{"id":13835,"url":"\/distributions\/13835\/click?bit=1&hash=e1e12adea1499cc9a8db40cc1c07cce3ce795a6c7a3d073493e1291f48a4a843","title":"\u0418\u043d\u0441\u0442\u0440\u0443\u043a\u0446\u0438\u044f: \u043f\u043e\u0434\u043d\u0438\u043c\u0430\u0435\u043c \u043f\u043e\u0447\u0442\u0443, \u0447\u0430\u0442 \u0438 \u0444\u0430\u0439\u043b\u043e\u043e\u0431\u043c\u0435\u043d\u043d\u0438\u043a \u0437\u0430 \u043f\u0430\u0440\u0443 \u0447\u0430\u0441\u043e\u0432","buttonText":"\u0427\u0438\u0442\u0430\u0442\u044c","imageUuid":"728ad728-b270-5f6e-aa5a-d8a9339fb1b2","isPaidAndBannersEnabled":false}

Руководители, которые не умеют руководить, ядовитая атмосфера и выгорание: почему я разочаровалась в стартап-культуре Статьи редакции

Перевод материала редактора The New Yorker Анны Винер.

У каждого своё мнение о 2012 годе в истории Кремниевой долины — кто-то считает его высшей точкой в развитии стартапов, а кто-то — началом конца.

Циники называли этот феномен пузырём, оптимисты — будущим, а мои коллеги, затаив дыхание, говорили о стартап-культуре как об экосистеме.

Цифровые технологии захватили и переместили в облако всё вокруг. ИТ-компания, создавшая поисковую систему, быстро превратилась в крупнейший частный архив пользовательских данных и разработала прототип очков, в которых можно проверять почту.

А её главный конкурент — компания-производитель бытовой электроники, — спустя тридцать лет с момента выпуска первого персонального компьютера создала такой смартфон, что ИТ-обозреватели сравнивали его с ювелирным украшением.

Чтобы переизбрать первого темнокожего президента США, руководители предвыборной кампании нанимали ИТ-специалистов — вчерашних выпускников.

Словосочетание «технологическая инновация» пришло во все сферы бизнеса: музыку, аренду одежды, готовку, недвижимость, планирование свадеб, банковское дело и химчистки. Наступила заря «единорогов»: стартапы стали оцениваться инвесторами более $1 млрд.

Но тогда я не интересовалась этими новостями. Мне было двадцать пять лет, я работала ассистентом литературного агента в издательстве и развлекалась на рабочем месте, переписываясь с друзьями.

Моя зарплата составляла $30 тысяч в год, за спиной у меня был один семестр в университете. Я была вписана в родительскую медицинскую страховку, срок которой истекал через год.

Меня переполняло чувство страха перед будущим. Компания, которая в 1990-х годах начала продавать книги онлайн, угрожала уничтожить издательские дома с помощью инструментов, благодаря которым появлялись монополии: ценообразования и распространения.

Двум крупнейшим издательствам, чья совокупная стоимость превышала $2 млн, пришлось объединиться. Вечера я проводила в забегаловках — в обществе таких же работниц книжного дела, за бокалом дешёвого вина, надеясь не повторить судьбу наших работодателей, оказавшихся неспособными к инновациям.

Вскоре я наткнулась на статью о нью-йоркском стартапе, который смог собрать $3 млн, чтобы провести революцию в книжном деле. Компания работала над приложением-библиотекой для смартфонов, доступ к которой открывался по подписке.

В книгоиздательском бизнесе тогда ничего подобного не было. В этой индустрии к успеху обычно приходят, унаследовав состояние или поднявшись по карьерной лестнице и дождавшись смерти одного из директоров.

Обстановка на собеседовании в этот стартап была такой непринуждённой, что я задумалась: «А собеседование ли это вообще, или со мной просто хотят поболтать?»

Интервьюеры были моложе меня, но говорили о своём деле как ветераны индустрии и сыпали бизнес-советами. Я отчаянно хотела быть на них похожей и в начале 2013 года присоединилась к команде.

Должность, которая была создана специально для меня, предполагала трёхмесячный испытательный срок и зарплату в $40 тысяч. В первый рабочий день я обнаружила на столе стопку книг про технологии с подписями основателей и печатью в виде логотипа компании — моллюска с жемчужиной внутри.

В стартап было вложено несколько миллионов долларов, но само приложение ещё находилось на стадии разработки и использовалось лишь несколькими десятками друзей, членов семей и инвесторами. Впервые в моей карьере я могла похвастаться опытом: основатели интересовались моим мнением о пользовательском интерфейсе, качестве ассортимента и способах привлечь онлайн-сообщества.

Однажды генеральный директор собрал всех (двух основателей и персонал из трёх человек) в переговорной для того, чтобы поделиться подготовленной для издателей презентацией. Он начал с фразы о том, что наступила эра экономики совместного потребления: она уже захватила сферы музыки, кино, телевидения и торговли, а теперь настало время и для книг.

Появился слайд с логотипами различных платформ, работающих по подписке. В центре находился логотип нашей компании. На одном из слайдов фамилия Хемингуэя была написана с ошибкой.

После нескольких недель работы мне стало казаться, что мне платили за поиск новой мебели в офис и заказ еды. Генеральный директор написал основателям, что я «заинтересована скорее в том, чтобы учиться, а не делать», но случайно отправил это сообщение в общий чат. Он принёс искренние извинения, а я, тем временем, пыталась понять, что это значит. Я не знала, что должна была стать незаменимой и никогда не слышала технологической мантры «Проси прощения, а не разрешения».

Вскоре после этого мне сообщили, что моя зона ответственности больше во мне не нуждается, но обещали помочь с поиском работы в сфере технологий.

Один из основателей книжного стартапа договорился о моём собеседовании в одной из компаний, которая занималась аналитикой. Моя роль заключалась в поддержке пользователей, что не очень меня привлекало, но в моём положении с неоконченным образованием социолога, опытом работы в издательстве и умением заказывать еду в офис выбирать не приходилось.

Вечер накануне собеседования я провела, читая статьи про основателей. Одному было двадцать четыре, другому — двадцать пять. За плечами у них была стажировка в Кремниевой долине и мечта о мире, двигателем которого выступают данные.

Известный бизнес-акселератор предложил им средства и связи в обмен на семь процентов доли капитала, и они согласились. У стартапа было $12 млн венчурного капитала, тысячи клиентов и семнадцать сотрудников.

На собеседовании мне надо было ответить на несколько вопросов и решить несколько задач, затем инженер отдела продаж показал мне, как написать простую функцию, а технический директор попросил меня ответить на вопросы из раздела на понимание прочитанного из вступительного экзамена в университет.

Компания предоставляла медицинскую страховку, а начальная зарплата составляла $65 тысяч в год. Менеджер, собеседовавший меня, не упомянул о возможности получить долю в компании, а я сама не знала, что такая возможность — причина, по которой многие идут работать в стартапы. В конце концов рекрутер посоветовал мне договориться о небольшой доле, объясняя это тем, что она есть у всех сотрудников.

Друзья радовались за меня, но спрашивали, уверена ли я в своём решении. В СМИ индустрия технологий подавалась как мир, полный ботаников, утопических амбиций и странных с точки зрения эстетики решений, но мои друзья относились к ней как к песочнице Уолл-стрит.

