Что такое перформанс в современном искусстве: чем отличается от акционизма и как его продают

Когда художник начинает работать с современным искусством, довольно быстро возникает вопрос медиума. Обязательно ли оставаться в живописи, если именно с неё началась практика? Можно ли перейти к видео, звуку или перформансу? Что в таком случае будет объединять работы и как зритель поймёт, что перед ним один автор?

Есть и более практические вопросы. Что такое перформанс, чем он отличается от хэппенинга и акционизма, можно ли его продать, если после действия не остаётся привычного физического объекта?

Я бы начинала разговор не с формы. Первый вопрос всегда другой: что именно я хочу сказать? И только потом мы с вами решаем, каким способом это лучше выразить. Современное искусство не требует от художника однажды выбрать один медиум и оставаться внутри него всю жизнь.

Поэтому я бы рассматривала перформанс не как отдельную территорию, на которую художнику нужно специально «перейти», а как один из способов художественного высказывания. Иногда мысль требует живописи, иногда видео, звука, пространства, а иногда действия.

Оглавление

• Что такое перформанс простыми словами

• Почему сначала появляется идея, а потом медиум

• Можно ли одному художнику работать в разных медиумах

• Как сохранить авторский почерк при смене формы

• Чем перформанс отличается от хэппенинга

• Где проходит граница между перформансом и акционизмом

• Почему перформанс нельзя сравнивать с минимализмом или поп-артом

• Как продают перформанс

• Когда документация становится самостоятельной работой

• Обязательно ли художнику самому воплощать работу

• Что происходит с акционизмом в российском контексте

• Почему галерея может отказаться от перформанса

Если нужно объяснить, что такое перформанс простыми словами, я бы сформулировала так: это форма современного искусства, в которой художественным высказыванием становится действие, происходящее в определённом контексте. Ключевым здесь остаётся именно художественный замысел. Само по себе действие ещё не превращается в произведение только потому, что художник совершает его перед зрителями. Важно, зачем выбрана такая форма и что через неё автор хочет сказать.

Перформанс художника строится вокруг художественного высказывания, для которого действие становится способом выражения.

В общем-то, здесь и появляется первое важное отличие от привычного представления о произведении искусства. Перед нами может не быть картины или другого объекта, который остаётся после завершения работы. Само действие становится частью произведения. Художнику при этом не нужно определять себя только через медиум.

Мы с вами можем несколько лет работать с живописью, а затем прийти к идее, для которой холста оказывается недостаточно. Например, для неё важны пространство, звук и действие. Тогда появляется возможность сделать аудиовизуальный перформанс в пространстве выставки. Предыдущая практика никуда не исчезает.

Меняется форма конкретного высказывания.

Один из главных принципов работы с современным искусством можно свести к двум вопросам:

Что я хочу сказать?

Каким образом я могу это сказать?

Порядок здесь важен. Я бы не начинала с решения: «Хочу сделать перформанс, теперь нужно придумать для него тему». Сначала появляется содержание. Потом художник выбирает медиум, который позволяет это содержание выразить.

Иногда подходит живопись. Иногда графика. Иногда керамика или текстиль. В другой ситуации нужны саунд-арт, видео-арт, инсталляция или перформанс.

Медиум выбирается под художественное послание, а не художественное послание под медиум. На самом деле этот принцип снимает довольно много лишних вопросов. Не обязательно решать, кем вы теперь являетесь: живописцем, видео-художником или художником, работающим с перформансом. Полезнее понять, какая форма нужна конкретной идее.

Если для высказывания достаточно живописи, нет необходимости добавлять видео только потому, что такая возможность существует. Если идея требует действия, странно отказываться от него только потому, что раньше художник работал с холстом.

Я бы здесь каждый раз возвращалась к первому вопросу: что я хочу сказать?

Современное искусство не ограничивает автора одним способом работы. В одной практике могут появляться:

- живопись;

- графика;

- керамика;

- текстиль;

- саунд-арт;

- видео-арт;

- инсталляция;

- перформанс.

Наличие такого выбора не означает, что художник должен использовать все возможные медиумы. Мы с вами не собираем коллекцию техник. Каждая новая форма должна появляться потому, что она нужна художественному высказыванию.

