Международные расчёты на блокчейне: кто выигрывает и у кого остаются рычаги

Нефть, автомобили и смартфоны всё чаще оплачивают не банковским переводом, а стейблкоинами (от англ. stablecoins — криптовалютами, курс которых привязан к фиатной валюте, как правило к доллару). Банки проводят расчёты через блокчейн, а центральные банки готовят собственные цифровые деньги.

Доллар остаётся главной валютой мировой торговли. По данным Swift (Society for Worldwide Interbank Financial Telecommunication — глобальная сеть, через которую банки обмениваются платёжными сообщениями) за октябрь 2026 года, на американскую валюту приходится свыше 58% международных платежей, если не считать расчёты внутри еврозоны. Евро занимает около 13%, юань — чуть больше 2%.

Такая расстановка даёт США серьёзное влияние на мировые расчёты. Даже когда обе компании находятся за пределами Америки, долларовый платёж нередко проходит через американские банки, а значит, зависит от законодательства и санкционных правил.

Стейблкоины работают иначе. USDT и USDC привязаны к курсу доллара, но передаются по блокчейну. Банковские посредники для отправки нужны не всегда, а перевод занимает считаные минуты.

По капитализации лидирует USDT с долей более 60%, у USDC около 24%. Зато реальные платежи распределяются по-другому. Как показало исследование Mizuho, в начале 2026 года USDC обошёл соперника по скорректированному объёму транзакций — примерно $2,2 трлн против $1,3 трлн. Особенно охотно стейблкоины берут там, где бизнес упирается в санкции, валютные ограничения или сбои с международными банковскими переводами.

Показательнее всего выглядит Венесуэла. Под давлением американских санкций государственная нефтяная компания PdVSA перевела часть расчётов на USDT. В 2024 году она начала требовать от некоторых покупателей предоплату в стейблкоинах, и сумма могла доходить до половины стоимости груза. Смысл был простым — уменьшить риск блокировки денег на зарубежных банковских счетах. К концу 2025 года до 80% нефтяных доходов страны, по оценкам, могло поступать именно так.

Потом картина поменялась. Политическая ситуация сдвинулась, контроль над значительной частью нефтяных расчётов перешёл к американским властям, и операции стали проходить через подконтрольные им банковские счета.

Криптовалюты есть и во внешней торговле России. По информации Reuters, отдельные нефтяные компании рассчитываются с партнёрами из Китая и Индии в Bitcoin, Ethereum и USDT. Правда, на фоне всего нефтяного экспорта такие операции пока занимают скромное место.

Ещё один пример — Иран. В 2026 году стало известно о системе оплаты прохода судов через Ормузский пролив: судовладельцы могли переводить деньги в юанях или стейблкоинах через посредников, связанных с иранскими властями. Цена начиналась примерно с $1 за баррель перевозимой нефти, а для крупных танкеров доходила до $2 млн. Параллельно в стране заработал сервис Hormuz Safe, который страховал суда с оплатой в биткоине, но позже американский Минфин ввёл против него санкции.

Все эти истории говорят об одном. Криптовалюты уже участвуют в торговле стратегическими товарами, однако блокчейн сам по себе не страхует ни от санкций, ни от финансовых потерь.

Переводы идут по блокчейну, но сами монеты остаются под контролем компаний, которые их выпускают. Tether, например, вправе замораживать USDT на конкретных адресах по запросам уполномоченных органов. За всё время компания заблокировала около $4,9 млрд, причём примерно $550 млн пришлось на 2026 год и дела, связанные с Ираном.

В США этот механизм постепенно закрепляют законом. Принятый в июле 2025 года закон GENIUS Act (Guiding and Establishing National Innovation for U.S. Stablecoins — американский закон о регулировании стейблкоинов) требует от эмитентов, среди прочего, исполнять законные распоряжения о блокировке и остановке операций. При этом власти страны сделали ставку именно на частные долларовые стейблкоины: в 2026 году Конгресс запретил Федеральной резервной системе запускать собственную цифровую валюту до конца 2030 года.

Выходит, USDT и USDC позволяют обойтись без привычной банковской цепочки, но независимости платежам не добавляют. Контроль переезжает от банков к эмитентам цифровых активов.

Стейблкоины работают не только в больших международных сделках. В ряде стран они стали рабочим инструментом для самого обычного бизнеса.