Я говорила им, что работа в аналитике станет экспериментом по разделению профессиональной и личной жизней. Может, я наконец-то сяду писать сборник коротких рассказов. Может, начну заниматься гончарным делом. Я смогу заниматься креативной деятельностью, которой невозможно заниматься, когда у тебя творческая работа.

Мне было проще романтизировать своё положение, чем признать, что я амбициозна и что я хочу более насыщенную событиями жизнь.

Если стартапы в Нью-Йорке создавали сервисы для медиа и финансов, то стартапы в Сан-Фрациско делали инструменты для разработчиков.

Аналитическая платформа позволяла компаниям собирать данные о поведении пользователей, представленные в виде красивых и понятных схем. Мне нравилось, что два двадцатилетних парня конкурируют со взрослыми лидерами этой индустрии и, по-видимому, побеждают.

Я стала сотрудником №20 и четвёртой женщиной в компании. Помочь мне освоиться в компании назначили сотрудника №13, которого я буду называть Ноа, 26-летнего парня с татуировкой на санскрите.

Ноа проводил своё время, терпеливо объясняя мне, как работает отслеживание с помощью cookie, как данные отправляются на сервер и как сделать HTTP-запрос. Я получала домашнее задание, училась и была счастлива. Когда я впервые посмотрела на несколько строк кода и поняла, что происходит, я почувствовала себя гением.

К генеральному директору, которому на тот момент было двадцать четыре года, мы относились, как к пророку. Он был сыном мигрантов из Индии и часто упоминал, как они ждут, когда он закончит университет, а он вместо этого отвечает за источник дохода других людей.

По вторникам проходило общее собрание. Мы садились в полукруг, как дети в прогрессивном детском саду, и получали папки с метриками и новостями о компании. Дела шли хорошо, и выход на биржу казался лишь вопросом времени.

Разработчики сделали внутренний сайт для отслеживания прибыли, чтобы мы в режиме реального времени могли наблюдать, как компания богатеет. Но генеральный директор продолжал мотивировать нас страхом. Он часто повторял, что мы находимся на войне. Мы скорбно кивали, сжимая в руках бутылки с комбучей. В конце встречи папки измельчались в шредере.

Мы все были друзьями и все чувствовали себя незаменимыми. Провалы и успехи отражали твои личные недостатки или достоинства. Несмотря на то, что исследования не показали связи между продуктивностью и работой сутками напролёт, технологическая индустрия поддерживает идею собственной исключительности; данные к ней не применимы, как и корпоративный протокол. Оставаться самим собой приветствуется, главное — сохранять продуктивность.

Но мне собой быть не хотелось. Я завидовала тому, как мои коллеги естественно воспринимают всё вокруг как должное. Я начала копировать их: носить фланелевые рубашки, пить витамин B и слушать EDM во время работы. Атмосфера вокруг напоминала рекламу кроссовок или дорогого автомобиля. Неужели так чувствуют себя полностью уверенные в себе люди?

Каждый новый сотрудник, независимо от того отдела, который его нанял, обязан был провести несколько дней за работой в команде технической поддержки. Генеральный директор считал, что такой опыт позволит выработать участливое отношение к клиентам.

К сожалению, участливого отношения к работе технической поддержки это не вырабатывало. Разработчики и сотрудники отдела продаж наспех печатали ответы и закатывали глаза при виде глупых, по их мнению, вопросов.

Они получали в два или три раза больше меня и считали, что их привилегированное положение в корпоративной иерархии должно было освободить их от этой обязанности. Не то чтобы они презрительно относились к клиентам — им просто не надо было о них думать.

Инструмент был довольно простым в использовании, но когда пользователи — инженеры и специалисты по обработке данных, — сталкивались с проблемами, они набрасывались на компанию в социальных сетях.

Моя работа заключалась в том, чтобы терпеливо объяснить им, что с программой всё в порядке, посмотреть на их исходный код или данные и указать им, где ошибка. Иногда, когда я помогала им решить проблемы, ими же созданные, я сама чувствовала себя частью программы, ботом: не фрагментом искусственного интеллекта, а скорее обладающим интеллектом продуктом, успокаивающим и ободряющим голосом или текстом.

Дважды в неделю я проводила вебинары для новых клиентов. Через два месяца работы менеджер попросил меня прогуляться с ним по району и сообщил, что мне повышают зарплату и переводят в штат.

Самым простым способом решить проблему того или иного клиента было получить доступ к их данным. Этот уровень доступа некоторые из нас называли «режимом Бога» — он был нормальным явлением в индустрии небольших стартапов.

Предполагалось, что мы будем изучать данные только в случае необходимости и только, если клиент сам нас об этом попросит; мы не станем пользоваться своим положением, чтобы найти профили членов нашей семьи или наших партнёров на приложениях для знакомств, онлайн-магазинах или фитнес-трекерах.

Если наша программа использовалась компанией, которая торгуется на бирже, мы воздержимся от покупки или продажи её акций. Наш стартап работал на честном слове. А если появлялись причины не доверять честному слову, основатели оставили за собой право отслеживать журнал аудита и контролировать всё, что делают сотрудники.

В начале лета 2013 года появилась новость о том, что подрядчик Агентства национальной безопасности США выложил в открытый доступ засекреченную информацию о правительственных программах слежки.

АНБ читало личные переписки пользователей и изучало их интернет-активность с помощью cookie-файлов. Правительство проникло в серверы крупнейших ИТ-компаний. Кто-то говорил, что эти компании были в сговоре с правительством, предоставив ему лазейки. В офисе эта тема никогда не обсуждалась, даже во время обеденных перерывов.

Ноа проработал в компании год и готовился к своей ежегодной оценке. Перед встречей он прислал мне текст с собственной оценкой своего вклада и спросил, что я думаю.

Ноа был одним из первых людей в команде, а потому следил за развитием с самого начала. В тексте он рассказал, какие изменения хотел бы увидеть в продукте и корпоративной культуре. Он запросил изменение должности, больше самостоятельности, повышение зарплаты и увеличение доли акций.

Он привёл данные о сотрудниках, которые пришли в компанию благодаря ему и подсчитал прибыль, полученную с клиентов, приобретённых с его помощью. Он хотел стать менеджером продукта, получить свою команду и долю акций, соразмерную с его вкладом.

Ставить генеральному директору такой ультиматум было непрофессионально и безумно, даже для одного из лучших сотрудников компании. С другой стороны, это была компания, в которой всем было меньше тридцати лет. Я дважды прочитала текст Ноа и сказала ему, что он рискует, но вполне оправданно. Я надеялась, что он добьётся своего, а несколько дней спустя по пути на работу я получила сообщение от Ноа. Его уволили.

Офис в тот день напоминал поминки. Один из инженеров отдела продаж сказал: «Они даже не стали вести с ним переговоры. Ни у кого здесь нет опыта управления персоналом, поэтому они просто уволили одного из наших лучших сотрудников».

Нас всех позвали на незапланированное совещание с генеральным директором. Он сложил руки на груди и медленно произнёс: «Если вы не согласны с моим решением, то можете написать заявление об увольнении». Затем, обращаясь к каждому по очереди, он спросил, есть ли у нас претензии к нему. Мы все соврали. Позже он отрицал, что эта встреча произошла.

