Гормоны в городской среде

Введение: гормоны в городской среде

Современные девелоперы все чаще обращаются к нейроурбанистике – подходу, который сочетает градостроительство с нейронауками и поведенческой психологией. Задача: спроектировать жилую среду, положительно влияющую на мозг и гормональный фон жителей. Исследования в области нейроархитектуры показывают, что правильно спланированное пространство может повышать выработку нейромедиаторов удовольствия (дофамин, серотонин, окситоцин, эндорфины) и снижать уровень гормонов стресса (например, кортизола) Такие «гормоны счастья» напрямую связаны с ощущением благополучия и мотивацией человека. Если застройщик сумеет интегрировать эти эффекты в свой проект, жильцы будут ощущать себя более счастливыми, а сам комплекс приобретет мощное конкурентное преимущество.

Уже сейчас в новых проектах заметен тренд на благоустройство, улучшающее самочувствие. Дворы новостроек превращаются в мини-города с собственными парками, площадками и сервисами. Как отмечает РБК, все чаще во дворах можно встретить детские и спортивные зоны, фонтаны, променады – пространства становятся многофункциональными и разнообразными. Качественная среда не только радует жителей, но и выгодна девелоперам: она повышает ценность жилья и ускоряет продажи. Ниже мы рассмотрим шесть типов зон, каждая из которых нацелена на определенный гормон и эмоциональное состояние. Эти зоны – не изолированные «куски», а части единого комплекса, где все элементы работают на физическое и психическое благополучие населения.

Для наглядности обобщим ключевые идеи по зонам и соответствующим им гормонам:

Зона дофамина: новизна и исследование пространства

Дофамин – это нейромедиатор, отвечающий за систему вознаграждения мозга. Когда мы сталкиваемся с чем-то новым, интересным, что может принести пользу или удовольствие, мозг выделяет дозу дофамина. Этот гормон побуждает нас действовать, изучать, добиваться – именно благодаря дофамину мы ощущаем прилив мотивации при виде нового стимула. В контексте жилой среды дофаминовая зона – это пространство, дающее жителям ощущение открытия и сюрприза.

Что может создать эффект новизны в жилом комплексе? Во-первых, нестандартные архитектурные решения. Это могут быть арт-объекты, инсталляции, необычные малые архитектурные формы, которые привлекают внимание и вызывают восторг. Во-вторых, пространственная интрига: например, извилистые прогулочные дорожки с неожиданными поворотами, лабиринты из живой изгороди, разнообразный рельеф. Третий компонент – смена впечатлений на маршруте: чередование открытых и закрытых пространств, света и тени, различных текстур и цветов в ландшафте. Когда двор позволяет каждый день находить что-то новое, жители неизбежно испытывают положительные эмоции исследования.

Девелоперы уже применяют эти принципы на практике. Например, в Москве появились проекты с многоуровневыми дворами и авторским дизайном. Многоуровневое пространство само по себе рождает эффект «вау»: разные террасы, переходы, мостики – всё это пробуждает любопытство, заставляет прогуляться и рассмотреть двор с новых ракурсов. В апарт-комплексе «Басманный, 5» такую концепцию реализовали, вдохновившись опытом японских и европейских городов.Подобные решения делают среду уникальной, запоминающейся. Пример вау-эффекта – знаменитый парк «Зарядье» в центре Москвы, где на небольшой площади уживаются фрагменты разных ландшафтов (тундра, степь, лес) и парящий мост. Посетитель за одно короткое время переживает множество новых впечатлений – отличный дофаминовый коктейль!

Не обязательно строить парк аттракционов – даже небольшие штрихи новизны работают. Это может быть сменная выставка картин местных художников в холле, граффити-стена, которую раз в сезон разрисовывают заново, или интерактивная подсветка фасада, реагирующая на присутствие людей. Главное – заложить в среду элемент игры и исследования, чтобы мозг жильца не скучал в рутине. Так жилой комплекс получает репутацию «интересного места», куда хочется возвращаться. Отметим, что дофаминовая зона тесно связана с другими: например, поиск нового в городской среде часто происходит в контексте социальных активностей (отправились с соседом исследовать новый парк) или физической активности (велопрогулка по неожиданному маршруту). Таким образом, стимуляция дофамина выгодно переплетается с другими позитивными эффектами.

