Запрет ChatGPT в России переписали за три месяца. Что осталось от закона об ИИ и к чему готовиться бизнесу

В марте Минцифры предложило закон, из-за которого добрая половина интернета решила, что ChatGPT, Claude и Gemini вот-вот отключат. К концу июня самый пугающий пункт из проекта вычеркнули. Но выдыхать рано: бизнесу, который уже построил рабочие процессы на иностранных нейросетях, вся эта история показала главное. Вы зависите от инструмента, который вам не принадлежит и условия работы которого могут пересобрать в любой момент. Разбираем, что реально изменилось и что с этим делать.

Начну с сути, потому что вокруг нее сразу наросло много искажений. 18 марта 2026 года Минцифры опубликовало на портале regulation.gov.ru законопроект «Об основах госрегулирования сфер применения технологий искусственного интеллекта» и вынесло его на общественное обсуждение. Главным раздражителем стало новое понятие, трансграничные технологии ИИ. Под ними понимаются все иностранные модели, при работе с которыми запросы, диалоги и данные пользователей уходят разработчику за пределы России, а в тексте прямо сказано, что функционирование таких технологий может быть запрещено или ограничено в случаях, установленных законодательством РФ. Старший юрист MWS AI Кирилл Дьяков пояснил, что под определение попадают ChatGPT от OpenAI, Claude от Anthropic и Gemini от Google, тогда как китайские Qwen и DeepSeek теоретически можно локализовать под российские требования. Вдобавок сервисам с суточной аудиторией больше 500 тысяч человек предписывалось хранить данные россиян на территории страны не меньше трех лет, а сам закон планировали ввести в силу с 1 сентября 2027 года.

Соцсети моментально разогнали это до «блокируют ChatGPT», и вот тут важна деталь, которую в панике проскочили почти все. Законопроект не отключал ничего автоматически, он создавал правовую основу для возможных ограничений, а не вводил немедленный запрет. Механика ближе к тому, как государство годами работало с мессенджерами: не рубильник, а постепенное сужение коридора. Но для бизнеса, у которого на этих сервисах завязаны реальные процессы, даже «основа для ограничения» это уже риск, который нельзя просто списать в фон.

Дальше произошло то, что редко попадает в заголовки так же громко, как исходная страшилка. Проект разнесли в пух и прах. Совет по кодификации при президенте указал на противоречия Гражданскому кодексу и размытость формулировок, а 10 июня Госдума отклонила отдельный законопроект об обязательной маркировке ИИ-контента. И вот ключевое. 22 июня 2026 года правительственная комиссия рассмотрела переписанную версию, которая изменилась настолько, что речь идет уже о смене жанра: вместо «запретить и проконтролировать» получился документ про поддержку отрасли.

Что именно вырезали, стоит перечислить по пунктам, потому что это и есть ответ на вопрос «так блокируют или нет». Запрет на трансграничный ИИ убрали полностью, вместе с ним из проекта исчезло само понятие трансграничных технологий и категория доверенной модели, а также целый блок обязанностей операторов и владельцев сервисов, который и делал закон тяжелым для всех подряд. Спорные темы вроде маркировки контента, деталей ответственности и авторского права не решили, а вынесли в подзаконные акты и на потом. Вице-премьер Дмитрий Григоренко призвал принять закон быстро, поскольку тот формирует базовый понятийный аппарат и создает основания для поддержки разработчиков. Внести документ в Госдуму планировали до конца июня, часть норм должна заработать с 1 сентября 2026 года, а для ранее внедренных иностранных решений в чувствительных сферах предусмотрен переходный период аж до 2032 года. Если коротко, пункт, из-за которого все и переполошились, из текущей версии ушел.

Здесь легко впасть в обратную крайность и решить, что тема закрыта. Она не закрыта, и на то есть две причины, одна стратегическая, другая сугубо практическая. Стратегическая в том, что курс никуда не делся, даже если конкретную формулировку вычеркнули. Государство открыто делит модели на свои и чужие, продвигает технологический суверенитет и локализацию данных. В том же контуре давно действует запрет на использование в критической информационной инфраструктуре ИИ-систем, права на которые принадлежат иностранным лицам, а сертифицировать ИИ для критически важных объектов должны ФСТЭК и ФСБ. Июньская правка это пауза в одном пункте, а не разворот всего движения.

Практическая причина важнее, и она вообще не про этот закон. Главный риск для вашего бизнеса не в том, что завтра примут какую-то статью. Иностранные нейросети в России и без всякого закона живут в серой зоне: официального доступа и нормальной оплаты у них по большей части нет. Плюс к этому каждый раз, когда сотрудник вставляет в промпт ChatGPT фрагмент договора, клиентскую базу или финансовый отчет, эти данные уходят на серверы за рубеж, что прямо конфликтует с ужесточившимися требованиями к локализации. Новую ограничительную норму могут вписать в подзаконный акт быстрее, чем вы перенесете критичный процесс на другой инструмент. Держать что-то по-настоящему важное на чужом сервисе, которым вы не управляете, это постоянный риск вне зависимости от того, что Дума решит в конкретном месяце.

Правильная реакция тут не «в панике выпиливаем ChatGPT сегодня к вечеру». Правильная реакция это непрерывность. Не позволяйте иностранной нейросети, которую вы не контролируете, стать несущей конструкцией для чего-то критичного, относитесь к ней как к удобному слою, который вы в принципе готовы потерять. Заранее определите запасной вариант и проверьте его на реальных задачах, а не на бумаге: российские сервисы вроде YandexGPT и GigaChat закрывают массовую рутину, а открытые модели вроде Qwen или DeepSeek можно развернуть в закрытом контуре на своей инфраструктуре, чтобы чувствительные данные вообще не покидали периметр. Перенесите такие данные, базы Клиентов, договоры, финансы и код, с публичных зарубежных сервисов уже сейчас, пока это ваше спокойное решение, а не аврал под новую норму.

И последнее, может быть, самое полезное. Стройте процессы так, чтобы модель под капотом можно было заменить без остановки бизнеса. Регуляторную картину будет штормить и дальше, мы это видели буквально за три месяца, поэтому выигрывает не тот, кто угадал единственно верный инструмент, а тот, у кого есть варианты. Компании, которые смотрят на эту историю трезво, как на вопрос поставщика и хранения данных, а не как на политическую драму, просто не будут метаться, когда правила в очередной раз сдвинутся.