Сотрудники пытались наладить дружеские отношения с генеральным директором, но мы не были его друзьями. На закрытых встречах, он отклонял наши идеи и унижал нас; он давал нам больше ответственности и привилегий, а потом без объяснений отнимал их.

Мы регулярно приносили ему отчёты с отзывами клиентов, а он регулярно их игнорировал. Работа на него стоила недёшево: мне известно о минимум двух коллегах, которым пришлось обратиться к психотерапевту из-за напряжённых отношений с руководителем.

Тем не менее, я отгоняла от себя мысли о том, что мой начальник может быть мстительным или самовлюблённым, несмотря на регулярную критику, поступавшую от венчурных капиталистов или появлявшуюся в СМИ.

Когда я начала искать другую работу, я считала, что сама виновата в привязанности к амбициозным, агрессивным и высокомерным молодым бизнесменам. Но это не было моей личной проблемой — то же самое происходило везде.

Летом 2014 года я пришла на собеседование в стартап-платформу для разработки продуктов с открытым кодом, офис которой находился на месте бывшей фабрики по производству сухофруктов.

В комнату ожидания меня проводил охранник в рубашке с логотипом компании и вышитой на ней надписи «Служба безопасности». А сама комната оказалась точно воспроизведённой копией Овального кабинета (рабочий кабинет президента США в Белом доме — vc.ru).

Рядом со столом «Резолют» стоял американский флаг, а на ковре тёмно-синего цвета красовались символ компании —полу-кот, полу-осьминог, который держал оливковую ветвь, и надпись «На сотрудничество уповаем».

Компания привлекла сотни миллионов долларов венчурного капитала и, судя по всему, тратила их именно так, как и ожидалось от трёх двадцатилетних мужчин.

В письме с предложением о работе было написано: «Мы ждём от вас великих свершений для компании. Вам стоит гордиться». Но я, в целом, чувствовала себя выгоревшей. Компания была известна внутренней культурой, делавшей упор на здоровый баланс работы и личной жизни.

На протяжении нескольких лет, символизируя принципы открытого кода — прозрачность, сотрудничество, децентрализация — в компании отсутствовала иерархия, а большая часть сотрудников работала удалённо.

До недавнего времени сотрудники сами назначали себе зарплату, расставляли приоритеты, а решения принимались общим соглашением.

Когда меня знакомили с офисом, я обратила внимание на мячи для жонглирования на рабочем столе, детскую игровую комнату, босоногого сотрудника, игравшего в приставку и коктейль-бар, где сотрудники сами делали себе напитки.

Там была зона для пикников с пластиковой травой и оранжевый контейнер для морских перевозок, переоборудованный в игровую комнату, а также несколько так называемых «пещер»: тёмных маленьких комнат с мягкой мебелью для программистов, которые лучше работали в тишине.

Моя работа заключалась в технической поддержке, но называлась «поддержкот» (отсылка к символу компании). Я проигнорировала это унизительное прозвище.

Мои коллеги с прошлой работы посмеивались над решением уйти на должность, зарплата на которой была на $10 тысяч меньше, но мне нравилась утопичность этой компании.

Стартап был хранилищем самой большой коллекции исходного кода в мире, включая открытый сайт с миллионами проектов с открытым кодом. Журналисты иногда называли сайт Александрийской библиотекой для разработчиков.

Компания существовала уже шесть лет и не имела сильной конкуренции, а её инструментами пользовались все: от правительства США до социальной сети, которую все ненавидят.

На протяжении долгого времени компания казалась идеальной, но весной 2014 года первая женщина в команде инженеров — темнокожая разработчица, дизайнер и активистка, выступила с заявлением.

Она обвинила компанию в сексизме, утверждала, что коллеги относились к ней снисходительно, меняли и стирали её код и создавали нездоровую рабочую обстановку. Она привела в пример случай, когда несколько женщин занимались фитнесом в офисе, а мужчины в это время свистели и вели себя, как в стриптиз-клубе.

История широко освещалась в СМИ, и компании пришлось провести внутреннее расследование. Один из основателей компании уволился, другой переехал во Францию.

Тогда же многие технические компании приняли решение обнародовать данные о демографии сотрудников. Данные эти выглядели печально. Люди, создававшие новую цифровую инфраструктуру, были совершенно не похожи на людей, её использовавших.

Начались разговоры о том, что женщины и прочие меньшинства просто не изучают точные науки в том же количестве, что и белые мужчины. Ситуация в моей компании не стала первым примером сексизма и расизма в индустрии технологий, но стала первой, получившей широкое внимание общественности.

Я задумалась, но успокоила себя тем, что лучше работать в такой компании, чтобы самой бороться с дискриминацией. Можете называть это самообманом или наивностью, но в то время я была уверена в своей правоте.

В мой первый месяц в офисе много обсуждали группу интернет-троллей, который начали кампанию против женщин в игровой индустрии. Их банили почти на каждой платформе, а они ругались на цензуру и прикрывались Первой поправкой. Но на нашем сайте они процветали.

Эти тролли создали и постоянно обновляли репозиторий с ресурсами и данными о женщинах, которых травили — фотографиями, адресами, личной информацией. Однако, личности самих троллей было невозможно вычислить. Мои коллеги обсуждали, как далеко можно позволить им зайти.

Популярное заблуждение о троллях в том, что это просто одинокие мужчины, которые живут с родителями, но здесь видна была командная работа. В репозитории были шаблоны для сообщений и сценарии телефонных звонков. Мои коллеги тоже считали, что такой уровень организации необычен.

В октябре я посетила ежегодную конференцию женщин, работающих в сфере компьютерных технологий. Не то чтобы я работала в сфере компьютерных технологий, скорее рядом с ними. Ещё точнее — я была просто женщиной с компьютером, но моя компания была спонсором конференции и разместила сотрудников в роскошном отеле с бассейном и мексиканским рестораном.

Пообщавшись с коллегами, я убедилась, что остальные женщины были рады, что после скандала на работе стало спокойнее: появился отдел по работе с персоналом, неуместные шутки в групповых чатах стали мониторить, свернули флаги с надписью «На меритократию уповаем». Наверное, успешной международной компании, большая часть сотрудников которой оказалась белыми мужчинами-американцами, стоило переживать по поводу меритократии раньше.

Мои коллеги рассказали мне, что на протяжении нескольких лет отсутствие официальной иерархии привело к появлению тайной иерархии, положение в которой определялось твоими социальными связями и близостью к основателям. Пока инженеры-мужчины писали манифесты о важности сотрудничества, женщины с трудом добивались того, чтобы их идеи хотя бы рассмотрели.

Компания пропагандировала равенство и открытость, пока дело не касалось передачи акций. «Не подлежащие обсуждению» доли акций на деле оказались вполне себе подлежащие для тех, кто привык торговаться. Политика самостоятельного назначения себе зарплаты привела к такому огромному разрыву в оплате труда, что многие женщины недавно получили прибавку в почти $40 тысяч.

Вскоре я без труда могла определить нового сотрудника. Я видела прошлую себя в их привычке постоянно писать что-то в чат, их ненависти к растущей команде отдела продаж, их ностальгии по прежним славным временам. Иногда я скучала по такому чувству причастности.

