Почему вы встретите старость в бедности.

Вы встретите старость в бедности. И не важно, сколько вы сейчас зарабатываете, в какой стране живёте и какое у вас образование.

Причина проста: модель мира, в которой вы живёте, уже умирает. Она держалась на бесконечном росте, а рост на планете с конечными ресурсами невозможен.

Мировая экономика построена на кредите и постоянном расширении производства. Чтобы система не рухнула, она должна расти хотя бы на 2–3% в год. Но реальные темпы роста с 2008 года стабильно падают — с 4% до менее 2%. Рост поддерживается только за счёт печати денег, долгов и финансовых пузырей.

Каждый кризис (2008, 2020, 2022) показывал одно и то же: без искусственного вливания триллионов — всё останавливается. Это не развитие, это поддержание жизни аппаратом ИВЛ.

То есть энергетическая и материальная база роста — исчезает. Без энергии и сырья не работает ни производство, ни сельское хозяйство, ни транспорт.

2023 и 2024 — самые жаркие годы за всю историю наблюдений. Средняя температура Земли превысила доиндустриальный уровень на 1,5 °C. Это точка, после которой начинаются необратимые процессы: засухи, миграции, потери урожаев.

По данным ООН, уже сейчас из-за изменения климата ежегодно теряется 10% мирового производства продовольствия. Засуха 2022–2024 годов в Испании, Италии, Канаде и Индии сократила урожай зерна, оливок, риса и кофе. Фермеры становятся банкротами, правительства компенсируют убытки субсидиями. Но субсидии платятся из налогов, а налогов всё меньше.

В 1950 году на одного пенсионера в Европе приходилось 6 работающих. Сегодня — 2, к 2050 году будет 1,2. В Японии — уже сейчас 1:1. Это означает, что пенсионные системы математически невыживаемы.

Китай, который ещё недавно считался “демографическим гигантом”, потеряет около 100 млн трудоспособных за 20 лет. Население России, Германии, Южной Кореи — сокращается. В то время как страны с ростом населения (Африка, Пакистан, Индонезия) не имеют экономики, способной содержать стареющий мир.

Роботы, алгоритмы и искусственный интеллект уже вытесняют людей из труда:

Мировой банк прогнозирует, что до 40% профессий исчезнет к 2040 году. То есть миллиарды людей останутся без экономической функции.

А значит — без дохода, пенсии и смысла существования в структуре “государства-работодателя”.

Современные государства — это гигантские аппараты перераспределения: налоги → соцвыплаты → инфраструктура. Но при стареющем населении, падающих доходах и дефиците бюджета эта система превращается в долг.

Госдолг США — уже более 34 трлн долларов, ЕС — более 14 трлн. Это долг, который никогда не будет погашен. Государства существуют только потому, что люди ещё верят в их способность “платить завтра”.

Когда доверие исчезает — рушатся пенсии, здравоохранение, полиция, бюрократия. Просто некому будет обслуживать систему.

Деньги — это доверие к будущему. Когда будущее исчезает, деньги превращаются в цифры. При инфляции 5–10% в год (а реальная выше), покупательная способность любой валюты падает вдвое за 7–10 лет.

Недвижимость перестаёт быть активом: в Европе и Японии — миллионы пустых домов, потому что людей меньше, чем зданий. Земля теряет ценность из-за климатических сдвигов — засухи, подтопления, загрязнение. Даже золото — бессмысленно, если обмена нет.

Мировая система здравоохранения держится на импорте лекарств, электричестве, транспорте и врачах. Но врачи стареют, выгорают, уходят из профессии. После COVID-19 30% медицинского персонала в ЕС и США сменили профессию.

Медицина превращается из системы в рынок: лечение только платное, страховые компании банкротятся, а антибиотики теряют эффективность — ежегодно 1,3 млн человек умирает от устойчивых бактерий. Это только начало: чем выше стерильность — тем слабее иммунитет, тем сильнее вирусы.

Идея “вернуться к простым навыкам” — иллюзия. Чтобы выращивать еду, нужны семена, удобрения, вода и климат. Чтобы чинить крышу — нужны материалы. Чтобы развести огонь — нужны дрова и воздух, не насыщенный угарным газом.

Сельская автономия невозможна, когда сама природа выжжена. “Вернуться к природе” нельзя — её больше нет в прежнем виде.

Когда человек становится ненужным экономике, и ресурсы больше не позволяют содержать социальную систему, общество неизбежно переходит к режиму выживания.

Не будет богатых и бедных — будут нужные и лишние. И лишние будут просто выключены — не злобой, а холодной логикой системы, которая оптимизирует всё, включая человека.

Чтобы иметь шанс пережить этот век, человек должен не “спасти цивилизацию”, а сбросить с себя её наросты.

Научиться жить снова — без иллюзии комфорта, без веры в вечный рост, без ожидания помощи. Вспомнить, как быть существом, а не потребителем.

Вернуться на ветку — не метафора. Это необходимость. Обезьяна, добывающая еду, ближе к будущему, чем программист, пишущий код для машин, которые заменят его завтра.

Вы встретите старость в бедности, потому что сама цивилизация уходит в минус. Система, которая держалась на росте, вступила в фазу распада.

Когда рост невозможен — рушится всё: экономика, медицина, демография, доверие, мораль.

И тогда вы поймёте простую вещь: бедность — это не отсутствие денег, а отсутствие мира, который мог бы их напечатать.