Зона серотонина: пространство статуса и одобрения

Серотонин широко известен как гормон хорошего настроения и внутреннего комфорта. В мозге он помогает нам чувствовать себя спокойными и эмоционально устойчивыми. Но важная особенность: серотонин вырабатывается, когда мы ощущаем уважение, признание наших заслуг. Эволюционно этот механизм подкреплял социальный статус – быть ценным членом группы полезно для выживания, и мозг вознаграждает нас за такое положение всплеском позитивных эмоций. В городской среде серотониновая зона – это то место, где человек чувствует себя значимым и уважаемым.

Как это реализовать практически? Первое – создать сценарии для достижений. Например, во дворе можно оборудовать спортивную площадку не только для разминок, но и для мини-соревнований. Победитель дворового турнира (будь то матч по стритболу или турнир по настольному теннису) получает не только приз, но и аплодисменты соседей – а значит, и дозу серотонина. Второе – пространства для демонстрации успехов. Это может быть стенд или цифровое табло в подъезде, где отмечают достижения жильцов: от побед ребенка в олимпиаде до результатов субботника. Когда человек видит свое имя на доске почета или слышит слова похвалы на общем собрании, у него поднимается самооценка и настроение (именно за эти ощущения и отвечает серотонин).

Кроме социального признания, серотонин чувствителен к факторам окружающей среды. Доказано, что солнечный свет стимулирует синтез этого нейромедиатора, поэтому обилие естественного освещения – важный элемент серотониновой зоны. При проектировании жилого комплекса стоит обеспечить, чтобы двор и окна квартир получали достаточно солнца: не злоупотреблять чрезмерно плотной застройкой, располагать места отдыха на открытых участках. Хороший пример – планировка так, чтобы детская площадка и зоны отдыха были освещены в первую половину дня, когда люди наиболее активны и могут принять свою «солнечную ванну» для поднятия настроения.

Также природные элементы в среде способствуют повышению уровня серотонина. Прогулка среди зелени, созерцание цветов, слушание пения птиц – всё это улучшает эмоциональный фон. Биофильный дизайн (интеграция природы) – мощный тренд в девелопменте. Зеленые дворы с цветниками, небольшими садами или даже огородами дают жителям чувство умиротворения и одновременно гордости (например, за выращенные собственноручно растения). В некоторых ЖК обустраивают community-garden – общественный огород, где жители вместе высаживают зелень. Участие в таком проекте дает сразу несколько бонусов: и социальное одобрение (соседи ценят вклад друг друга), и удовольствие от контакта с природой, и легкую физическую активность.

Итак, серотониновая зона – это сочетание физического комфорта, природного окружения и социальной самоактуализации. Разместив в комплексе клубный центр или коворкинг, девелопер также поддержит этот гормон: там можно проводить выставки работ жильцов, кружки по интересам, где люди будут получать признание своей экспертизы. Задача – дать каждому жителю шанс почувствовать себя важным, будь то на спортивной площадке, творческом вечере или в простом разговоре на лавочке, когда его внимательно слушают. Такие моменты укрепляют психическое здоровье сообщества.

Зона окситоцина: уют, доверие и социальные связи

Окситоцин – так называемый «гормон любви» и привязанности. Он выделяется в моменты близости: объятия, дружеское общение, забота о ком-то. В атмосфере безопасного доверительного общения уровень окситоцина у человека растет, вызывая чувство расслабленности и тепла. Задача окситоциновой зоны – создать условия, в которых люди охотно взаимодействуют друг с другом, чувствуют себя «как дома» среди соседей.

Прежде всего, это эргономичные и комфортные места для общения. Важно предусмотреть различные по масштабу и уединенности уголки: от больших беседок или лаундж-зон, где могут собраться компании и провести время, до маленьких ниш со скамейками для задушевных разговоров один на один. Например, во дворах многих современных ЖК появляются перголы, беседки с мягкой мебелью, уличные гостиные с диванчиками – всё это приглашает задержаться и поговорить. Когда люди сидят не на холодной бетонной плите, а на удобном диване под навесом, в окружении растений, им легче раскрыться и завязать дружескую беседу.

Современный двор как пространство для общения: возвышенные настилы и прогулочные дорожки, зеленые островки с деревьями, спортивные столы и игровые зоны. Такой дизайн сочетает разнообразные функции – от активного досуга до спокойного отдыха. В результате жители получают места, где можно вместе поиграть, обсудить новости или просто наблюдать за жизнью комплекса. Всё это укрепляет социальные связи и создаёт атмосферу доверия.