Допустим, автор начинал с живописи. Позже внутри той же практики возникла идея, которую невозможно полноценно реализовать только изображением. Художнику понадобились звук, видео и действие. Сделать аудиовизуальный перформанс в выставочном пространстве в такой ситуации совершенно естественно.

Начало практики в одном медиуме не обязывает художника оставаться в нём.

Я бы скорее смотрела на связь между работами, чем на совпадение материалов. Если живопись и перформанс продолжают одну художественную мысль, смена медиума не разрушает практику. В общем-то, медиум здесь работает как инструмент. Для разных задач могут понадобиться разные инструменты.

После этого обычно возникает другой вопрос.

Если художник сегодня работает с графикой, завтра с керамикой, потом снимает видео и делает перформанс, не исчезнет ли узнаваемость?

Не обязательно.

Автора узнают не только по медиуму, а по его почерку.

Представим, что внутри практики появляется найденный автором символ. Он может существовать в графике. Может перейти в керамику. Появиться в видео-арте.

Стать частью перформативного действия. Форма меняется, но автор остаётся узнаваемым. Мы с вами здесь можем разделить две вещи: внешний материал произведения и внутреннюю связь между работами. Авторский почерк не обязан означать, что человек всю жизнь использует одну технику.

Связь может создавать тема. Может работать повторяющийся символ. Может сохраняться определённый способ художественного мышления. Поэтому я бы не спрашивала: «Похож ли мой перформанс на мою графику?»

Гораздо полезнее другой вопрос: «Продолжает ли этот перформанс моё художественное высказывание?» Если продолжает, смена формы сама по себе не является проблемой. И если художник впервые попробовал другой медиум, это нормально. Новый способ работы не отменяет всё, что было сделано раньше.

Термины «перформанс» и «хэппенинг» находятся рядом, поскольку оба связаны с действием и событием. Но полностью заменять одно понятие другим не стоит. В общепринятом искусствоведческом понимании перформанс предполагает художественное действие, которое автор выстраивает как произведение.

Хэппенинг сильнее связан с событием, ситуацией и возможностью непредсказуемого развития происходящего.

На ход события могут влиять обстоятельства и участие зрителей. При этом я бы не пыталась превращать различие в строгую таблицу, где любую работу можно мгновенно и без сомнений отнести только к одной категории. Формы современного искусства могут пересекаться. Для понимания конкретной работы полезнее спросить:

- насколько действие определено заранее;

- какую роль играет возникающая ситуация;

- может ли происходящее меняться в процессе;

- каким образом в событие включается зритель.

Такие вопросы позволяют понять устройство работы лучше, чем попытка сначала подобрать для неё термин. Если граница кажется не абсолютно жёсткой, это нормально. В современном искусстве нам важна не только классификация, но и устройство самого художественного высказывания.

С акционизмом ситуация немного другая. Акционизм тоже связан с художественным действием, но обычно предполагает выраженную общественную, социальную или политическую направленность. Перформанс как форма шире и не обязан строиться вокруг политического жеста. Поэтому ставить между этими понятиями знак равенства я бы не стала.

В российском контексте акционизм во многом связан с историей восьмидесятых и девяностых и часто воспринимается через политическое послание. Из-за этого может возникнуть ощущение, что актуальное российское искусство обязательно должно быть остросоциальным, конфликтным и тяжёлым. Но такой обязательности нет.

Сегодня российское актуальное искусство ищет собственный локальный контекст и идентичность, и этот поиск не сводится только к остросоциальному высказыванию.

Я бы здесь снова возвращалась к содержанию. Если художник действительно работает с политическим или социальным посланием, одна форма художественного действия может быть для него органичной. Если тема другая, нет необходимости искусственно делать работу тяжёлой или конфликтной ради представления об актуальности. Перформанс может существовать с другим содержанием.

Есть ещё одна путаница, которая возникает, когда разные явления современного искусства пытаются расположить на одной шкале. Перформанс, концептуализм, поп-арт и минимализм представляют разные направления, которые развивались одновременно.

Сравнивать их как последовательные ступени одной системы некорректно.

