Крипто Albert Khabibrakhimov
2 284

Россия за девять лет подала 17 патентных заявок на защиту технологий в сфере блокчейна

Российские предприниматели с 2008 по 2017 год подали только 17 заявок на защиту интеллектуальной собственности в сфере блокчейн-технологий, причём все они от одного человека. Об этом пишет «Коммерсантъ» со ссылкой на данные компании «Онлайн Патент».

В закладки

На Россию приходится около 2% от общего числа опубликованных заявок в мире, которое близится к 1000, подсчитали в «Онлайн Патенте». В лидерах — Китай (550 заявок), США (284) и Южная Корея (192).

Лидером по регистрации патентов в сфере блокчейна стала китайская Bubi Network Technologies, которая подала 26 заявок. Следом идёт южнокорейская Coinplug (21 заявка), третье поделили американские IBM и Bank of America (по 17 заявок).

Россия демонстрирует практически полное отсутствие патентной активности как внутри страны, так и на международной арене. Мы оказались в ситуации догоняющего и готовимся к запуску наиболее низкомаржинальных майнинговых проектов, влекущих большие энергозатраты и все сокращающиеся комиссии.

Алина Акиншина
операционный директор «Онлайн Патента»

По данным «Онлайн Патента», все российские заявки подал один человек — разработчик проекта Datachains.world и блокчейн-платформы ERA Blockchain Дмитрий Ермолаев. Только пять из 17 его заявок прошли экспертизу, по 12 остальным было отказано в выдаче патента.

Ермолаев считает необходимым внедрить блокчейн в документооборот на уровне государства — с его помощью можно было бы вести учёт и аудит компании. По его мнению, в перспективе блокчейн позволит отказаться от регистрационных центров вроде МФЦ и загсов, поскольку все документы можно будет оформлять в онлайне.

Никаких дополнительных законов не нужно. Достаточно создать единую службу учёта электронных подписей граждан страны. Можно даже на базе сайта Госуслуг. Там человек регистрирует свой открытый ключ на блокчейне и дальше спокойно его использует в своих онлайн-операциях. ​

Дмитрий Ермолаев
разработчик блокчейн-проекта Datachains.world

Несмотря на сравнительно небольшое число патентных заявок, российские власти и крупнейшие компании активно интересуются возможностями применения блокчейна. Одним из первых о перспективах технологии говорил президент «Сбербанка» Герман Греф, считающий, что она «перевернёт многие сферы», напоминает «Коммерсантъ». Глава Минкомсвязи Николай Никифоров заявлял о возможном использовании блокчейна в работе Росреестра, глава Центробанка Эльвира Набиуллина неоднократно говорила о необходимости изучить принципы работы криптовалют. Первый вице-премьер Игорь Шувалов называл себя сторонником «крипторубля» и предлагал внедрить блокчейн в госуслуги.

#новость #патенты #блокчейн

{ "author_name": "Albert Khabibrakhimov", "author_type": "editor", "tags": ["\u043f\u0430\u0442\u0435\u043d\u0442\u044b","\u043d\u043e\u0432\u043e\u0441\u0442\u044c","\u043d\u043e\u0432\u043e\u0441\u0442\u0438","\u0431\u043b\u043e\u043a\u0447\u0435\u0439\u043d"], "comments": 16, "likes": 14, "favorites": 1, "is_advertisement": false, "subsite_label": "crypto", "id": 26076, "is_wide": false, "is_ugc": false, "date": "Mon, 28 Aug 2017 10:46:17 +0300" }
{ "id": 26076, "author_id": 53259, "diff_limit": 1000, "urls": {"diff":"\/comments\/26076\/get","add":"\/comments\/26076\/add","edit":"\/comments\/edit","remove":"\/admin\/comments\/remove","pin":"\/admin\/comments\/pin","get4edit":"\/comments\/get4edit","complain":"\/comments\/complain","load_more":"\/comments\/loading\/26076"}, "attach_limit": 2, "max_comment_text_length": 5000, "subsite_id": 199126 }

16 комментариев 16 комм.

Популярные

По порядку

Написать комментарий...
1

2% - потому что на сытных местах сидят чиновники из Роспатента и прочие, которые расстаются с информацией только за немаленькие деньги.

На мой взгляд, ситуация с патентованием в РФ угрожающе-катастрофическая.