Со временем я перестала ходить в офис, лишь раз в неделю участвовала в видеоконференциях с командой технической поддержки. Чувство начала рабочего дня напоминало въезд в тоннель: я здоровалась со всеми в чате, отвечала на запросы в техподдержку, решала проблемы с авторским правом, листала внутреннюю социальную сеть — и так несколько раз по кругу. Свободное время я проводила в интернете, пытаясь найти хоть что-то, что сможет удержать мой интерес.

К началу 2016 года в некоторых уголках нашей платформы стали появляться всё более странные и пугающие вещи. Люди утверждали, что являются террористами, публиковали личную информацию государственных служащих и наших сотрудников.

Однажды компания получила сообщение, полное таких угроз, что офис пришлось закрыть на день. После выхода статьи о компании в блоге правого толка угрозы посыпались на конкретных сотрудников, и компании пришлось нанять для них охрану.

Скоро технологическая индустрия стала предметом шуток из-за повторного изобретения вещей, которые уже давно существовали. Онлайн-магазин очков обнаружил, что покупатели любят, когда их зрение перед оформлением заказа проверяют; стартап, продающий велотренажёры провёл исследование и выяснил, что люди любят кататься на велосипедах не в одиночестве; онлайн-магазин открыл физический книжный магазин, полки которого были украшены распечатанными отзывами покупателей.

Все подобные магазины стали похожими друг на друга, с белыми стенами, скруглёнными шрифтами и ступенчатыми сиденьями — симуляция мира, который они же и заменили.

Я стала замечать это единообразие во всём. Половина моих коллег, как и я, носили одинаковые кашемировые свитера и очки. Мы пользовались одной и той же косметикой, жаловались на одни и те же проблемы со спиной из-за одних и тех же матрасов. Мы ставили в одинаковые квартиры с одной и той же мебелью и стенами, выкрашенными в один и тот же цвет, одинаковые керамические горшки с неприхотливыми растениями.

Поздней осенью я уехала обратно в Бруклин, к родителям, и стала работать удалённо. Я поняла, что настало время уходить из технологической индустрии.

Чувство воодушевлённости и лёгкости покинуло меня вместе с наивностью, а моральные и политические последствия колонизации Кремниевой долиной сфер искусства, труда и повседневной жизни стали вызывать недоброе предчувствие.

0
295 комментариев
Написать комментарий...
Zoro Badoyan

Резюме для тех, кому не охота все это читать:
— Проработала никем в 4х стартапах - не имею образования, но могу судить о всей индустрии.
- Руководители увольняют людей - значит не умеют руководить 
- Стартапы очень мало нанимают женщин и это не потому, что их в принципе мало в индустрии) 
- все достало, уехала к родителям в Бруклин
the end 

Ответить
Развернуть ветку
Vladimir Ivanov

Спасибо бро

Ответить
Развернуть ветку
Oleg Nazaruk

Крутая идея ) во всех больших статьях не помешал бы такой комент )

Ответить
Развернуть ветку
4 комментария
ILoveVC

Ну и спойлер на всякий случай для тех кто не понял: она работала в Гитхабе

Ответить
Развернуть ветку
1 комментарий
Посторонний

Ноа уволен за предложение повышения и доли. Он полезный сотрудник, могли поговорить, найти компромисс или предложить статус-кво, но его турнул собственник, угрожая затем увольнением за критику этого решения 

Ответить
Развернуть ветку
8 комментариев
Расул Юсупов

Спасибо! А то такое ощущение в середине было что я читаю уже 2 том Война и Мир

Ответить
Развернуть ветку
Anton Reut
Ответить
Развернуть ветку
Ruslan Say

Сначала читаю коменты, потом саму статью. Спасибо!

Ответить
Развернуть ветку
1 комментарий
Serge Sokolov

Это манера писать. Свойственная англоязычной литературе в целом. Соц реализм на этом здорово играл в свое время. Вот мол Там какие мелочные и ничтожные. А у нас - ХОРОШО,  Владимир Ильич, — Хорошо, Алексей Максимович. ХОРОШО Владимир Ильич! Хорошо, Алексей Максимович. 

Ответить
Развернуть ветку
Андрей Викторович

Одним словом - проблемы белых людей)

Ответить
Развернуть ветку
2 комментария
Zmitr0k

И EDM ей не угодил...

Ответить
Развернуть ветку
Захаров Максим

Черт, лучше бы начал с коментов))))

Ответить
Развернуть ветку
Saucedo Puetz

Уточнение:

Проработала никем в 4х стартапах

Никем в никаких стартапах

Ответить
Развернуть ветку
1 комментарий
Daria Judies

Спасибо, товарищ, ты храбро закрыл грудью многабукав, чтобы мы не погибли от скуки.

Ответить
Развернуть ветку

Комментарий удален модератором

Развернуть ветку
Okak Okakiev

А тебе не кажется странным и неправильным, что за работу никем в 4х местах платят крупные деньги? Может все-таки есть какой-то изъян в такой работе?

Ответить
Развернуть ветку
Александр

спасибо )

Ответить
Развернуть ветку
Igor Novák

Все так. ))) 

Ответить
Развернуть ветку
Камаз Узбеков

Но это же пиздец. Нанимают людей, которые не знают, что такое кукис и хттп реквест, учат их всему этому, терпеливо объясняют, а потом эти люди увольняются и пишут статьи на медиуме, что типа атмосфера токсик, акций дали слишком мало, а злой CEO не согласился на равные доли со всеми остальными. Охуеть просто

Ответить
Развернуть ветку
Марк Бережной

Вы нагло читаете только то, что хотите читать, и слепо это интерпретируете, убежденные в своей правоте. Однако автор в статье не жалуется на маленькую долю - она говорит, что при найме возможность долевого участия скрыли. Автор не жалуется на руководителя - непрактичное увольнение рассматривается на примере лучшего сотрудника в команде. А про то, что уважающий себя человек (даже наученный техническим тонкостям по желанию руководства) не останется в компании, сотрудники которой получают угрозы расправы, - это почти аксиома, которая вам почему-то недоступна. Как можно читать статью и не читать одновременно...?

Ответить
Развернуть ветку
5 комментариев
Stanislav Silnicki

незнание, что такое кукис и хттп реквест это как не знать как пользоваться ножом и вилкой - один раз объяснил и все в порядке. Если для стартапов такие знания это прямо супер критичный скил, то автор статьи все очень правильно описала.

Ответить
Развернуть ветку
Ilya P

Она работала на первой линии саппорта с переходом во вторую  за прожиточный минимум. 