Одно не приходит на смену другому в смысле «теперь это устарело, а вот это стало правильным». У современного искусства нет одного универсального языка, которым должны пользоваться все художники. На самом деле этот момент очень важен для понимания медиума. Если вокруг существуют живопись, инсталляции, видео, объекты, перформативные практики и другие формы, не нужно искать среди них одну самую актуальную.

Такого универсального ответа нет. Я бы воспринимала это как набор возможностей для художественного высказывания. Сначала мы с вами определяем, что хотим сказать. После этого смотрим, какая форма позволяет сделать это точнее.

Для одной практики органичной окажется живопись. Для другой перформанс. Для третьей несколько медиумов будут существовать одновременно.

Выбор медиума определяется художественной задачей, а не необходимостью соответствовать одному универсальному языку современного искусства.

Самый практический вопрос начинается там, где заканчивается само действие. Картину можно физически передать покупателю. С объектом тоже всё достаточно понятно. Перформанс закончился.

Что тогда продаётся?

Перформанс сегодня можно продавать.

Один вариант связан с документацией перформанса. Действие фиксируется, и эта документация может становиться предметом дальнейшей работы. Другой вариант: продаётся право на воспроизведение перформативной практики. Для привычного понимания арт-рынка такая модель может казаться непривычной, потому что произведение не обязательно существует как единственный материальный объект.

Но отсутствие картины или скульптуры не означает отсутствия того, что может быть предметом продажи. Я бы здесь разделяла само действие, его документацию и право на воспроизведение. Перформанс может завершиться физически, но художественная практика не обязательно заканчивается вместе с ним. В общем-то, именно этот пример хорошо показывает, насколько современное искусство шире привычной модели «художник создал вещь, покупатель приобрёл вещь».

Документация перформанса может выполнять разные функции. В одном случае она фиксирует произошедшее. Но возможен и другой сценарий.

Документация перформанса может сама стать видео-артом и существовать как самостоятельное произведение.

Сначала происходит действие. Оно документируется. После этого работа с материалом может продолжиться уже в другом медиуме. При этом я бы не ставила знак равенства между любой записью перформанса и видео-артом.

Фиксация события сама по себе ещё не означает, что автоматически появилась новая самостоятельная работа. Важно именно то, что документация может получить такой статус и продолжить художественную практику уже в другой форме. Здесь снова становится заметно, что границы между медиумами не обязательно совпадают с границами одной авторской идеи. Перформанс закончился.

Работа с его материалом продолжается. Одна художественная идея получает ещё одну форму.

С перформативными и концептуальными практиками связан ещё один важный вопрос: должен ли автор физически выполнить произведение собственными руками?

Не обязательно.

Работа может быть воплощена руками других людей и при этом оставаться вашей.

Художественный замысел принадлежит автору, даже если для его реализации участвуют другие люди. Академическое образование для такой работы тоже не является обязательным условием. Если художнику для реализации идеи нужны другие исполнители или навыки, которыми обладают другие люди, само их участие не отменяет авторство. Но здесь я бы обязательно обращала внимание на юридическую сторону.

Авторство и отношения вокруг произведения важно правильно оформить юридически.

Особенно это существенно, если произведение реализуют другие люди или речь идёт о праве на воспроизведение перформативной практики. Свобода современного искусства в способах производства работы не означает, что вопросы авторства можно оставлять неопределёнными. Мы с вами можем придумать работу, которая будет воплощена не нашими руками. Но юридическое оформление при такой модели становится важной частью профессиональной практики.

Российский акционизм имеет собственную историю восприятия. Во многом разговор о нём связан с восьмидесятыми и девяностыми и с художественными действиями, в которых присутствовало политическое послание. Но переносить эту модель на всё сегодняшнее российское актуальное искусство я бы не стала. Сегодня возникает другой важный вопрос: каким может быть собственный локальный контекст российского современного искусства?

Поиск идентичности не обязан происходить только через остросоциальное высказывание. Он может быть устроен иначе. И здесь важно не требовать от каждого перформанса политической функции только потому, что художественное действие в российском контексте часто воспринимается через историю акционизма. В общем-то, локальный контекст значительно шире одной формы разговора.