Не менее важна тактильная привлекательность среды. Осязание – мощный канал, влияющий на эмоциональное состояние. Теплые на ощупь материалы (дерево, пробка), гладкие камни, мягкий текстиль на уличной мебели – все это подсознательно успокаивает. Когда ребенок или взрослый прикасается к приятной поверхности, мозг фиксирует: «мы в безопасном, уютном месте». На таких эмоциях строится доверие к окружению, а значит, растет окситоцин. Девелоперы могут использовать это: например, сделать настилы из дерева вместо асфальта, поставить качели с мягкими сиденьями, предусмотреть в ландшафте элементы, которые хочется трогать (скульптуры, фонтанчики с прохладной водой в жаркий день и т.д.).

Еще одна составляющая – совместные действия, которые объединяют соседей. Психологи отмечают, что совместный труд или развлечения значительно повышают уровень окситоцина: так работает человеческая природа, мы стаем ближе с теми, с кем что-то делаем вместе. Поэтому в жилом комплексе отлично «зайдут» пространства для коллективных активностей: от банальной зоны барбекю (совместное приготовление пищи – древнейший ритуал сближения) до хобби-центра, где жители могут вместе мастерить, чинить велосипед в мастерской или музицировать. Некоторые проекты строят во дворах общие кухни или гриль-домики, куда семьи могут прийти и пожарить шашлыки большим кругом. Общее застолье на свежем воздухе создает почти семейные узы между соседями – прямой путь к повышению окситоцина.

Наконец, аспект безопасности и приватности: люди раскрываются душевно, только чувствуя себя защищенными. Поэтому окситоциновая зона тесно связана с анти-стрессовой: тихий двор с ограждением, без посторонних, с камерами и охраной, где мама не боится отпустить ребенка побегать – это база для спокойного, доверительного общения. Если внешний стресс минимален, ничто не мешает людям фокусироваться на позитивных взаимодействиях. Вывод: уютный, безопасный и дружелюбный двор – настоящий инкубатор для общения, где незнакомые сначала люди постепенно превращаются в сообщество друзей.

Зона анти-кортизола: снижаем стресс средой

Кортизол – наш главный гормон стресса. Он выбрасывается, когда мозг воспринимает угрозу или перегрузку, и в небольших количествах полезен (помогает мобилизоваться). Но хронически высокий уровень кортизола опасен: приводит к усталости, тревожности, снижению иммунитета. Городская среда, к сожалению, таит много кортизоловых триггеров: шум магистралей, толпы людей, визуальный хаос рекламы, опасность ДТП, отсутствие личного пространства. Задача проектировщика – максимально нейтрализовать эти стрессы в жилом комплексе.

Начнем с самого ощутимого – шума. Постоянный громкий шум (трафик, стройки, сирены) не дает мозгу расслабиться: мы на подсознательном уровне «настороже». Шум – не просто раздражение, а прямой физиологический триггер стресса: исследования показывают, что чрезмерный городской шум повышает уровень кортизола, мешает концентрации, нарушает сон. Решения: архитекторы используют шумозащитные экраны, звукоизоляцию, благоустройство с озеленением. Например, высокие деревья и кустарники вдоль дорог служат зеленым шумовым фильтром, а фонтаны или ручьи во дворе создают приятный «белый шум», заглушающий городские звуки. Хороший прием – зоны тишины: внутренние дворы закрытого типа, куда не проникает гул улицы. В таких местах жители могут слышать пение птиц и шелест листвы вместо машин – мозг получает сигнал, что опасность далеко, можно понизить уровень кортизола.

Второй фактор – визуальное спокойствие и порядок. Информационный перегруз города (яркие вывески, хаотичная реклама, пестрая застройка) также создает стрессовое напряжение. Нейроурбанисты советуют применять принципы визуальной гармонии: единый стиль оформления, умеренные цвета, повторяющиеся фрактальные узоры в дизайне (как в природе), которые, по данным исследований, благоприятно воспринимаются мозгом. Двор, выдержанный в уютной природной палитре, с понятной навигацией, где глаз отдыхает на зелени и аккуратных формах – станет противоядием от городской суеты.