Ответить
Развернуть ветку
4 комментария
Yaro Yare

так ведь (белые) мужчины-угнетатели же, все верно

Ответить
Развернуть ветку
John Doe

""первая женщина в команде инженеров — темнокожая разработчица, дизайнер и активистка"
"относились к ней снисходительно, меняли и стирали её код и создавали нездоровую рабочую обстановку" 

 У таких людей постоянное оправдание своей некомпетентности в том, что их "угнетают". То, что они просто пишут плохой код - ну не, такого быть не может. При том, что многим компания просто приходится нанимать часть людей не путем отбора, а из-за требований законодательства. 

 p.s. я буквально в августе был на одной IT конфе в NYc - уровень практически всех спикеров высокий. 80% "белые мужчины" + пара индусов, 20% - "белые женщины" (с преимущественно нетехническими темами, больше по части "здоровых отношений в коллективе") + одна спикерша "темнокожая разработчица, дизайнер и активистка" с технической, но очень слабой темой. Я оргов (знаю их давно, сам был спикером пару раз у них) на вечеринки потом спросил - "а смысл? тема же никакая и по сути устарела уже года 2??". На что мне прямо ответили, что это лучше, что предложили из прослойки, которую они ОБЯЗАНЫ были пригласить для диверсити. А обвинение в сексизме они уже год 4 назад пережили(не без ущерба).

Ответить
Развернуть ветку
- -
Ответить
Развернуть ветку
Балкон.Ру
Ответить
Развернуть ветку
Константин Рогов

Статья очень интересная. Девочку "с улицы" (не из профильной индустрии, без профильного образования) без внятных навыков и опыта шатало несколько лет из стартапа в стартап. Девочка нигде не мола понять что она собственно здесь делает и что должна делать, потому что в своей прежней сфере работала по старинке - из под палки - и по другому не умела. Итог закономерен - так и не сумев нигде вписаться уехала обратно к родителям.

Ответить
Развернуть ветку
Вася Пражкин
 Мы ставили в одинаковые квартиры с одной и той же мебелью и стенами, выкрашенными в один и тот же цвет, одинаковые керамические горшки с неприхотливыми растениями.

Прям по классике, а прошло 20 лет!

Ответить
Развернуть ветку
Сергей Батищев

Что за классика?

Ответить
Развернуть ветку
3 комментария
Станислав Усов

23 :х

Ответить
Развернуть ветку
К М
Наверное, успешной международной компании, большая часть сотрудников которой оказалась белыми мужчинами-американцами, стоило переживать по поводу меритократии раньше.

Во-первых, не совсем понятная связь между цветом кожи и полом с меритократией. Во-вторых, если на программиста учатся 90% мужчин и 10% женщин, то какая вина гитхаба, что у них 90% мужчин и 10% женщин? Гитхаб должен был заставить учиться женщин со всей Америки на программиста? Давайте теперь беспокоиться о том, что в бьюти индустрии 95% женщин и 5% мужчин. Ведь как-то неравноправо получается.

Ответить
Развернуть ветку
ILoveVC

Ну вот 90% программистов перераспределить в бьюти индустрию, и получаем новый Совок

Ответить
Развернуть ветку
1 комментарий
Todd

Поработал в 4х стартапах (по году в каждом) => сужу обо все индустрии.

Ответить
Развернуть ветку
Wladimir

Вся повесть в одной картинке)

Ответить
Развернуть ветку
Марк Бережной

Если судить только по степени токсичности комментариев выше, складывается впечатление, что общественное сознание моих соотечественников не только не доросло до создания полноценных независимых стартап-экосистем, но молодо даже для восприятия статей о том, какие тенденции управляют миром IT-стартапов. Очень жаль.

Ответить
Развернуть ветку
Exey Panteleev

У меня похожий опыт со стартапами с 2007 по 2016, но при этом я уже был программистом с 2002 года. Из 7и стартапов где я работал, только в одном были адекватные и компетентые руководители, в конечно итоге основатель пришел к успеху. Остальные 6 прогорели в той или иной мере.

Амбиции и желание успеха часто связано с серъезной формой ЧСВ, эгоцентризма и социопатии отсутствия эмоционального и иногда социально интеллекта. Даже как-то логично, что сейчас таких людей вокруг себя собирают инфоцыгане и доят на бабки. А инвесторы не разбираются во всем этом зоопарке и дают деньги нередко просто за многообещаю питч. Криптоистерия в 2017м это неплохо проиллюстрировала

Ответить
Развернуть ветку
1 комментарий
Anton Vlasov

Да какие комментаторы, мы тут уже неоднократно убедились что тут на 95% дремучий планктон. К тому же поощрающий скотское отношение к сотрудникам, правда исключительно по причине постоянных унижений на работе.

Ответить
Развернуть ветку
2 комментария

Комментарий удален модератором

Развернуть ветку
Lihacheva.life

Обращаться к психологу за помощью из-за рабочего стресса, заниматься фитнесом на работе, горячо обсуждать дискриминацию, писать в общем чате о своем отношении к изменениям, еженедельные встречи с генеральным и личное обсуждение его стратегии, корпоративные коктейли и празднование успехов на графике.. Мы как будто с разных планет, они так чувствительны. У нас ты впахиваешь по 10 часов в офисе и времени ни на фитнес ни на нытье у психолога не остается. Не говорю уже про ущемление чьих-то прав и борьбу с этим. Тем более в стартапах. Наши стартаперы спят в офисе и тратят свое здоровье на выполнение первых кейсов, лишь бы заметили, лишь бы отзывы хорошие дали, им не до модных кроссовочек в стеклянном офисе. И не понятно хорошо это или плохо. Может нашим стоит больше о себе заботится. Откуда такая разница?

Ответить
Развернуть ветку
Pavel Che

Они дошли до последней ступени пирамиды Маслоу)), а другие пока нет, остальным нужно еще накопить много-много денег что бы так рефлексировать говоря на языке автора статьи)

Ответить
Развернуть ветку
Anton Vlasov

Чото у нас я особо много "впахивающих" тоже не замечаю. Вон в соседней теме считают что за 30 тыщ вообще не работать можно.

Ответить
Развернуть ветку
Месье Никита

И в США и в РФ есть люди, которые въябывают (и в США их существенно больше, кстати)
И В США и в РФ есть люди, которые получают инвестиции и пьют потом смузи по пол дня. О таких стартапах уже много раз было на vc. 

Ответить
Развернуть ветку
Aleks Zotov

Суть в том, что у нас IT единственная возможность честно зарабатывать относительно хорошие деньги. А у них любой мувер или фермер может поднимать по $100к в год. Да и компаний намного больше, уволили из одной, перешел дорогу и устроился в другую.

Ответить
Развернуть ветку
Светлана Ястребова

вне контекста стартапа, если вдруг попадете на работу в международную компанию, сильно удивитесь работе в 8 часов и фитнес клубу в паре шагов

Ответить
Развернуть ветку
Желудочный сок

«... я работала ассистентом литературного агента в издательстве и развлекалась на рабочем месте, переписываясь с друзьями.»
Пошла работать в IT стартап.
Оказывается, там нужны специальные знания.
Доверяют только покупку мебели.
Кругом сексизм.

Ответить
Развернуть ветку
Дмитрий Лазарев

Наверное сексизм в ИТ-сфере выглядит примерно так:
1. - Расскажите о себе.
- Я молодая девушка 25 лет, стройная, симпатичная. Ничего не знаю и не умею. Высшего образования нет.
- Мы принимаем Вас на работу :)
2. - Расскажите о себе.
- Я мужчина 40 лет, разработчик с 20-летним стажем на нескольких ЯП, участвовал в нескольких десятках проектах. Профильное высшее образование...
- Стоп, стоп... Извините, но Вы нам не подходите :)

Ответить
Развернуть ветку
1 комментарий
Sergei Timofeyev

То есть на уровне приёма на работу её никак не отфильтровали? По-моему, это проблема работодателя.

