В России могут заблокировать ChatGPT, Gemini и Claude
Какие нейросети останутся после «чистки» Минцифры
Совсем недавно мы обсуждали рамочный законопроект Минцифры о регулировании суверенного ИИ. Теперь в документе появились детали, которые заставляют задуматься о будущем популярных зарубежных нейросетей в России. Разбираемся, кого и когда могут ограничить и что об этом говорят эксперты.
Три претендента на «черный список»
Минцифры опубликовало проект закона о регулировании искусственного интеллекта 18 марта 2026 года. Документ вынесен на общественное обсуждение, и если его примут, он вступит в силу 1 сентября 2027 года. Но сейчас эксперты обратили внимание на один пункт документа.
«Функционирование трансграничных технологий искусственного интеллекта может быть запрещено или ограничено в случаях, установленных законодательством Российской Федерации», — сказано в законопректе
Что такое «трансграничные технологии»? Как пояснили в Минцифры, под это определение попадают все иностранные ИИ-модели, при использовании которых данные о пользователях, запросы и диалоги уходят разработчикам за территорию России. К таким сервисам относятся:
🔹 ChatGPT (OpenAI)
🔹 Claude (Anthropic)
🔹 Gemini(Google)
Все они, по словам представителей ведомства, передают пользовательскую информацию россиян за границу.
В то же время открытые модели, такие как Qwen от Alibaba или DeepSeek, могут использоваться внутри страны. Их можно безопасно развертывать и дообучать в закрытом контуре на собственной инфраструктуре государственных организаций и компаний. В этом случае данные обрабатываются и хранятся исключительно внутри этой инфраструктуры.
Дополнительные требования и неопределенность
Законопроект также вводит правило для сервисов с большой аудиторией: владельцы ИИ-платформ с ежедневной аудиторией более 500 тысяч пользователей обязаны будут хранить информацию о пользователях на территории России не менее трех лет.
Это требование автоматически создает барьер для зарубежных решений, чья инфраструктура физически расположена за границей и не предполагает локализации данных в РФ.
Однако в текущей редакции статьи законопроекта об иностранном ИИ не устанавливается четкий перечень случаев, в которых можно запретить или ограничить использование таких моделей. Формулировка крайне широкая и оставляет пространство для дальнейших уточнений.
Реакция профессионального сообщества оказалась сдержанной, но показательной.
Старший юрист MWS AI Кирилл Дьяков в комментарии РИА Новости подтвердил, что под трансграничные технологии попадают все ведущие зарубежные модели, которые передают данные пользователей за пределы страны.
При этом он отметил, что открытые китайские модели можно безопасно развертывать на локальной инфраструктуре, что позволяет соблюсти требования законодательства.
Ряд экспертов обратили внимание, что сам законопроект — это скорее свод базовых правил и терминов, а не готовый механизм блокировок. Конкретики в документе мало, поэтому делать далекоидущие выводы преждевременно.
Партнер по Legal Tech и автоматизации процессов BGP Litigation Евгений Журба в разговоре с BFM подчеркнул, что прямого запрета на иностранные нейросети в законопроекте нет. Основной фокус документа — на развитии отечественных моделей и ограничении использования зарубежных лишь в чувствительных сферах: на критической информационной инфраструктуре и в госсистемах.
По его оценке, дальнейшая политика будет строиться вокруг преференций для российских решений, а иностранные постепенно уйдут из «допустимых».
Вице-спикер Госдумы Антон Горелкин назвал «странными» рассуждения об ограничении зарубежных ИИ-сервисов, напомнив, что ChatGPT, Gemini и Claude официально не работают в РФ из-за санкционной политики самих компаний. По его словам, цель законопроекта — не запрет, а создание общих правил игры.
Депутат Николай Новичков уточнил: речь идет не о полном запрете, а прежде всего о регулировании использования. Иностранные платформы не должны применяться в госуправлении и сферах, связанных с безопасностью. Для решения бытовых задач и повседневной работы они, скорее всего, продолжат использоваться.
Более жесткую позицию занял ведущий аналитик Mobile Research Group Эльдар Муртазин. Он заявил, что российские нейросети не смогут развиваться вне конкуренции с мировым рынком, и отсутствие этой конкуренции нельзя компенсировать даже госсубсидиями.
Кто кого первым заблокировал: уместен ли такой вопрос
Начать стоит с того, что сами иностранные ИИ-сервисы уже сейчас фактически блокируют россиян. К тем же ChatGPT, Gemini и Claude невозможно получить доступ без использования средств обхода блокировок — высвечивается надпись: «Приложение недоступно в вашем регионе». Причина — американские санкции, а также решение самих разработчиков.
Кроме того, чисто технически ограничения на использование иностранных ИИ-сервисов в России уже существуют. Например, нейросетям нельзя обрабатывать персональные данные россиян, так как они не хранят их на территории России. Это относится в том числе и к китайским моделям, таким как DeepSeek.
Еще один важный прецедент: в 2025 году Роскомнадзор принудительно включил американского облачного провайдера Cloudflare в реестр организаторов распространения информации, хотя это не мессенджер и не соцсеть. Ведомство пояснило: если сервис де-факто является организатором распространения информации, он должен таковым становиться и де-юре.
Напомню, ранее мы уже разбирали законопроект Минцифры о суверенном искусственном интеллекте. Тогда вводились понятия суверенной, национальной и доверенной моделей, а также обязательная маркировка контента.
Разработчиков обязывали учитывать при создании ИИ «традиционные российские духовно-нравственные ценности». Тогда рынок отреагировал настороженно: эксперты указывали на риск субъективных оценок и размытость формулировок.
В ситуации, когда запреты утомили, ситуация неопределенная
Законопроект Минцифры — это попытка навести порядок в сфере ИИ, которая с каждым годом становится все более значимой. Но формулировка «может быть запрещено или ограничено в случаях, установленных законодательством» оставляет слишком много пространства для интерпретации.
Многих россиян эти постоянные запреты и ограничения уже порядком утомили. Сначала мессенджеры, потом соцсети, сейчас в центре внимания —Телеграм. Теперь вот нейросети. И каждый раз блокировки объясняют благими намерениями: безопасность, защита данных, суверенитет, борьба с мошенниками.
Но в итоге страдает удобство, доступность технологий и — что самое обидное — конкурентоспособность собственных разработок, которые лишаются возможности равняться на мировых лидеров. И это с учетом, что функционал отечественных нейросетей, вызывает больше нареканий, чем похвалы.
Остается надеяться, что в процессе общественного обсуждения, которое продлится до 15 апреля, в документ внесут больше конкретики. А пока — ждем сентября 2027-го.