Художнику стоит ясно видеть, с чем работает именно его практика и почему для этого выбрана конкретная форма. Если для высказывания нужен перформанс, он появляется. Если нужен другой медиум, художник не обязан превращать работу в действие ради того, чтобы она выглядела более актуальной. Я бы снова возвращалась к тому же принципу: сначала содержание, затем форма.

Допустим, художник определился с медиумом, разработал работу и отправил проект галерее. Приходит отказ. Очень легко прочитать его как оценку собственной практики: значит, работа плохая, художник недостаточно профессионален или перформанс никому не нужен. Но причина может быть совершенно другой.

Галерея может в этот момент искать другой медиум и другого автора.

Ей может быть нужен не перформанс. Или не тот тип художественной практики, с которым работаете вы. Отказ конкретной площадки не становится универсальной оценкой художника. Я бы всегда разделяла качество собственной практики и соответствие конкретной галерее в конкретный момент.

Если совпадения не произошло, это нормально. Другая площадка может искать именно такой медиум или именно такую авторскую позицию. Поэтому один отказ не отвечает на вопрос, хороший перед нами художник или плохой. Он показывает только, совпала ли конкретная практика с запросом конкретной площадки.

Для перформанса здесь нет отдельного правила. Мы снова возвращаемся туда, откуда начали: что я хочу сказать и каким способом лучше всего это сделать? Если для высказывания требуется действие, перформанс становится подходящим инструментом. Если следующая работа требует графики, керамики, видео или звука, художник может перейти к ним, не отказываясь от собственного почерка.

Я бы именно так и смотрела на свободу медиума в современном искусстве: не как на требование постоянно менять форму и пробовать всё подряд, а как на возможность выбирать способ выражения под конкретную художественную мысль.

А вам перформанс кажется самостоятельным произведением, которое можно коллекционировать, или без физического объекта эту идею всё ещё сложно воспринимать?

Если вы хотите не просто дойти до первой персональной выставки, а выстроить путь художника целиком, начните с бесплатного онлайн-курса «Хочу в арт-среду. Как продавать свои работы по 20000 €».

За 6 дней вы выстроите личную стратегию выхода в арт-среду: от первых шагов до своей выставки и первых продаж. Курс ведёт арт-менеджер, куратор и искусствовед: более 2 000 личных консультаций за 5 лет, работа в аукционном доме Phillips, галерее 11.12 и на Винзаводе, авторы на площадках ММОМА, DaMoscow, Cosmoscow, Blazar, Art Russia. Программа:

- День 1. Вводный урок. Как устроен курс и какие шаги может сделать художник, чтобы продавать свои работы за 20 000 €.

- День 2. Современное искусство и пространство. Основы современного искусства, актуальность и тенденции арт-рынка, реальная цена и феномен художника.

- День 3. Как формируются цены на арт-рынке. Что образует цену в арт-среде, мифология художника, что делать, чтобы повышать ценник, и как оценивать свои произведения.

- День 4. Медиум и послание. Как найти свой медиум и художественное послание, то есть то, что делает автора узнаваемым.

- День 5. Стратегия развития художника. Как выстраивать стратегию шаг за шагом, институт признания и скрытые инструменты, нетворкинг как навык, продвижение в интернет-среде.

- День 6. Пакет документов. Портфолио, CV, Bio и Artist Statement, и почему художнику пора иметь своё имя.

Внутри видео-уроки, обратная связь от арт-куратора, подарки и бонусы стоимостью 10 000 рублей. Доступ открывается сразу после регистрации. Каждый день — один понятный шаг. К финалу у вас будет готовая стратегия и пакет документов художника.

Перейдите по ссылке, оставьте заявку. За каждый пройденный день курса будет подарок.

- Творческая биография художника: как написать о себе — для галереи, опен-колла и резиденции.

- Персональная выставка художника: как дойти до первой выставки — путь через отбор.

- Портфолио художника в 2026 году — как собрать пакет.

- Арт-резиденции и опен-коллы сентября 2026 — куда подавать заявки.

- Как оценить картину художника — из чего складывается цена.