Ответить
Развернуть ветку
2 комментария
Valentin Dombrovsky

«Моя работа заключалась в технической поддержке, но называлась «поддержкот» (отсылка к символу компании). Я проигнорировала это унизительное прозвище».

Жесть. Она предпочитает собак? 

Ответить
Развернуть ветку
Anton Vlasov

А вы любите собак, "комментопес"?

Ответить
Развернуть ветку
17 комментариев

Комментарий удален модератором

Развернуть ветку

Комментарий удален модератором

Развернуть ветку

Комментарий удален модератором

Развернуть ветку
Алексей Гаврилов

Я вот даже не знаю, что лучше, русская токсичность или западная толерантность.

Спасибо за статью, местами затянуто, было интересно ознакомиться.

Ответить
Развернуть ветку
Gulzhana Kaliyeva

Во во

Ответить
Развернуть ветку
Андрей Федотов

Девушка прошла свой путь по стартапам в стиле 33 несчастья. ;-) Впрочем это не отменяет того, что она хорошо описала будни и изнанку стартап индустрии, которая тоже имеет место быть.

Самая здравая мысль у неё - кризису в стартап индустрии - быть. И быть скоро. Обычная цикличность большинства рынков - около 20 лет (по утверждениям экономистов - от 18 до 25 лет с медианой около 21 года).

Прошлый кризис - бум доткомов - грянул в 2000 году. А сейчас заканчивается 2019-й. То есть на пороге новый кризис. И, скорее всего, он будет связан с AI и BigData - поскольку именно в этом направлении наблюдается основной дисбаланс.

Ответить
Развернуть ветку
Andrey Andreev

В целом согласен. Единственное, о
вы забыли про финансовый кризис 2009 года. Впрочем, это подходит под циклы Жугляра, длина которых примерно 8-10 лет.

Ответить
Развернуть ветку
1 комментарий
Alexandre Svergoun

И биг дата и ИИ реальный вещи которые приносят деньги и пользу. Я бы сказал что они до сих пор не оценены в полной мере. 

Ответить
Развернуть ветку
1 комментарий
Daniil Lisnyak

Для осени 2019 ты знал слишком много про 2020 :(

Ответить
Развернуть ветку
John Rambo

а мог бы сходить в туалет 2 раза, посмотреть 13тую серию гранд тура, поесть, попиздить по телефону, поискать на авито трансформатор.......

Ответить
Развернуть ветку
Посторонний

Выгорание, единообразие в вещизме и вкусах, блеск и нищета корпоративной культуры. Это ж зачин для нового Бойцовского клуба. Только первые 2 правила другие, "Первое правило Стартаперского клуба - говорить всем о Стартаперском клубе".

Ответить
Развернуть ветку
M

Никогда не понимал, зачем вообще кому-то нужно читать что-то подобное?

Ответить
Развернуть ветку
Константин Болдырев

Привет! А я, к примеру, прочел с интересом. 

Может, дело в том, что у меня самого есть технологическая идея, которую в одиночку не реализовать, вот и присматриваюсь к такой форме, как живут стартапы. И, хоть я пока, не "внутри формата", но то, что пишет автор мне весьма ценно.

Ответить
Развернуть ветку
3 комментария
Valentin Dombrovsky

Да это что-то из разряда личных историй и сплетен на Фейсбуке — интересно почитать, чтобы узнать, а как ещё у людей бывает, но, разумеется, практического смысла в этом ноль. 

Ответить
Развернуть ветку
1 комментарий
Andrey Andreev

Я прочитал, короче, ничего интересного, очередная ничего не умеющая ТП жалуется на сексизм, дискриминацию и так далее по списку. Ничего нового.

Ответить
Развернуть ветку
Anton Vlasov

Как вы ловко-то штамп навесили. Впрочем, лишь очередной унылый комментатор на вц, ничего нового.

Ответить
Развернуть ветку
Stanislav

Сейчас бы быть недовольной зп в 2.5к долларов в месяц. Чтоб я так жил

Ответить
Развернуть ветку
Alex Hold

2.5 к в В долине это тоже самое что у нас 30 тыс рублей со съемной квартирой.
Хватит снять комнату в плохом районе и еле еле на еду и проезд.
120$ тыс в год или 10$ тыс в месяц до налогов это обычная зарплата.
После налогов это примерно 25-28% останется 85$ тыс чистыми.
И даже на это ты не будешь там шиковать.
Обычная квартира, обычная страховка и раз в год на отдых.

Ответить
Развернуть ветку
Целевой Влад

это так то минимальная зп в сша, ниже которой там весьма трудно зарабатывать.

Ответить
Развернуть ветку
2 комментария

Комментарий удален модератором

Развернуть ветку
Прочий самолет

Интересный лонгрид, но много эмоциональной окраски. Скорее говорит о том, что девушке не зашло да и не особо хотелось стараться) И забавно, как фемки / меньшинства / прочие обвиняют других в своих неудачах: пока другие пробивают себе путь наверх заводя связи и обучаясь новому они занимаются "защитой" своих прав и свобод. Хорошо, что у нас пока нет такой проблемы)   

Ответить
Развернуть ветку
Sergei Timofeyev
 они занимаются "защитой" своих прав и свобод. 

Это такой же путь наверх. Манипулятивный.

Ответить
Развернуть ветку
1 комментарий
Artemy Abubakirov

Начало интересно, думал, что это своеобразный взгляд типо: "я только еду заказывать умею, но меня взяли в крутой стартап, нужно будет многому научиться" и в конце будет "сейчас я тру специалист, но мой взгляд на стартапы изменился так и так". Я ожидал, чтоб будет своеобразный опыт человека в сфере.

В конце вообще SJW-чушь пошла.  SJW-шники в любой сфере гадят. Непонятно к чему и зачем, причем тут стартапы.

Ответить
Развернуть ветку
Gulzhana Kaliyeva

Новое слова для меня, Sjw это как расшифровывается ?

Ответить
Развернуть ветку
1 комментарий
Andrey Andreev

"Работать стало спокойнее, свернули флаги с надписью "на меритократию уповаем"

С каких пор меритократия – это
что-то плохое?

Ответить
Развернуть ветку
Anton Vlasov

Ровно с таких пор, когда достойные начали назначать себя сами. То есть ровно с момента появления человечества.

Ответить
Развернуть ветку
Андрей Федотов

С тех самых пор, когда каждый говнюк* - малолетний или великовозрастный стал считать себя достойным, а остальных - быдлом*. Больше всех таких "меритократов" развелось на Западе, особенно в США. От чего у них и больше всего проблем.

* - извиняюсь перед модераторами

Ответить
Развернуть ветку
21 комментарий
Valentin Dombrovsky

Я хреново работала в нескольких хреновых компаниях и, скажу я вам, ребята, всё у них хреново! 
«Традиционные» бизнесы ничем в этом плане не отличаются — всё зависит от конкретной компании и конкретных руководителей. 

Ответить
Развернуть ветку
Anton Vlasov

Интересно, а откуда вот такой вот вывод про хреновую работу?

