Топ неожиданных устройств для майнинга биткоина

ASIC - специализированное оборудование, заточенное под одну задачу - считать хеши для заданного криптографического алгоритма. Но математика, которая стоит за майнингом, до примитивности проста: любое устройство, способное выполнять операции SHA-256, теоретически может стать майнером. Вопрос не в том, получится ли - а в том, насколько смешным будет его хешрейт в текущих реалиях.

Энтузиасты по всему миру годами проверяли эту мысль на самых неожиданных устройствах: не ради прибыли, а ради самого факта, что это вообще возможно. Разбираем четыре таких эксперимента - от игровой приставки 1989 года до чужих взломанных гаджетов, майнящих без ведома владельцев.

В 2021 году исследователь и модификатор под псевдонимом stacksmashing превратил оригинальный Game Boy - первую по-настоящему массовую портативную консоль Nintendo - в устройство для майнинга биткоина. Внутри консоли стоит 8-битный процессор Sharp LR35902 с тактовой частотой 4,18 МГц - железо конца восьмидесятых, не рассчитанное ни на интернет, ни на серьёзные вычисления.

Первая проблема - у Game Boy физически нет способа подключиться к сети. Стаксмэшинг решил её через Raspberry Pi Pico ценой 4 доллара, который взял на себя связь с компьютером и с сетью биткоина, а данные до самой приставки передавал через доработанный кабель Game Link - тот самый, которым когда-то обменивались покемонами между двумя консолями. Отдельная техническая сложность - несовпадение напряжений: Pico работает на 3,3 В, а кабель Game Boy - на 5 В, и для стыковки пришлось встраивать преобразователь уровней.

Результат получился одновременно рабочим и абсурдным. Хешрейт готовой системы составил 0,8 хеша в секунду - притом что современный ASIC выдаёт около 100 терахешей в секунду, то есть Game Boy оказался медленнее в 125 триллионов раз. По собственной оценке автора, на добычу одного биткоина с такой скоростью ушло бы несколько квадриллионов лет. При этом система реально работала: приставка успешно решила специально созданный тестовый блок с низкой сложностью, а весь код автор выложил в открытый доступ.

В 2019 году, в преддверии 50-летия высадки на Луну, инженер Кен Ширрифф - известный реставратор старинной вычислительной техники - восстановил единственный на тот момент рабочий экземпляр бортового компьютера Apollo Guidance Computer (AGC), того самого, что управлял навигацией «Аполлона», и решил дать ему совершенно нецелевую задачу: майнить биткоин.

Сама машина 1960-х годов даже не имела микропроцессора - это был один из первых компьютеров на интегральных микросхемах, весом порядка 32 килограммов и способный выполнять всего 40 тысяч операций сложения в секунду. Ширрифф вручную написал реализацию SHA-256 - по его собственным словам, «бессмысленная и анахроничная затея», но он не смог удержаться.

Результат: один хеш SHA-256 компьютер считал 5,15 секунды, а поскольку биткоин требует двойного хеширования - итоговый показатель составил 10,3 секунды на один полноценный хеш биткоина. Для сравнения: сеть биткоина в тот момент уже работала на скорости около 65 экзахешей в секунду. При такой сложности компьютеру потребовалось бы в среднем 4×10²³ секунд, чтобы найти блок - это примерно в миллиард раз больше, чем весь возраст Вселенной, которой всего 4,3×10¹⁷ секунд.

Это был не первый подобный эксперимент Ширриффа: до компьютера с «Аполлона» он уже майнил биткоин вручную на бумаге с карандашом (0,67 хеша в сутки), на перфокарточном мейнфрейме IBM начала 1960-х (80 секунд на хеш) и на компьютере Xerox Alto 1973 года, том самом, что вдохновил создателей первого Macintosh - на нём результат оказался лучшим из всех ретро-экспериментов, 1,5 хеша в секунду.