Большинство заявителей просто физически не могут вываливать запрашиваемые суммы денег и ждать по 1,5-2 года регистрацию.

Ответить
1

Ермолаева знаем, вместе проект Datachains.world делали. Помни Самое начало.... Потом альтруизма мне не хватило, да и сейчас нет у команды материальной мотивации - токены у всех на уме, а кто не болеет этим - не в команде.
Сейчас проект переродился в нечто другое, с развитым баунти.
Я администрирую нашу группу в ФБ - "Блокчейн клуб Москвы" https://www.facebook.com/groups/blockchain.moscow/?ref=group_header
Занимаемся тем, что делимся значимыми новостями в криптомире, в основном на русском (да, огромный пласт информации на английском нам пока не доступен - вакантно место для альтруиста переводчика) и обсуждаем их с людьми, кто не сильно повёрнут на биткоинах и блокчейне, а трудится в обычном бизнесе и в госконторах, которые так или иначе присматриваются к блокчейн-технологии. Группа активная, есть влиятельные люди, есть наблюдатели.
Патенты - дело хоть и хорошее, но судя по тому, что это в современном мире инструмент для крупного и среднего бизнеса отчасти, нам малым предпринимателям незачем его делать - надо постоянно хантить и деньги привлекать, за клиентами бегать и доносить пользу наших продуктов.
По-моему мнению, у Ермолаева хороший продукт, который можно на уровне государства внедрить для внутреннего пользования в стране как минимум - ГЧП создать на уровне Правительства и Администрации Президента. Цель-то правильная - снизить расходы, бюрократию, время доступа к информации, снизить расходы на безопасность и наконец-то нотку демократии внести - ничего не пропадёт, ничего не затрётся. А вот тут и возникает барьер в информационном поле - властьимущие держаться за своё место и любое управление людьми строиться на дозировании информации и "правильной" интерпретации её. Применительно к децентрализованному реестру - тут сразу возникает конфликт интересов на уровне реестров в ГАИ, реестров земли, ответственности, налогов, системе приставов, судебных вещьдоков и документов, а так же другой информации, которая может повредить положению конкретного человека у власти.
Игры с патентами - не интересны, а вот как достучаться до клиента и показать ценность продукта - это важнее.

Ответить
0

Анатолий, поясните, пожалуйста, что вы имеете ввиду под "сидят чиновники из Роспатента и прочие, которые расстаются с информацией только за немаленькие деньги"?
"Большинство заявителей просто физически не могут вываливать запрашиваемые суммы денег и ждать по 1,5-2 года регистрацию." - если вы про РФ, то у нас-то как раз пошлины низкие - 1650 Р за подачу + 2450 Р за экспертизу в отношении 1 н.п. + 3200 Р за выдачу. В США базовая пошлина 740 $ для small entity и $360 для micro entity.

Ответить
1

Давайте будем честными до конца: в России патентное право (как и практически любое интеллектуальное) - пока что бесполезная игрушка.

Ответить
0

Андрей, на чем основано Ваше суждение? Приходилось судиться по патентам?

Ответить
–1

Нет, просто в 2012м году при подаче заявки обсуждали с юристами возможности патентного права в России и нюансы в применении споров к международным патентным правам. Всё весьма ограниченно и какого-либо совсем весомого преимущества в судебных спорах не дает.

Ответить
2

Андрей, за 5 лет у нас в законодательстве и практике есть улучшения. Все не на столько безнадежно, как многие считают. Посмотрите судебную практику.
"весомого преимущества в судебных спорах не дает" - если вы судитесь по нарушению патента, то он и есть "то самое преимущество".
В целом, анализируя судебную практику я вижу как раз проблему не в судебной системе и праве, а скорее в "кривых патентах", низкой юридической грамотности изобретателей/разработчиков.
У нас очень дешево стоят процедуры по аннулированию патентов (по сравнению с США, где это от 500 тыс. $) - поэтому любой низкокачественный патент легко аннулируют и дальше ничего не идет. В США придется потрать 500 тыс. долларов и выше, что есть далеко не у всех.