Очень важна пространственная структура, влияющая на чувство безопасности. Люди испытывают дискомфорт в тесноте и толпе – сказывается эволюция, где перенаселение ассоциировалось с конкуренцией за ресурсы. Поэтому по возможности следует избегать чрезмерно плотной застройки без «точек расширения». Если дома стоят очень близко, выручат правильно спланированные дворы: достаточно просторные, с разделением потоков, чтобы люди не толкались на узких дорожках. Пример: в ЖК «Солнечная система» в Подмосковье архитекторы развели автомобильные и прогулочные зоны по разным уровням – дороги внизу, а дворы приподняты на стилобате. Жители могут обходить весь комплекс, не переходя ни одной проезжей части. Это существенно снижает фон тревоги: дети бегают свободно, родители не переживают за машины, у всех больше пространства для жизни.

Конечно, полностью исключить стресс-факторы невозможно, но их можно компенсировать элементами расслабления. В анти-кортизоловой зоне уместны релакс-уголки: тихий сквер с лавочками в тени деревьев, гамак или качели-шезлонги, где можно подремать, комната психологической разгрузки в общественном пространстве (с мягким светом, ароматерапией). Даже небольшая сенсорная комната или библиотека тишины в пределах ЖК станет оазисом, куда жители смогут сбегать от шума и суеты. Девелоперы отмечают, что наличие парковой зоны или хотя бы небольшого сада во дворе повышает привлекательность жилья – люди инстинктивно тянутся к местам, где спокойно. Недаром в классической архитектуре при дворцах делали регулярные парки – создавать спокойствие и величие, усмиряющие лишние эмоции.

Важный момент – ночное освещение и безопасность. Кортизол подскакивает, когда мы чувствуем угрозу. Темный неосвещенный двор, непонятные проходы между домами – плодят тревожность. Поэтому анти-стрессовая среда должна включать хорошее освещение дорожек, понятные сценарии использования, отсутствие глухих закоулков. Камеры наблюдения и контроль доступа (консьерж, домофоны) тоже внесут вклад: зная, что территория защищена, жители меньше испытывают бессознательный стресс. Подведем итог: зона снижения кортизола – это тихий, зеленый, безопасный и упорядоченный уголок города, где человек может перевести дух и восстановить силы. Такая атмосфера в жилом комплексе способна заметно улучшить качество жизни и здоровье его обитателей.

Зона эндорфинов: движение, игра и смех

Эндорфины – природные опиоиды нашего организма, отвечающие за эффект удовольствия и обезболивания. Вырабатываются они прежде всего при физической активности: известен феномен «эйфории бегуна», когда после интенсивного бега человек чувствует подъем настроения из-за всплеска эндорфинов. Также эндорфины выделяются при смехе, веселых переживаниях и даже острых ощущениях (вместе с адреналином). Зона эндорфинов в жилом комплексе – это территория, мотивирующая людей больше двигаться и чаще улыбаться.

Первый и самый очевидный компонент – спортивные площадки и инфраструктура для активного образа жизни. В современных ЖК практически стандартом стали воркаут-зоны с уличными тренажерами, турниками, брусьями. Они позволяют жильцам размяться в любое время, не отходя далеко от дома. Хорошим тоном считается прокладывать велодорожки или беговые маршруты вокруг корпусов – хотя бы небольшие, по периметру двора. Это стимулирует утренние пробежки и велопрогулки. Если площадь позволяет, можно заложить мини-стадион или мультифункциональную спортплощадку (футбол, баскетбол, теннис) – командные игры добавят не только движения, но и социальный аспект. Пример внедрения: во многих новых комплексах Москвы дворы оснащаются и детскими игровыми городками, и воркаутом, и столами для настольного тенниса – формируется целая сеть точек активности. Жильцы разных возрастов находят себе занятие по душе, а заодно получают порцию эндорфинов вместе с улучшением физической формы.

Дети осваивают крупную сетку-лазалку и горку на креативной игровой площадке. Такие пространства поддерживают активную игру и небольшой риск, позволяя почувствовать прилив эндорфинов от движения и радости, а также адреналина от высоты. Натуральное покрытие из щепы, канаты и металл создают разнообразные тактильные ощущения, делая игру еще интереснее. Здесь дети увлечены и счастливы, а значит – их мозг генерирует гормоны удовольствия.