В отличие от одиночных энтузиастов, здесь за дело взялась целая инженерная команда внутри крупной корпорации. В октябре 2017 года на конференции для разработчиков в Сан-Франциско подразделение Samsung C-Lab, занимающееся творческими инженерными проектами, представило майнинг-ферму, собранную из 40 старых смартфонов Galaxy S5.

Проект был частью инициативы Samsung под названием Upcycling: идея в том, чтобы не разбирать старые устройства на запчасти для перепродажи, а находить им новое применение целиком. Все 40 смартфонов лишили стандартной Android-прошивки и запустили на специально разработанной для этого проекта операционной системе.

Главный заявленный результат оказался неожиданным: по собственным данным Samsung, размещённым на информационном стенде рядом с фермой, всего восемь смартфонов Galaxy S5 добывали биткоин эффективнее, то есть больше хешей на единицу энергии, чем настольный компьютер с процессором Intel Core i7-2600. Официально прокомментировать проект или ответить на уточняющие вопросы о его экономике представители компании отказались.

Ферма из телефонов была не единственным экспонатом в рамках инициативы: там же показывали старый планшет Galaxy, превращённый в ноутбук на Ubuntu, и Galaxy S3, запрограммированный следить за аквариумом с рыбками.

Не все эксперименты с необычными майнинг-устройствами были безобидным хобби. Ботнет Mirai стал печально известен ещё в 2016 году после серии DDoS-атак, включая удар по DynDNS, который замедлил интернет-трафик на большей части восточного побережья США. Ботнет заражал уязвимые устройства - камеры, роутеры и прочую бытовую технику с выходом в интернет - и объединял их в сеть для атак.

В конце марта 2017 года исследователи из подразделения кибербезопасности IBM X-Force обнаружили новую версию ботнета под названием ELF Linux/Mirai с неожиданным дополнением: майнинг-модулем для добычи биткоина. Активность впервые зафиксировали 20 марта, объём трафика вырос на 50% уже через четыре дня, а к 27 марта кампания полностью прекратилась - заражение работало всего около недели.

Здесь стоит быть честным по поводу реальной эффективности схемы. Сами исследователи IBM усомнились в её экономическом смысле - заражённые устройства вроде камер и роутеров физически не обладают вычислительной мощностью, достаточной для сколько-нибудь заметной добычи биткоина по отдельности. Единственная теория, которую рассматривали в IBM, - злоумышленники могли пытаться объединить тысячи заражённых устройств в один общий пул мощности, работающий как единый крупный майнер. Никаких подтверждений, что эта схема реально принесла злоумышленникам добытые монеты, в отчёте нет - кампания прекратилась так же внезапно, как началась, и её реальный результат остался неизвестен.

Разброс в этих историях огромный: от безобидного инженерного трюка до откровенно преступной схемы. Game Boy и компьютер программы «Аполлон» - эксперименты энтузиастов, сделанные ради самого факта, что это возможно, без всякой надежды на прибыль. Ферма Samsung - уже осознанный корпоративный PR-проект с реальными, хоть и скромными, показателями эффективности. А ботнет Mirai - использование чужих устройств без согласия владельцев ради потенциальной, но так и не подтверждённой выгоды.

Общий технический принцип при этом один и тот же: майнинг - это перебор хешей SHA-256, и теоретически на это способен любой процессор, от 8-битного чипа 1989 года до бортового компьютера, летавшего на Луну. Экономически оправданным этот процесс делает не сама возможность считать хеши, а соотношение между вычислительной мощностью и потраченной на неё энергией. Мы подробно разбирали, почему именно этот показатель (J/TH) определяет экономику майнинга в большей степени, чем сам хешрейт, в отдельном материале про выбор оборудования.

Именно поэтому современный майнинг - это трезвый расчёт: сколько хешей в секунду выдаёт конкретный ASIC, сколько он потребляет энергии и куда отдавать посчитанные хеши, чтобы получить за них вознаграждение. Последний вопрос решается через пул - например, K8X принимает хешрейт с любого корректно настроенного оборудования, будь то свежий Antminer или, теоретически, что-то куда более странное, лишь бы оно умело считать SHA-256 и поддерживать stratum-соединение.