Страна испытывает нехватку долларов, потому что сокращаются доходы от экспорта природного газа. Местным компаниям всё труднее закупать иностранные товары и платить поставщикам. В сентябре 2025 года здесь впервые продали автомобиль за USDT, а затем дистрибьютор Toyosa, который представляет Toyota, Lexus, Yamaha и BYD, расширил возможности оплаты криптовалютой.

Интерес к цифровым активам растёт стремительно. По данным Центрального банка Боливии, за первое полугодие 2025 года объём криптовалютных операций составил $294 млн, тогда как годом ранее было $46,5 млн. Власти уже обсуждают, не расширить ли применение USDT в торговле, платежах и сбережениях.

Попытка использовать крипту для импорта топлива закончилась неудачей. В марте 2025 года государственная компания YPFB получила разрешение покупать нефть, дизель и присадки за цифровые активы, но проект не взлетел. Не хватило ликвидности, а регулирование осталось неясным. К тому же криптовалюта не снимала главную проблему страны — чтобы её приобрести, всё равно требовались доллары.

Для нигерийских импортёров электроники USDT стал важным инструментом. На рынке Computer Village в Лагосе работают тысячи компаний, которые закупают в Китае смартфоны, ноутбуки и комплектующие. Обычные международные переводы идут от 7 до 21 дня, поэтому предприниматели выстроили другую схему.

Нигерийский посредник покупает USDT за местную валюту на P2P-платформе (от англ. peer-to-peer — площадка, где сделки заключаются напрямую между пользователями) и отправляет их партнёру в Китае. Тот меняет стейблкоины на юани и оплачивает поставку. Иногда весь цикл укладывается меньше чем в час. Риск при этом очевиден: если посредник или зарубежный партнёр окажется недобросовестным, вернуть деньги будет трудно.

По оценкам МВФ (Международного валютного фонда), на Нигерию с 2019 года приходится около 60% всего притока стейблкоинов в страны Африки южнее Сахары.

Бразилия превратилась в один из крупнейших рынков стейблкоинов Латинской Америки. По данным Reuters, за первую половину 2025 года объём криптовалютных операций в стране достиг 227 млрд реалов, то есть около $42,8 млрд, и примерно две трети этой суммы пришлись на долларовые стейблкоины. Местные предприниматели активно используют их в международных закупках.

Власти, впрочем, беспокоятся: так можно обходить налоги и таможенные пошлины. Импортёр указывает в документах лишь 20% стоимости товара, а остальное отправляет поставщику в USDT. По этой причине регулирование ужесточается, и с октября 2026 года для сервисов международных онлайн-платежей действуют ограничения на использование стейблкоинов.

При всей популярности такие расчёты занимают в мировой платёжной системе очень небольшое место. По оценке McKinsey и Artemis, платежи в стейблкоинах составляют около $390 млрд в год, а это примерно 0,02% глобального платёжного оборота.

Пока частные компании развивают стейблкоины, Китай продвигает цифровую валюту центрального банка (CBDC, Central Bank Digital Currency) — цифровую форму национальных денег, которую выпускает и контролирует сам центробанк. По стоимости она равна обычным деньгам страны, а в отличие от криптовалют и частных стейблкоинов считается обязательством центрального банка, и правила её обращения задаёт государство. Китайский вариант называется e-CNY, или цифровой юань.

От USDT он отличается тем, что его эмитирует непосредственно государство. Задача — упростить платежи, ускорить расчёты и уменьшить зависимость мировой торговли от долларовой инфраструктуры.

Один из первых крупных случаев применения датируется декабрём 2023 года: китайская Baosteel Group оплатила импорт железной руды на 24 млн цифровых юаней. С тех пор инфраструктура расширяется. В сентябре 2025 года в Шанхае открылся международный операционный центр цифрового юаня, а в июне 2026 года к системе трансграничных платежей подключились 26 участников, среди которых крупнейшие китайские банки и Standard Chartered China. Платформа рассчитана на круглосуточные переводы и взаимодействие с финансовыми организациями других стран.

Одновременно развивается проект mBridge, который позволяет проводить международные расчёты в цифровых валютах центральных банков. По данным Bank of China, к концу июня 2026 года совокупный объём операций самого банка через платформу превысил 600 млрд юаней или 88,6 млрд. долларов. При этом цифровой юань занимает доминирующее положение в расчётах: согласно последней доступной оценке Atlantic Council за ноябрь 2025 года, на него приходилось около 95% общего объёма операций mBridge. Китай, судя по всему, шаг за шагом выстраивает собственную платёжную инфраструктуру для внешней торговли.