Второй элемент эндорфиновой зоны – игра и веселье для всех возрастов. Эндорфин – тот самый гормон, который вызывает ощущение легкого счастья, когда мы смеемся или наслаждаемся моментом. Поэтому двору не помешает доля игривости и юмора в дизайне. Это может быть необычная качеля, на которой могут кататься и взрослые (почему бы и нет – смех во время катания гарантирован), интерактивная инсталляция, реагирующая звуком на движения (например, музыкальная дорожка, как в некоторых парках, играющая ноты при ходьбе), или забавные скульптуры, вызывающие улыбку. Чем больше поводов улыбнуться – тем больше выработка эндорфинов и тем приятнее ассоциации с местом. Например, знаменитые голландские детские площадки архитектора Альдо Ван Эйка зачастую включали причудливые абстрактные формы, которые одинаково радовали и детей, и взрослых, пробуждая воображение и смех.

Отдельно отметим значение детской игры для всего сообщества. Детский смех – заразительная штука: когда во дворе звучат радостные голоса, настроение поднимается у всех окружающих. Девелоперы начали уделять особое внимание креативным игровым пространствам, которые привлекают не только жильцов комплекса, но и гостей. Так, в проекте «Бунинские луга» компания ПИК реализовала первый в России PlayHub – детскую площадку «Пирамиды» в форме знака бесконечности. На этой большой площадке есть масса активностей: разные горки (от низких до высоких тоннельных), канатные «паутины» для лазания, прыгающие качели-батуты, музыкальные кочки, ручеек с плотинами – словом, настоящий детский парк приключений во дворе. Эффект превзошел ожидания: площадка стала магнитом для всего района – туда приходят семьи даже из соседних домов, она открыта для всех. Дети носятся, смеются, родители тоже вовлечены – уровень эндорфинов зашкаливает. Такая инфраструктура значительно повышает привлекательность ЖК: он славится на всю округу необычной игровой зоной, которая дарит радость и поддерживает здоровье. Для девелопера это плюс к имиджу и спросу.

Наконец, эндорфиновая зона может включать общественные мероприятия: праздники, дворовые фестивали, кинопоказы на открытом воздухе. Общий смех во время выступления дворового КВН или просмотр доброго фильма под звездами объединяет людей и дает всплеск положительных эмоций. Хорошо спланированное пространство двора (например, наличие небольшого амфитеатра или площадки перед экраном) позволит регулярно проводить подобные ивенты. Жители, зная, что в их комплексе весело и интересно, будут больше ценить свое жилье. С точки зрения гормонов – каждая удачная вечеринка или спортивное мероприятие это плюс в «копилку счастья» на химическом уровне.

Подводя итог: зона эндорфинов – самая веселая и динамичная часть жилой среды. Она обеспечивает активность, игру и смех, тем самым помогая людям снимать стресс естественным путем. Энергичные, жизнерадостные дворы не только улучшают настроение, но и формируют устойчивое сообщество: соседи, которые вместе играют и смеются, склонны лучше ладить друг с другом, а это уже переходим в область окситоцина и серотонина. Видно, что все зоны взаимосвязаны.

Зона адреналина: контролируемый вызов и острые ощущения

Адреналин – гормон, связанный с реакцией «бей или беги». Его выброс мобилизует тело: учащается сердцебиение, поднимается тонус, обостряются чувства. В обычной жизни постоянный адреналин не нужен, но умеренные контролируемые всплески могут дарить чувство драйва и развлекать. Люди любят аттракционы, экстрим-развлечения именно за этот укол адреналина, после которого часто приходит эйфория (в связке с эндорфинами). В жилом комплексе адреналиновая зона – спорный, но набирающий популярность элемент. Речь не о том, чтобы строить во дворе американские горки, а о небольших «приключенческих» активностях, которые дают ощущение преодоления вызова, но в безопасной среде.

Какие решения возможны? Для детей и подростков – скалодромы, веревочные парки, высокие горки, тарзанки. В некоторых новых проектах оборудуют скалодром прямо в подъезде или дворе: например, в московском ЖК «Republic» планируется скалодром высотой ~3 м в холле башни. Это прекрасный пример: ребенок (да и взрослый) может попробовать себя в скалолазании, испытать легкий экстрим, но под присмотром и с мерами предосторожности (страховочная поверхность, ограниченная высота). Высокая горка на детской площадке дает схожий эффект: мгновение полета с приливом адреналина. Однако важно учитывать возраст и контекст: в школе, как отмечают педагоги, слишком экстремальные элементы (очень высокие горки) нежелательны, чтобы дети не возвращались с перемены перевозбужденными. А вот во дворе жилого дома или в парке – почему бы и нет? Просто нужно предусмотреть мягкое покрытие, поручни и т.п.

