Магазин дисков Антона: любовь к кино и редкие фильмы

НА ПОСЛЕДНЕМ ДЫХАНИИ

О вкусах не спорят. Их продают.

Под моим домом был магазин дисков. Две ступеньки вниз, дверь с доводчиком, который не работал никогда, поэтому зимой её подпирали кирпичом.

Пахло клеем от коробок и подвалом. На кронштейне под потолком висел телевизор и крутил что-то без звука. Без звука, подозреваю, только при покупателях. Чаще всего крутили Годара. Бельмондо ходил по Елисейским полям и беззвучно открывал рот, а внизу под ним лежали полторы тысячи дисков.

Держал магазин Антон. Лет сорок, кофта на молнии, чай в кружке с надписью «Лучший бухгалтер». Откуда кружка — не знаю, я не спрашивал. На бухгалтера, тем более на лучшего, Антон похож не был.

Район у нас обычный. Люди приходили за «Такси 3», за сериалом про ментов, за мультиками ребёнку на выходные. Антон всё это держал, разумеется. На нижних полках, ближе к двери, чтобы быстрее.

А на верхней полке стоял иконостас. Годар, Тарковский, Бергман, Триер, Тарантино, Пол Томас Андерсон. Икон было сорок. Прихожан шесть.

К каждому диску оттуда он писал от руки картонку и вставлял под плёнку. Печатными буквами, наклон вправо.

«Скучно первые двадцать минут. Терпите».

«Не для свидания».

«Смотреть трезвым».

«Если понравится — приходите, есть ещё четыре».

Продать он мог не всё. Точнее, продать он мог всё, но не всем.

Дальше он лез на верхнюю полку. Иногда угадывал. Иногда человек больше не приходил.

Один раз женщина вернула фильм Бергмана и сказала, что там ничего не происходит. Антон деньги вернул, спорить не стал. Просто потом полдня молчал и смотрел в свой беззвучный телевизор.

Года через два к нему стали ходить не за диском.

И он давал. И люди платили деньги за то, что этот человек в кофте на молнии выбрал за них. Объяснить, за что они платят, они бы не смогли. Антон бы тоже не смог.

Для меня его подвал был доступом к фильмам, о которых я не слышал, но о которых почему-то знал весь мир.

Чаще меня там бывал только Костя.

Костя почти ничего не покупал. Он смотрел. На картонки, на подбор, на верхнюю полку.

И заезжал раз в месяц. Не прячась. Здоровался, спрашивал, как торговля, фотографировал новые картонки, уезжал. Антон наливал ему чаю в кружку «Лучший бухгалтер». Вторая была одна, он мыл её при госте.

Я спросил как-то, чего он это терпит.

Костя, как выяснилось, держал такую же точку с дисками у метро. Через полтора года у него на полках появились свои картонки с короткими подписями. Одну строчку я узнал дословно.

Место у него было лучше нашего в разы. Метро, поток, вечерняя толпа с работы.

Я потом спросил, как идёт.

Магазин Кости закрылся в шестом. Антон с дисками дожил аж до восьмого, когда их уже почти никто не покупал.

У Антона была одна вещь, которой не было больше ни у кого в радиусе трёх станций метро. Он считал, что это просто любовь к кино.

Вкус можно сфотографировать на телефон. Скопировать его нельзя.

Продавать его при этом можно. Антон этим и занимался пятнадцать лет на первом этаже моего дома. Просто в накладной у него значились диски.

Отдельное ему спасибо за то, что в четырнадцать лет заставил меня купить «Ночи в стиле Буги», а в пятнадцать — «Семь самураев».

Чем он занимается сейчас, понятия не имею.

В его магазине потом продавали автостраховки. Потом и это закрылось.

Сейчас там на весь первый этаж небольшой отель. Говорят, посетители отеля видят сны с любимыми фильмами Антона…

S04 E01 1 Grigòr, the Creator