Ответить
0

Хочу запатентовать полезную модель с действием в Европе и США. Распишите пожалуйста пошагово мои затраты и сроки)))

Ответить
2

Полезную модель нельзя получить в США, а в Европе есть не во всех странах.
Пошлина на полезную модель, например, в Германии - 40 Euro. Услуги патентного поверенного + перевод заявки около 400-600 евро.
Пошлина за ПМ в РФ - 850 рублей.
Сначала подаете заявку на ПМ в РФ (ст. 1395 ГК), затем в течение года по парижской конвенции подаете заявку на патент на полезную модель в те страны, которые поддерживают ПМ и которые Вам интересны (как альтернатива - подача РСТ и 30 месяцев на подачу патента на ПМ в нужные страны). При подаче нужно предоставить перевод на язык, который принимает (является рабочим) патентное ведомство.
Касательно пошлин и услуг поверенных есть программы господдержки - https://www.exportcenter.ru/functions/subsidies_for_manufacturers/

Ответить
0

Ссылка полезная, не знал про такую услугу. Но я же не производитель, я -физлицо.

И сроки конечно адские. За это время китайцы все придумают, сделают и забудут.

Представьте, если бы я патентовал спиннер:))) кому он сейчас нужен? А деньги бы спалил 100%.

Ответить
0

Анатолий, Вы не поверите, но на спиннер был патент. И если бы изобретатель его продлила, то все у нее могло бы сложиться иначе...
https://www.theguardian.com/lifeandstyle/2017/may/03/fidget-spinner-inventor-patent-catherine-hettinger

Ответить
0

Ничего бы не сложилось))) так же китайцы наштамповали бы миллиард спиннеров и всё))

Ответить
0

Но их не было бы в США. А там большой рынок. Она либо получала бы роялти, либо сама организовала производство (при возможности). Или, как вариант, могла бы продать патент.

Ответить
0

Кто же этот житель РФ )))

Ответить
0

Заявки Дмитрия Ермолаева, к сожалению, написаны не очень хорошо. Роспатент не может даже по ним провести поиск и высылает "Письмо о невозможности проведения информационного поиска". Такое случается только когда изобретение охарактеризовано таким образом, что это делает невозможным проведение информационного поиска в установленном порядке (см. 1386 ГК).
Еще по части заявок не подано ходатайство об экспертизе по существу.

Ответить
0

2 % мирового ВВП подает 2 % заявок, тут все логично

Ответить
0

Прямой эфир

[ { "id": 1, "label": "100%×150_Branding_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox_method": "createAdaptive", "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfl" } } }, { "id": 2, "label": "1200х400", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfn" } } }, { "id": 3, "label": "240х200 _ТГБ_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fizc" } } }, { "id": 4, "label": "240х200_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "flbq" } } }, { "id": 5, "label": "300x500_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfk" } } }, { "id": 6, "label": "1180х250_Interpool_баннер над комментариями_Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "bugf", "p2": "ffyh" } } }, { "id": 7, "label": "Article Footer 100%_desktop_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjxb" } } }, { "id": 8, "label": "Fullscreen Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjoh" } } }, { "id": 9, "label": "Fullscreen Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjog" } } }, { "id": 10, "disable": true, "label": "Native Partner Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyb" } } }, { "id": 11, "disable": true, "label": "Native Partner Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyc" } } }, { "id": 12, "label": "Кнопка в шапке", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "p1": "bscsh", "p2": "fdhx" } } }, { "id": 13, "label": "DM InPage Video PartnerCode", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox_method": "createAdaptive", "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "bugf", "p2": "flvn" } } }, { "id": 14, "label": "Yandex context video banner", "provider": "yandex", "yandex": { "block_id": "VI-223676-0", "render_to": "inpage_VI-223676-0-1104503429", "adfox_url": "//ads.adfox.ru/228129/getCode?pp=h&ps=bugf&p2=fpjw&puid1=&puid2=&puid3=&puid4=&puid8=&puid9=&puid10=&puid21=&puid22=&puid31=&puid32=&puid33=&fmt=1&dl={REFERER}&pr=" } }, { "id": 15, "label": "Плашка на главной", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "p1": "byudx", "p2": "ftjf" } } }, { "id": 16, "label": "Кнопка в шапке мобайл", "provider": "adfox", "adaptive": [ "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "p1": "byzqf", "p2": "ftwx" } } }, { "id": 17, "label": "Stratum Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fzvb" } } }, { "id": 18, "label": "Stratum Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "tablet", "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fzvc" } } }, { "id": 19, "label": "Тизер на главной", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "p1": "cbltd", "p2": "gazs" } } } ]
Команда калифорнийского проекта
оказалась нейронной сетью
Подписаться на push-уведомления