Кандинский, которого ты не знаешь.

Все знают о Кандинском как об «отце абстрактной живописи», человеке, который вдруг убрал предмет с полотна и оставил только цвет, линии, формы и эмоции. Но в учебниках почти всегда прыгают от «родился в 1866-м» сразу к «Мюнхен, 1897, начало второй карьеры». Между тем до отъезда из России, у Кандинского была другая жизнь, с учебниками права, браком, Северной экспедицией, чувашскими сказками и археологией. Сегодня я покажу Кандинского с другой стороны, как молодого русского интеллигента, который ещё не знал, что станет символом XX века, но уже тогда был втянут в сложный водоворот искусства, науки и музыки. Василий Кандинский родился в 1866 году в Москве, но детство прошло в Одессе, в той самой смеси моря, архитектуры и солнца, где будущий художник вовсе не думал о красках. В 1886 году он поступил на юридический факультет Московского университета. Там он учился праву, экономике, философии, читал Гегеля, Шопенгауэра, интересовался социологией, писал дипломную работу по правовой теме. Позже сам Кандинский говорил, что юридическое образование дало ему то, чего не дала бы художественная школа: умение строить систему. Его знаменитая книга «О духовном в искусстве» - это не вдохновенные заметки художника, а строгий трактат, где каждое положение обосновано. Экспедиция: как Кандинский стал этнографом Одно из самых ярких, но почти неизвестных за пределами узких кругов событий - экспедиция Кандинского на Русский север. В мае 1889 года, будучи студентом юридического факультета, Кандинский отправился в этнографическую экспедицию по Вологодской губернии. Целый месяц он провёл на Русском Севере - добирался на пароходе по Сухоне, трясся в тарантасе по лесным дорогам, ночевал в деревнях. Он изучал обычаи коми-зырян, занимался сбором фольклора, записывал сказки, собирал предметы быта. Но главное - он впервые увидел народное искусство не в музее, а вживую. Его поразила яркость крестьянских костюмов, неожиданные цветовые сочетания, орнаменты. Именно там он впервые увидел русский лубок - народные картинки с яркими красками, простыми формами, сказочными сюжетами. Его поразила плоскостность, условность, смелость цвета. Эта народная традиция стала для него не менее важным ориентиром, чем импрессионисты или Рембрандт. Позже эта экспедиция превратилась в публикации, доклады, лекции, и в них уже можно увидеть его интерес к символу, цвету, структуре, к тому, как культура записывается в орнаменте, мифе, ритуале. Позже он говорил, что эта поездка и походы в Эрмитаж стали двумя главными впечатлениями его студенчества. «Как живописца меня сформировали… путешествие к зырянам», - позже признавался он. Париж. Осенью 1889 года Кандинский ездил в Париж. Это был год Всемирной выставки - грандиозного события, на котором была представлена только что построенная Эйфелева башня. Он бродил по павильонам, был в Лувре, рассматривал старых мастеров. Это была его первая серьёзная встреча с европейским искусством. А в 1892 году, сразу после женитьбы на своей кузине Анне Чемякиной, они отправились в свадебное путешествие по Европе: Вена, Мюнхен, Милан, Нерви (курорт под Генуей) и снова Париж. Тогда он увидел Париж уже не глазами студента, а взрослого человека, только что защитившего диплом и стоящего на пороге выбора: наука или живопись? Путешествия, архитектура, цвет - всё это ложилось в копилку его визуального опыта. Он видел что искусство может быть разным. Что оно может быть не только правильным, но и другим, свободным и выразительным, почти музыкальным. И, возможно, именно тогда, в нём впервые зародилась мысль: «А что, если я сам?..». В эти же годы он впервые взял в руки кисть, как человек, который учится рисовать дома для себя. Из ранних работ почти ничего не сохранилось. Это были совсем не абстракции, а скорее робкие этюды с натуры. После окончания университета Кандинский зажил спокойной, добротной буржуазной жизнью: дом, жена, учебная работа, планы на карьеру, близость к московскому обществу. А в 1896 году он отказался от предложенного Дерптским университетом места приват-доцента - престижной должности, которая гарантировала карьеру, стабильность, уважение. И уехал в Мюнхен, чтобы учиться живописи. Это был не порыв юности. Ему было 30. У него было всё для спокойной и обеспеченной жизни. И он все бросил. В Мюнхене он поступил в частную школу Антона Ашбе - никаких вступительных экзаменов, только плати и рисуй. Он сразу попал в среду, где кипела жизнь, где спорили об искусстве, где рождалось новое. Там он не учился рисовать, он искал себя. И нашёл. Итак, Кандинский до отъезда в Мюнхен - это обеспеченный, женатый человек, с размеренной жизнью, будущей карьерой. И какое надо иметь мужество и уверенность в себе, чтобы взять и бросить все. И когда он окончательно решает встать в ряд художников, он уже был полностью готов к тому, чтобы изменить и себя и весь мир вокруг себя. А стал бы Кандинский великим,если бы остался в России?

Мой канал в Дзене dzen.ru/bezskuki. Там ещё много интересного. Я в ВК https://vk.com/club237273652 Канал ТГ https://t.me/iskusstvobezskuki