Для молодежи и взрослых экстрим-зоны могут включать площадки для парков и трюков – скейт-парк, памп-трек для велосипедов или самокатов, участок для паркура. Такие зоны сейчас появляются в больших дворах и общественных пространствах. Они привлекают активных жителей, которые ищут острых ощущений: выполнить новый трюк на BMX или пройти сложную полосу препятствий – это выброс адреналина и гордость за достижение. Девелоперу стоит оценивать, уместно ли такое в концепции ЖК. В бизнес-классе, где аудитория постарше, возможно, акцент на экстриме будет лишним. А вот в молодежных жилых кварталах или комплексах для семей с детьми подросткового возраста – самое то. Тем более такие объекты становятся точкой притяжения: люди будут приезжать «пощекотать нервы» даже извне, что добавляет популярности месту.

Конечно, ключевое слово – контролируемый риск. Адреналиновая зона должна быть тщательно спроектирована с точки зрения безопасности. Все элементы – сертифицированы, проверены, имеется страховка от падений, инструкции по использованию. Хорошая практика – предусматривать наблюдение (например, камеры или даже штатный инструктор на сложном объекте типа веревочного городка). Цель – дать возможность испытать острые ощущения без реального ущерба. Тогда адреналин выступит в роли развлечения, а не фактора стресса.

Интересно, что грамотно созданная зона вызова тоже приносит свои «мирные» плоды. Преодолевая страх на скалодроме или спускаясь по зиплайну, люди повышают уверенность в себе, что сопряжено с выбросом тех же серотонина и дофамина (удовольствие от достижения). И опять мы видим, что границы между зонами условны: адреналиновая встряска может привести к дофаминовому удовлетворению и эндорфиновой эйфории. В конечном счете, эмоционально богатая среда, где есть место и отдыху, и веселью, и вызову – наиболее привлекательна для человека. Жилой комплекс, предлагающий не только крышу над головой, но и спектр переживаний, будет выделяться на рынке.

Рекомендации: интеграция зон и выгоды для девелоперов

Рассмотрев каждую зону отдельно, важно понять, что реальные проекты стремятся сочетать несколько эффектов одновременно. В дворах обычно нет жесткого разделения «здесь только дофамин, а тут только серотонин» – наоборот, грамотный дизайн позволяет одному месту выполнять несколько функций. Например, большая общая площадка может утром служить зоной тихого отдыха (низкий кортизол), днем – сценой для детского утренника (смех, эндорфины, серотонин от одобрения публики), вечером – молодежной спортивной ареной (движение, эндорфины, немного адреналина от состязания), а круглые столики вокруг нее в любое время суток остаются местом дружеских бесед (окситоцин). Многослойность сценариев – ключ к тому, чтобы дворовое пространство жило и дарило эмоции постоянно, а не от случая к случаю.

Девелоперам имеет смысл с самого начала закладывать в проект разнообразие функциональных зон, ориентируясь на описанные гормональные эффекты. При планировании можно воспользоваться следующими рекомендациями:

В заключение подчеркнем: нейроурбанистический подход выгоден всем сторонам. Жители получают более здоровую, насыщенную впечатлениями жизнь в черте города. Они не просто спят в своих квартирах, но и проживают полноценные эмоциональные сценарии у себя во дворе – от утреннего спокойствия с чашкой кофе до вечернего адреналина в спортзоне. Девелоперы и управляющие компании, в свою очередь, получают лояльное сообщество и привлекательный бренд проекта. Инвестиции в благоустройство окупаются: эксперты отмечают рост ценности жилья и спроса, когда среда тщательно продумана.

Нейроурбанистика пока молодое направление, но уже ясно, что города будущего будут строиться с учетом нейрофизиологии. Каждая скамейка, каждое дерево и фонарь могут влиять на наше гормональное состояние – стоит лишь осознанно использовать эти знания. Создавая зоны дофамина, серотонина, окситоцина и т.д., мы фактически программируем город на счастье. А счастливые жители – это и здоровое общество, и успешный коммерческий проект. Таким образом, гормоны и городская среда оказываются связанными куда теснее, чем казалось – и будущее городов во многом зависит от того, насколько умело мы воспользуемся этой связью уже сегодня.