К частным стейблкоинам Пекин относится осторожно: в 2025 году Ant Group и JD.com приостановили свои гонконгские проекты после вмешательства регуляторов. Государство явно хочет оставить цифровые деньги под своим контролем и не допустить появления чересчур влиятельных частных альтернатив.

Россия расширяет применение криптовалют во внешней торговле. С сентября 2026 года закон допускает использование цифровых валют в расчётах с иностранными контрагентами при соблюдении установленных требований, а оплата товаров и услуг криптовалютой внутри страны по-прежнему под запретом. Сбербанк объявил о запуске международных расчётов в криптовалюте для бизнеса: по данным банка, средняя комиссия около 0,3%, перевод занимает несколько минут. Одновременно внедряется цифровой рубль, который в перспективе планируют применять и в платежах с зарубежными партнёрами.

Беларусь разрешила отдельные виды международных криптовалютных расчётов через местные банки. В ОАЭ развивают стейблкоины с привязкой к дирхаму: в мае 2026 года компания IHC провела транзакцию с DDSC на 110 млн дирхамов, примерно $30 млн. Казахстан тестирует стейблкоины, привязанные к тенге, — в октябре 2026 года Национальный банк страны, Tether и администрация Алатау договорились изучить возможность выпуска такого актива. Малайзия, в свою очередь, рассматривает цифровую версию национальной валюты для внешнеторговых расчётов.

Общая тенденция очевидна. Всё больше государств хотят иметь собственные платёжные инструменты, которые не зависят целиком от доллара и традиционных банковских каналов.

Долгое время блокчейн считали технологией исключительно криптовалютного рынка. Теперь же его внедряют крупнейшие финансовые организации мира, и одна из главных целей — ускорить международные расчёты, которые в традиционной системе тянутся по нескольку рабочих дней.

Citi, например, создал платформу Citi Token Services, где компании могут переводить токенизированные банковские депозиты — деньги на банковских счетах, представленные цифровыми токенами в блокчейне. Каждый токен отражает конкретную сумму, лежащую в банке. В отличие от стейблкоинов такие депозиты напрямую связаны со счетами и регулируются в рамках банковской системы. В 2023 году банк проверил технологию вместе с логистической компанией Maersk: часть процедур с банковскими гарантиями и оплатой транзитных сборов заменили автоматизированными операциями на блокчейне, и платежи, раньше занимавшие дни, стали проходить за минуты.

Похожую инфраструктуру развивает JPMorgan. В июне 2026 года банк сообщил, что через его корпоративную блокчейн-платформу Kinexys прошло больше $4 трлн, а средний дневной оборот превышает $7 млрд. Среди пользователей — сырьевые и энергетические трейдеры. В июле 2026 года не остался в стороне и Swift: организация объявила о развитии блокчейн-инфраструктуры для круглосуточных международных переводов с участием крупных банков.

Европейские финансовые организации тем временем готовят собственные стейблкоины в евро, которые будут соответствовать требованиям MiCA (Markets in Crypto-Assets — регламент Евросоюза о рынках криптоактивов, единые правила для эмитентов стейблкоинов и других криптоактивов, бирж, обменных сервисов и хранителей цифровых активов). По сути, банки переносят привычные финансовые инструменты на новую технологическую основу.

На первый взгляд блокчейн обещает больше финансовой свободы: деньги уходят напрямую, без долгого ожидания и сложной цепочки посредников. Однако полностью независимыми новые платёжные системы не назвать, потому что у каждого инструмента есть свои механизмы контроля.

Исчезновения посредников при этом не происходит, меняется их роль. Раньше международные расчёты держались на банковской корреспондентской сети, а теперь влияние распределяется между банками, государствами, криптовалютными компаниями и операторами цифровых платформ.

Какой бы путь ни выбрать, через корреспондентские банки, USDT, цифровой юань или банковский токен, у кого-то всегда есть возможность остановить перевод. Различается лишь то, кто именно это может сделать и по законам какой страны. По этой причине, сравнивая скорость и комиссии, полезно задавать ещё один вопрос: чьи правила вы принимаете вместе с выбранным маршрутом и что с вашими деньгами произойдёт, если эти правила изменятся.

- - -

Новый сайт:

BestChange.biz

- - -

BestChange в Telegram:

Бот BestChange | Мини-приложение BestChange

- - -

Приложение BestChange для смартфона:

App Store | Google Play | AppGallery