Ответить
Развернуть ветку
15 комментариев

Комментарий удален модератором

Развернуть ветку
Михаил Станиславский

Суровая реальность. Можно спорить о деталях, но суть в целом верная - стартапы бывают токсичны; они не столь уязвимы перед репутационными угрозами, до них не так быстро добираются борцы за всяческие справедливости; неадекватность из человеческой природы так просто не выпилить; работа ТП не является элитной - один человек не вылижет 5000 клиентов и нет смысла платить за чрезмерный "вылиз".

Печально, что попытки изменить ситуацию приводят просто к ее выворачиванию наизнанку и другим перегибам.

*мысли вслух*  

Ответить
Развернуть ветку
Serge Sokolov

Представляю, так ради фантазии,  как ее же бы пригласили в Российский Стартап. В Сколково.  У нас все не так! (Потому что все стараются казаться чем никогда не были) Все лучшее. (ненастоящее всегда лучше настоящего) Вот тут-то она бы и поняла, что такое настоящий гадюшник. 

Ответить
Развернуть ветку
Alexandre Svergoun

Рад что она в конце концов поняла что стартапы это не её. А вот жить с родителями и писать книги или статьи это её.

Ответить
Развернуть ветку
- -
На протяжении долгого времени компания казалась идеальной, но весной 2014 года первая женщина в команде инженеров — темнокожая разработчица, дизайнер и активистка, выступила с заявлением.

Но она белая была.
И ещё и жуть какая нелогичная.
«Меня харрасментят 2 года и теперь я ухожу»
Так нахрена ждать 2 года было???

Причём у неё был фем-форум, и она вся из себя активистка, зачем таких нанимать🤦‍♂️

Ответить
Развернуть ветку
John Doe

Посмотрел ее git repo - за 7 лет, пару форков, пару статик сайтов (LGBT Equal Employment Opportunity). Все остальное - стандартный набор джуна, который только окончил краткие курсы фронтенда. 

 То есть, она похоже пришла в github практически с 0 опытом, проработала 2 года и ушла с криком, что ее все угнетают и ее никто не понимает. 

 Ну-ну. Вот поэтому сейчас все больше средних компаний в США неофициально фильтрует людей которые прикрываются своим "защищающим" статусом, а не талантом. Именно они токсичны, а не остальные. 

Ответить
Развернуть ветку
11 комментариев
Sergey Belikov

"Иногда, когда я помогала им решить проблемы, ими же созданные, я сама чувствовала себя частью программы, ботом: не фрагментом искусственного интеллекта, а скорее обладающим интеллектом продуктом, успокаивающим и ободряющим голосом или текстом." 

Кажется она начала понимать как все устроено в современном мире, но даже не заметила этого... https://www.ribbonfarm.com/2017/08/17/the-premium-mediocre-life-of-maya-millennial/

Ответить
Развернуть ветку
Посторонний

Что такое API в статье по ссылке, подскажете? Это явно не application programming interface, там что-то про уровень жизни.

Ответить
Развернуть ветку
1 комментарий
Антон Антонов
Начались разговоры о том, что женщины и прочие меньшинства просто не изучают точные науки в том же количестве, что и белые мужчины.

А что, это не так?

Ответить
Развернуть ветку
Анна Подколзина

Так. Училась на прогера. Всю дорогу преподы рассказывали, что бабам в прогерстве делать нечего. ИТМО. Училась и на гуманитарном) тоже самое. По ходу, женщинам вообще высшее образование не нужно. Один препод (гуманитарный факультет ЛЭТИ) заявил, что мы только места занимаем бюджетные, все равно выйдем замуж и нарожаем детей. 

Ответить
Развернуть ветку
34 комментария
Камаз Узбеков

А что Ной так растерялся? В любой непонятной ситуации - строй ковчег!

Ответить
Развернуть ветку
Sergei Timofeyev

Кстати, взгляд "случайного человека" в сложившейся культуре является интересным и более правдивым. Она не льёт воду про технологии, команды, а рассказывает изнанку, которая есть в любой компании. Отчасти это секрет Полишинеля, отчасти - провидение.
В отличие от сложившихся компаний, где роли и обязанность уже распределены, в стартапе ты можешь быть человеком-оркестром до определённого уровня. Причём свою инициативу не нужно долго согласовывать. Нет ни чётких ТЗ, ни сроков, но и результат может быть ХЗ. За него тоже похвалят. Да, за провал!
Иногда мне кажется, что стартапы существуют уже как отдельная культура или культ. Эгоцентричный руководитель-самодур, без какого-либо опыта управления и планирования, с MVP и фанатично горящими глазами, верящими в то, что их бредовая (увы, таких больше) идея выстрелит и принесёт много денег. Конкретные вопросы о фокус группе потребления, секторе экономики, зарплат - меняют их в лице, мешают им мечтать и заражать других своим искажённым видением будущего.
Наверное, я стал слишком старым для такой фигни. Чары таких стартаперов на меня перестали действовать.

Ответить
Развернуть ветку
baguette, again

С одной стороны очень хорошо передана атмосфера заканчивающихся 2010-ых, если посмотреть на культуру, то каждое десятилетие заканчивается разочарованием. Вроде как уютные офисы, созданные людьми, которые боялись приходить в мерзкие кубиклы к старперам-руководителям становятся отвратительными искусственными местами.

С другой стороны человек без опыта работы в такой сферы сравнивает какой-то выдуманный «реальный» мир, в котором все правильно и основательно, с миллениалами, которые изобретают книжные полки и ведут себя как дети. Откуда эта уверенность, что уйдя их технологической отрасли она не столкнется с таким в других сферах?  

Ответить
Развернуть ветку
Sergei Timofeyev

Изобретение велосипеда всегда неизбежно.Это абсолютно нормально. 

Ответить
Развернуть ветку
Аккаунт удален

Комментарий недоступен

Ответить
Развернуть ветку
Artey Zhukov

Тут ведь как..
Компания жаждет ОВЕРкрутого спеца всегда, везде, и чтобы был магистр всех наук и квалификация и личность и дисциплина.
Сегодня в мире компания либо растит спеца от начала либо компания закрывается.
Эйчары создают среду и атмосферу для развития коллектива. Потенциал компании - это потенциал людей, которые работают в компании.
Что важно? Создавать культуру профессионального роста сотрудников.
В моей жизни (менеджер в сфере рисования, картинки, персонажи, дизайн, вектор) в 5 из 10 компаний на Синеора сгружают рутину и он валит с работы в состоянии выгорания.
Поработав 3 года как личный психолог+менеджер, стало очевидно, что люди идут не за баблом, а за ростом, за развитием, за ощущением вдохновения от будущего. Люди хотят быть нужными. Хотят раскрывать свой потенциал.
Накладывается состояние дикого российского капитализма.
Человека выжимают до состояния утраты смысла деятельности, до жуткой депрессии.
Пришлось разрабатывать методологии и корпоративную культуру. Иначе кранты.

Ответить
Развернуть ветку
Alexandr Svetlov

Какое может быть раскрытие потенциала на конвейере? Наоборот, отупление.

Ответить
Развернуть ветку
Джек Воробей

для лиги лени:
я думала будет зашибись, а оказывается не зашибись, и кароче йепись оно конем.

