MSINV$Т
"Акт свободы воли" - когда есть выбор. А когда выбор между "Подписать" и "Не жрать" - это, простите, акт биологической необходимости.
Люди на заводе хребет ломают, а кто то на шлепалке для мака состояние делает
Колл-центр захлебнулся звонками.
Тем временем, Хома сидел на клавиатуре. Смотрел пустыми глазами на монитор. Ждал.
Иногда он наступал на какую-нибудь кнопку.
На мониторе появлялось:
«Хомка хочет орешков»
«Хомка хочет орешков»
«Хомка хочет орешков»
Это было единственное, что работало в «Том самом банке» без единого сбоя.
На клетке до сих пор висела табличка, которую Толя сам написал:
«Senior Python Developer»
А ниже, мелким шрифтом:
«Архитектор распределённых систем»
Хома не умел читать.
Но орешки очень любил.
Хома так и жил у Толика. Купил он ему просторную клетку с видом на комп, повесил табличку «Senior Python Developer» и насыпал орешков на месяц вперёд. А сам Толик, уехал отдыхать на лето.
Всё шло как по плану. Пока, не случилось это...
Орешки закончились во вторник, в три часа дня.
Хома бегал по клавиатуре. Искал. Тряс лапками. Сопел. Потом разогнался, прыгнул на пробел всем телом — и проехался лапами по всей панели.
В прод ушло:
«Хомка хочет орешков»
Вместо обновления базы данных клиентов.
Через неделю его перевели в другой отдел. Должность — «Старший вице-президент по трансформации процессов». Зарплата — 700 тысяч. Кабинет с панорамным окном. Фитбол прилагался.
Лёха ушёл.
Пирамида осталась.
Хома был единственным, кто реально делал работу. Ну, то есть не делал, а нажимал кнопку. Но сути это не меняло. Задачи закрывались, сроки горели ровно настолько, насколько положено, а начальство довольно кивало.
Лёха стал заметным для топов. Его позвали на стратегическую сессию, где он 1,5 часа рассказывал про «вертикально интегрированную структуру с нулевым микроменеджментом». Никто ничего не понял, но все аплодировали.
Полгода пирамида стояла как бетонная стена.
Лёха получал 270. Отдавал 150 Кузьме.
Кузьма получал 150. Отдавал 50 Арджону.
Арджон получал 50ть. Отдавал 15ть Толе.
Толя получал 15ть. Покупал Хоме орешки.
Толя понял, дело дрянь, вздохнул и открыл Telegram-канал «Айтишный базар».
Там он нашёл единственного кандидата, который согласился работать за орешки.
Хому.
Хома — бурый в меру упитанный хомяк. Ветеран. Пережил трёх сисадминов, один пожар в серверной и смену поколений процессоров. Орешки уважал, людей — нет. Код не писал, но на кнопки нажимал с ювелирной точностью.
Машина заработала!
Толя принёс Хому домой. Поставил перед ним старую механическую клавиатуру, насыпал горку орешков на пробел и сказал:
— Слушай сюда, боец. Задача простая. Скрипт я скинул. Твоя работа — нажать Enter.
Хома посмотрел на Толю. Потом на орешки. Потом на клавиатуру.
Он нажал.
Система заработала.
Три недели Арджун пахал за троих. А потом заметил: Кузьма код не пишет, а на все вопросы отвечает загадочным «я архитектор» и часто оффлайн.
Индийский брат почесал репу и на следующий день нашел Толика в одной из самых днищенских фриланс бирж. Нанял его за 15шку в месяц.
Толик учился в 9 классе, но в Пайтоне разбирался лучше, чем в алгебре. Новый айфон был его мечтой, но после первой же недели работы он понял: если пахать самому, айфон будет только один. А если придумать схему — можно получить всё.
— Толя, тут API обновить надо, — сказал Арджун, собираясь на очередной «митап».
— А вы сами? — спросил Толя.
— Я занят, — ответил Арджун и ушел в оффлайн.
"Мы не передали им мышление — мы просто решили, что наше нам пока не нужно". - Цитаты Великих людей)