Я - Сатоши Накамото: истории, когда создатель биткоина был «изобличен». Или не совсем?

Личность Сатоши Накамото остаётся одной из главных нераскрытых тайн технологической индустрии - человек или группа людей, опубликовавшие протокол биткоина в 2008 году, ни разу не раскрыли себя и предположительно владеют больше миллиона BTC, к которым никто не притрагивался полтора десятилетия. За эти годы было как минимум три громкие попытки закрыть этот вопрос - каждая закончилась по-своему, и ни одна не выдержала проверки. Или почти..

Одна история - это человек, который годами настаивал на своей версии в судах. Другая - журналистская ошибка, которая сломала жизнь ни в чём не повинному инженеру. Третья - посмертное обвинение, выдвинутое не самим «кандидатом», а его близкими. Разберём все три по порядку.

Крейг Райт - единственный из троих “Сатоши”, кто годами публично и в судах настаивал, что именно он и есть создатель биткоина, подкрепляя заявления техническими «доказательствами». В мае 2016 года он выступил одновременно в трёх изданиях - BBC, The Economist и GQ - с прямым заявлением о своей причастности к созданию биткоина, пообещав вскоре опубликовать неопровержимую криптографическую подпись.

Уже через три дня Райт отступил. В посте в собственном блоге он написал, что ему «не хватает смелости» опубликовать обещанные доказательства, а спустя восемь лет выяснится почему.

В 2024 году в лондонском Высоком суде организация Crypto Open Patent Alliance добилась официального признания: Райт - не Сатоши. Разбирательство вскрыло масштабную фальсификацию документов: от шрифтов, которых не существовало на заявленные Райтом даты, до подделанных метаданных файлов. Судья Джеймс Меллор в письменном решении заявил, что Райт «лгал суду обширно и неоднократно» и подделывал документы «в промышленном масштабе».

На этом история не закончилась: осенью того же года Райт подал новый иск против разработчиков Bitcoin Core, нарушив прямой судебный запрет, и в декабре 2024 года был признан виновным в неуважении к суду - приговор составил год тюрьмы условно с отсрочкой на два года.

Здесь ситуация перевёрнута с ног на голову: не человек пытался доказать, что он Сатоши, а журналистка Newsweek Лиа МакГрат Гудман фактически назначила на эту роль обычного инженера из Калифорнии - просто потому, что его настоящее имя при рождении случайно совпадало: Сатоши Накамото.

Расследование началось со странного совпадения имени и профессионального бэкграунда: Дориан работал системным инженером и когда-то занимался засекреченными военными проектами. Этого было мало для публикации, поэтому журналистка копала глубже: нашла магазин, где Дориан покупал модели поездов, убедила сотрудника выдать его email и вышла на контакт под предлогом невинного разговора о хобби.

Развязка произошла на пороге его собственного дома. Когда Гудман прямо спросила о причастности к биткоину, Дориан произнёс фразу, которая стала для журналистки решающим доказательством: «Я больше не занимаюсь этим и не могу это обсуждать. Это передано другим людям. Теперь они за это отвечают. У меня больше нет никакой связи». Позже Дориан утверждал, что говорил вообще о другом - о своей инженерной карьере в целом, а не о биткоине, и что просто неправильно понял вопрос.

Статья с обложкой вышла 6 марта 2014 года - и в тот же день к дому Дориана съехались десятки репортёров. Апогей абсурда наступил, когда Дориан согласился на «бесплатный обед» с журналистом Associated Press, чтобы дать интервью с опровержением, - и по дороге в ресторан за его машиной на полном ходу устроилась настоящая автомобильная погоня из репортёров, круживших у его дома всё утро.

Дориан публично и категорически отрицал причастность к биткоину буквально с первого дня, нанял адвоката и всерьёз рассматривал иск против Newsweek за причинённый ущерб репутации и вторжение в частную жизнь. Сообщество биткоина в качестве извинения и поддержки собрало ему 49 BTC - на тот момент около 30 тысяч долларов, а сегодня это порядка 7,5 млн долларов, которые Дориан, что символично, ни разу не продал.

Третья история отличается от первых двух ещё сильнее: сам Дэйв Кляйман - специалист по компьютерной безопасности и близкий друг Крейга Райта - никогда при жизни не заявлял, что он Сатоши Накамото. Он умер в 2013 году, задолго до того, как его имя вообще всплыло в этом контексте.

Роль главного «изобличителя» неожиданно взял на себя не журналист и не суд, а собственный брат покойного. В 2018 году Айра Кляйман подал иск против Крейга Райта, утверждая, что его брат Дэйв был тайным соавтором биткоина вместе с Райтом - и что Райт обманом присвоил себе биткоины и интеллектуальную собственность на сумму свыше 5 млрд долларов, которые по праву должны были достаться имуществу покойного.

Дело слушалось в суде Флориды и превратилось в ещё один фронт, на котором версия Райта о собственной причастности к созданию биткоина затрещала по швам: уже не из-за журналистского расследования и не из-за отступления самого претендента, а из-за иска ближайшего родственника человека, которого Райт называл своим партнёром по разработке.

Три истории, три совершенно разных сценария разоблачения - и ни один так и не сработал. Крейг Райт годами предъявлял «доказательства» лично, и все они рассыпались под криминалистической экспертизой в суде. Дориана Накамото никто не разоблачал - его назначили Сатоши журналисты, опираясь на совпадение имени, а не на факты, и он публично отрицал причастность с первого дня. Дэйва Кляймана вообще никто не спрашивал: его записали в соавторы биткоина уже посмертно, в чужом судебном процессе.

Общий знаменатель у всех трёх историй один: ни техническая экспертиза, ни журналистское расследование, ни суд так и не дали окончательного ответа, кто такой Сатоши Накамото. Единственный человек, который мог бы закрыть этот вопрос раз и навсегда, не сделал этого ни разу за пятнадцать с лишним лет, а миллион с лишним BTC на кошельках, которые связывают с Сатоши, так и остаются нетронутыми.

Есть и более мрачное объяснение такой осторожности. Сатоши создал актив, который сегодня влияет на курсы валют, политику центробанков и интересы правительств по всему миру - а значит, потенциально способен принести своему создателю не только славу, но и внимание сторон, которые предпочли бы, чтобы решения по развитию биткоина принимались в их пользу.

Среди тех, кому есть дело до контроля над сетью такого масштаба, встречаются не только корпорации и государства, но и структуры, для которых давление не ограничивается словами. Анонимность в этом смысле - не просто философский жест в пользу децентрализации (вернее, не только он один), а вполне рациональная защита: пока личность Сатоши неизвестна, на неё физически невозможно надавить.

Идея децентрализации, которую заложил в протокол сам Сатоши, стала практическим требованием к устройству майнинга биткоина сегодня. Ни у одного человека или компании не должно быть возможности единолично контролировать сеть - точно так же, как ни у одного человека не получилось доказать, что он и есть Сатоши.

В реальности это выражается в распределении хешрейта между независимыми майнинг-пулами, оборудовании в разных юрисдикциях и отсутствии контроля со стороны одного игрока. Сама архитектура таких пулов строится на том же принципе прозрачности и устойчивости: K8X, например, поддерживает соединение с оборудованием даже в сложных сетевых условиях, где другие пулы теряют связь, а каждый майнер получается вознаграждение за каждую принятую долю работы пропорционально своему вкладу.

Подробнее о том, к чему приводит нарушение принципа децентрализации, можно прочитать в нашем материале про единственный случай, когда один майнинг-пул чуть не захватил биткоин.