Человечество больше двух тысяч лет нанимало людей, чтобы разговор не исчезал

Первые свидетельства систем быстрой записи относятся ещё к Древней Греции — IV веку до нашей эры.
В Древнем Риме секретари Цицерона записывали речи с помощью тироновых знаков.
В первоначальной системе было около четырёх тысяч символов: отдельные знаки обозначали слова, окончания и целые обороты.
Представьте эту работу: человек выступает в Сенате, а несколько писцов в реальном времени разбирают его речь на специальные значки, чтобы сказанное не растворилось в воздухе через пять минут после окончания заседания.
В Средние века эту систему преподавали в монастырях. Количество знаков выросло примерно до тринадцати тысяч.
Позднее появились новые виды скорописи, а стенография превратилась в отдельную профессию.
Менялись государства, языки и способы письма. Не менялась одна проблема: если разговор не зафиксирован, каждый уносит с него собственную версию произошедшего.
Поэтому стенограммы до сих пор существуют в судах.
Там нельзя сказать:— Ну, он вроде имел в виду что-то другое.
Важно, что именно человек произнёс.
В крупных компаниях действует та же логика.
Например, в «Газпроме» есть отдельный отдел, сотрудники которого фиксируют всё происходящее на совещаниях.
Следующей ступенью стали ассистенты и помощники руководителей. Они уже не просто записывают слова. После встречи они собирают основные выводы, выделяют поручения и рассылают участникам итог:
— что решили;
— кто отвечает;
— что нужно сделать;
— к какому сроку.
То есть человечество постепенно выстроило целую цепочку между «мы это обсудили» и «это будет сделано».
Сначала появился человек, который успевал записать речь. Потом — человек, который мог отделить решения от двух часов разговоров. Потом — человек, который переносил эти решения в задачи и следил, чтобы у каждой появился ответственный.
А теперь всю эту цепочку можно частично автоматизировать с помощью ИИ.
При грамотно настроенном процессе нейросеть:
— транскрибирует встречу;
— делает короткое саммари;
— выделяет принятые решения;
— находит задачи, сроки и ответственных;
— формирует отдельные итоги для участников;
— ставит задачи в трекер.
Это уже не электронный стенографист. Стенограмма — просто слепок разговора. В ней всё сохранилось, но ничего не произошло. ИИ может провести информацию дальше: от произнесённой фразы — к конкретному действию в рабочей системе.
И особенно странно, что при всех этих возможностях огромное количество совещаний до сих пор выглядит так:
Поговорили.
Покивали.
Договорились.
Разошлись.
Через неделю встретились снова, чтобы выяснить, почему никто ничего не сделал.
Мы две тысячи лет совершенствовали способы фиксации речи. Научились записывать её без человека, находить в ней главное и автоматически создавать задачи.
Но некоторые компании всё ещё используют в качестве системы управления человеческий кивок.
А кивок, к сожалению, с таск-трекером не интегрируется.
Совещание, после которого не появились зафиксированные решения и задачи, — это не рабочий процесс. Это корпоративный подкаст.