P,s, а по сабжу - ну надо же, огого, вот это неожиданность, никогда такого не было и вот опять =) От создателей: "оказывается далеко не каждый программист, который умеет кодить, может сделать долбротный курс по обучению программирования, т.к. кроме знаний кодинга, нужно еще уметь преподавать, разговаривать, и уметь общаться с людьми."

Ответить
Развернуть ветку
Valentin Dombrovsky

Лига лени- по другому адресу. 😁

Ответить
Развернуть ветку
Алексей Докучаев

Негативизмом пропитана статья

Ответить
Развернуть ветку
Julia Fine

Отличный перевод, спасибо!

Ответить
Развернуть ветку
Андрей Федотов

Вот что правда - то правда. Язык в статье не простой - и перевести его на русский так, чтобы это было естественно и просто, сохранив дух оригинала не просто...

Ответить
Развернуть ветку
1 комментарий

Комментарий удален модератором

Развернуть ветку

Комментарий удален модератором

Развернуть ветку

Комментарий удален модератором

Развернуть ветку
Ivan Leonenko

Девушка реально решила пройти на хардкор моде и зафейлила, плюс выводы сомнительные. 

В стартапах реально самый большой процент токсичных людей. По моему опыту, там больше всего мудаков и псевдо-альфа доминант, нужно деражть руку на пульсе и знать когда свалить, да и джониться только на своих условиях (сотни их, три откажут, четвертый согласится). 

 Не самое разумное решение делать одно и то же 4 раза да еще и за супер нищенскую зарплату. 

Сексизм есть, не такой люто оголтелый как в России конечно, и в принципе с ним правильно борятся. Много организаций вовлекают меньшинства со школы в заниятие разного рода софтвэр инжинирингом. Есть много курсов перепрофилирования - это реально хорошо работает, т к большинству работодателей на самом деле не нужны супер мега спецы. Но в масс медиа, конечно, очень заметны только карикатурно-дебильные примеры, когда люди начинают говорить что меритократия это плохо... чего блять?

Ответить
Развернуть ветку
Dmitry Bushkov

Так и есть. Просто посмотрите на российский рынок стартапов и найдите 10 примеров, когда это не так. Ладно, понимаю, сложно. Найдите хотя бы пять ;)

Ответить
Развернуть ветку
Панда Ву

Читать наслаждение. Хороший слог и подача. Роман о юной леди в терниях ИТ корпораций. Насчет правды и смысла не стал заморачиваться

Ответить
Развернуть ветку
Mikhail Shamov
Руководители, которые не умеют руководить

Если не брать в расчёт субъективную  оценку автора статьи, то даже не нужно быть капитаном, чтобы предположить, что человек, не имевший до этого опыта руководства хоть чем-то, вряд ли сможет сразу стать хорошим руководителем. Для этого нужен опыт и образование, в некоторых случаях.
Хотя иногда человек может стать отличным специалистом в своей области, но не состояться как руководитель, не у всех это выходит.

Ответить
Развернуть ветку
Alexandr Svetlov

Если понаблюдать детей в детском саду, то там уже видны руководители, кто командует другими. Видимо это от рождения, и никакие опыт образование здесь ситуацию кардинально не изменят. Да, чуть подшлифовать, но не более. 

Ответить
Развернуть ветку
Nick Sidorov

Честно прочитал половину "материала".

"Материала" в том же смысле, в каком его рассматривают лаборатории, которые исследуют разные биологические выделения

Ответить
Развернуть ветку
Serge Sokolov

Хедди Ламарр кстати была киноактрисой. Наверно только женский мозг способен придумать кодирование с открытым ключом. Это слишком запутано уже само по себе.   Присутствующие здесь Гиганты Опенсорс Проектов  от души бы ржали над одной такой возможностью (женщина идите в свое кино, ключ и открытость вещи сами по себе несовместимые) , если бы жили в ее время. 
https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A5%D0%B5%D0%B4%D0%B8_%D0%9B%D0%B0%D0%BC%D0%B0%D1%80%D1%80

Ответить
Развернуть ветку
John Doe

Она не придумала кодирование. Она сообщила своему соседу Джорджу Антейлу идую о скачущих частотах, подслушаную на встречах с немецким командованием, т.к. ее муж был оружейным фабрикантом. В ее биографии этот момент и не скрывается. И кроме этого, нет никакой информации о какой-либо ее изобретениях или сфере исследований. А уже Джордж Антейл сделал всю механику используя свой опыт в музыкальных технологиях (он был композитором, но также создавал устройства для управления механическими пианинами). 

Вообще, если почитать ее реальную биографию и отдельные статьи которую пишут разные писаки (с большими приукрашиванием), можно понять, что все это просто красивый миф. Хотите верить в мифы - ваше право. 

Ответить
Развернуть ветку
37 комментариев
Максим Валерьевич

У вас отличный слог, Алина!

Ответить
Развернуть ветку
Алина Окунева
Автор

скорее у автора статьи, но спасибо всё равно!

Ответить
Развернуть ветку
ValKo

Я прочёл какие то чудеса с другой планеты , вот всегда был против сравнения с плохим , но я тут недавно ушёл из РФ компании и от ваньки манагера , вот это было весело чесслово (похудел , постарел )

Ответить
Развернуть ветку
Alexandr Svetlov

действительно пузыри, и таки суммы сливают в нирвану

Ответить
Развернуть ветку
Jekaterina Belajeva

Человек сгорел на работе - причем здесь ИТ-стартапы? Сгореть можно везде. Пусть поработает писателем лет 10, но там, где горят дедлайны и никто не платит за болтовню в чатах, смотришь, напишет очередные перлы про плохих работодателей, но только теперь уже в этой индустрии. Сама небось ничего создать своего не сможет, а если и сможет, посмотрим, как спокойно поделится долей в бизнесе со своими пусть и лучшими работниками.

Ответить
Развернуть ветку
Vladimir Golubev

На вц были статьи длиннее? 

Ответить
Развернуть ветку
Стеран Разин

"первая женщина в команде инженеров — темнокожая разработчица, дизайнер и активистка, выступила с заявлением." Вот  и нечего их брать на работу , пусть свои бабске  фирмы создают и работают в этом серпентарии. Не однократно убеждался - бабы создают конфликтные ситуации , сплетни разводят и прочую  ерунду .

Ответить
Развернуть ветку
Victor Proskurnikov

Совокупная стоимость двух крупнейших издательств, которым пришлось объединиться, составляла 2 миллиарда, а не 2 млн долларов. Так в оригинале. Исправьте, пожалуйста. А в целом текст замечательный.

Ответить
Развернуть ветку
Sergey Zolkin

В середине статьи настигло то же чувство, когда читаешь распиаренную книгу от МИФ, где тебя ловко направляют от строчки к новой строчке, но ты ничего полезного не получаешь, кроме субъективного мнения автора. Хорошо, что вовремя в коменты спустился) 

Ответить
Развернуть ветку
Evgeny Pesterev

Ставь лайк кто узнал Гитхаб :-)

Ответить
Развернуть ветку
Alex Kod

Теперь все левацкие статьи будут состоять из намеков что белые мужчины это мировое зло а женщины как негры сто лет назад - милые и пушистые добряки

Ответить
Развернуть ветку
Читать все 295 комментариев
null