. На мой взгляд, банки прозреют только тогда, когда увидят изменения в своих финансовых показателях или в любом бизнес-сообществе, когда они заметят падение своих доходов и рост чужих — только тогда они начнут принимать нас всерьёз».

«Разница между банками и прочими конкурентами заключается в том, что когда я открывал CNET, интернет насчитывал 300 тысяч пользователей. Моя компания могла расти только тогда, когда рос интернет, поэтому у печатных журналов, говоря откровенно, было достаточно времени, чтобы адаптироваться к изменениям. Они не адаптировались, но это их проблемы — времени-то у них было предостаточно. С другой стороны, дела издателя Зиффа Дэвиса шли вполне неплохо, поскольку мы приобрели портал ZDNet, даже несмотря на то, что отдельные журналы несколько раз становились банкротами».

«Сегодня по грубым подсчетам в интернете сидит плюс-минус 3 миллиарда пользователей. Каждый из них убедился, что всё новое несёт в себе потенциальную выгоду для потребителя, поэтому сейчас люди всё охотнее пробуют новинки. Когда я запускал CNET, всё было не так, доверие приходилось завоевывать, ведь новым было абсолютно всё».

«Сегодня клиенты по умолчанию наделяют всё новое позитивными характеристиками, а их сегодня уже 3 миллиарда, и они готовы к переменам. А банки, с их желанием противостоять переменам, оказываются в худшей позиции, ведь люди-то хотят перемен. И они могут подтолкнуть их возникновение».

«На мой взгляд, за исключением банков, которые говорят нечто вроде: "Ну, мы занимаемся разными вещами, придумываем, как внедрить блочные цепи, криптовалюты", что, как вы понимаете — вообще ничего не значит; за исключением нескольких компаний и мозговых центров, я не вижу специалистов. Я не вижу таких людей, которые волновались бы о том, как подготовить корпоративную инфраструктуру и кардинально сократить внутренние расходы, чтобы успешно противостоять таким предпринимателям, как я. Я управляю всем при помощи облачных технологий, которые работают на веб-сервисах Amazon, у нашей компании нет крупных филиалов, или мейнфреймов. И тем не менее, будущее за нами».

Создавая виртуальную реальность

Помимо Uphold, Майнор работает над Voxelus — платформой, которая сделает доступным создание контента для устройств виртуальной реальности.

«Наша задача — дать людям возможность творить. Наш инструмент в чём-то похож на Minecraft — но его главное отличие в том, что он помогает людям создавать уникальные ощущения. И у нас уже есть мультиплеерный режим — так что добро пожаловать. В отличие от того же Minecraft, у нас есть не только эстетика», — рассуждает Майнор.

Наряду с обычными пользователями, платформа начнет обслуживать и корпоративных клиентов, желающих создать брендовый контент для виртуальной реальности. «В марте мы открываем магазин, который позволит пользователям продавать свои творения».

«Наша задача — воплотить экосистему, давным-давно придуманную YouTube, в которой люди могут заработать на своём увлечении. Что я хочу сделать — так это ускорить её появление». По мнению Майнора, Uphold и Voxelus — это два сервиса, которые дополняют друг друга, более того: их связывает идея общей облачной валюты.

«Как показывает практика, виртуальная валюта появилась благодаря играм. Ныне закрытая биткоин-биржа MT. Gox первоначально была площадкой для обмена и продажи карточек для игры Magic: The Gathering, так что своим появлением виртуальная валюта обязана крупным игровым проектам, каждый из которых использовал свою внутреннюю валюту».

У Voxelus тоже есть своя внутренняя валюта — воксел, ответвление Litecoin. «Я могу сделать так, чтобы вокселы можно было легко купить на Uphold за доллары, евро или при помощи кредитных карт, поэтому у нас получается комбинация бизнес-моделей обеих компаний. Посмотрим, что будет в итоге, но я более чем уверен: причин не добиться успеха у проекта нет», — рассуждает Майнор.

Концепция VR-платформы, которая опиралась бы на виртуальную валюту, напоминает сервис от компании Linden Lab под названием Project Sansar. Компания реализовала успешную экономическую модель в игре «Second Life», что является ориентиром для сервиса Voxelus.

Майнор не знаком с Project Sansar. «На мой взгляд, нас ожидают серьёзные изменения, в результате которых люди будут не просто играть, но добавлять свои собственные штрихи к виртуальным мирам. Сегмент VR-экосистемы будет демонстрировать наибольший рост».

В гору

Пережив головокружительный успех, а затем не менее стремительное падение, Хэлси Майнор сформировал свою собственную жизненную философию и примирился с самоубийством отца. «Я всегда был глубоко возмущён поступком моего отца. Но когда я сам пережил депрессию, у меня появилось сочувствие к нему. А если говорить откровенно — и сострадание к себе. Никто никогда не подписывается на подобные вещи, но я скажу так: благодаря им я стал гораздо сильнее, чем был раньше».

«Своим детям я преподал самый лучший урок: когда всё валится из рук, нужно сделать шаг назад, подстраховаться, подготовиться, и снова двигаться вперед. Хоть все это уже говорилось тысячу раз, но мне кажется что это поможет людям, оказавшимся в похожей ситуации, напомнит им, что в конце любого туннеля обязательно есть свет». Можно всё оставить позади, и стать успешным в той же мере, каким ты и был раньше. Или как в моем случае — даже ещё успешнее.

#предприниматели #хэлси_майнор #cnet #история_cnet

{ "is_needs_advanced_access": false }

Комментарии Комм.

Популярные

По порядку

0

Прямой эфир

Голосовой помощник выкупил
компанию-создателя
Подписаться на push-уведомления