Мебель богачей — История B&B Italia
Однажды в 1966 году чел по имени Пьеро Амброджо Буснелли психанул и решил свалить из семейного мебельного бизнеса. Его бомбило то, что ручной труд мастеров был дико медленным и невероятно дорогим.
Колоссальная доля работы делалась вручную, при полных непонятках с финальным результатом. Чтобы состряпать банальный диван, надо было ждать, пока плотники вручную распилят деревянный каркас, прикрутят стальные пружины, затромбуют его конским волосом, а потом обошьют все это джутом.
Такая зависимость от человеческого фактора приводила к постоянному браку. Если мастер лажал хотя бы на сантиметр, вся эргономика рушилась, а исправление косяков сжирало весь выхлоп.
При этом спрос на мебель в послевоенной Европе пёр как на дрожжах. Буснелли приходилось даже выгонять клиентов, просто потому, что мастерская физически не успевала клепать каркасы. Он глядел, как автопром штампует детальки тысячами, и бесился, что мебельную отрасль на эти рельсы затащить не выходит.
В какой-то момент в Лондоне Буснелли подглядел новый метод у производителя уточек для ванны, тех самых плавающих резиновых уток. Метод позволял заливать жидкую полиуретановую пену в железную форму вокруг стального каркаса, создавая мебель вообще любой формы буквально за минуты без привлечения традиционных плотников.
Вернувшись из Лондона в Италию с безумной идеей, Буснелли заперся в мастерской и буквально на коленках, юзая цепи от старых мотоциклов и обычные электродрели, собрал первый прототип станка. Эта самопальная дура смешивала компоненты пены, которая затем раздувалась внутри закрытых железных форм прямо как суфле.
Буснелли нашел себе кореша в лице Чезаре Кассины, владельца фабрики Cassina, и вместе они замутили контору под названием C&B Italia.
Первый коммерческий успех случился уже в 1966 году с диваном Coronado от архитектора Тобиа Скарпа, где упругость нового материала заменила традиционные пружины.
С&B сразу начала хантить самых топовых дизайнеров той эпохи. В 1969 году Гаэтано Пеше сотворил нечто вообще космическое, кресло UP5, которое напоминало женскую фигуру и доставляли его в вакуумной упаковке. Когда коробку вскрывали, полиуретан всасывал воздух и раздувался сам по себе прямо на глазах у клиента, устраивая ему лютое шоу и заодно дико срезая затраты на логистику.
В 1970 году Марио Беллини спроектировал модульный диван Camaleonda.
Легендарный модульный диван Camaleonda, который придумал Марио Беллини, в семидесятые годы стал настоящей иконой дизайна. Но в 1979 году B&B Italia вдруг взяла и прикрыла его производство. Получилась какая то дико парадоксальная ситуевина. Один из самых культовых диванов в мире просто исчез из продажи. Следующие сорок с лишним лет его можно было выцепить разве что на каких-нибудь винтажных аукционах, где ценники улетали в десятки тысяч долларов.
И только в 2020 году компания наконец одумалась и официально вернула Camaleonda в каталог. Причем внешне диван остался практически таким же, как полвека назад, а вот всю внутрянку полностью перековыряли. Вместо старых материалов туда впиндюрили современный экологичный наполнитель.
В 1973 году Буснелли полностью выкупил долю Кассины, потому что хотел единолично рулить конторой. Он переименовался из C&B Italia в B&B Italia Италия, чтобы сохранить узнаваемость бренда.
Объемы производства летели в космос. Время на сборку мебели рухнуло со многих дней до пары минут. В итоге молодая компания B&B Italia росла настолько агрессивно, что всего за семь лет ее финансовый оборот и выручка переплюнули показатели Кассины, уважаемого старого гиганта мебельного рынка, который изначально был, тем самым, старшим партнером Буснелли.
Благодаря автоматической заливке форм B&B Italia смогла штамповать мебель с обтекаемыми, футуристическими и органическими формами, которые на традиционных фабриках конкурентов было физически невозможно повторить из дерева.
В 1972 году презентация дивана Le Bambole всех шокировала. На плакатах топлес позировала Донна Джордан. Цензура на миланской выставке потребовала заклеить постеры, что вызвало грандиозный скандал и моментально сделало диван культовым.
В восьмидесятые B&B Italia постепенно перестала делать ставку на отдельные предметы мебели и начала создавать уже целые интерьерные системы. Для этого они подтянули талантливого дизайнера Антонио Читтерио, который в 1986 году выкатил модульную систему диванов Sity.
Фишка была в том, что люди начали все больше батониться перед телевизором, поэтому обычные диваны уже не вывозили новые привычки людей. Sity позволял как угодно переставлять секции, добавлять шезлонги и закругленные модули, собирая именно ту конфигурацию, которая нужна хозяину.
Концепция настолько мощно стрельнула, что в 1989 году B&B Italia получила престижнейшую премию Compasso d'Oro. И самое интересное, что жюри наградило не какой то конкретный диван, а вообще всю бизнес модель компании целиком.
После смерти Пьеро Бузнелли в том же 1989 году штурвал перешел к его сыновьям Джорджо и Эмануэле. Они как и батя продолжили упарываться в технологическое превосходство и начали активно расширять международную сеть фирменных салонов.
В 2015 году инвестиционный фонд Investindustrial купил контрольный пакет B&B Italia, чтобы объединить под одной крышей самых жирных игроков премиального дизайна.
В следующие годы холдинг заглотил производителя элитных кухонь Arclinea и люксовый бренд освещения Flos. Теперь они могли впаривать девелоперам не отдельные диваны или кухни, а полностью готовые интерьерные решения для гигантских жилых комплексов и отелей по всей планете.
Если сравнивать B&B Italia с IKEA, то это примерно как сравнивать частный бизнес джет с маршруткой. Они существуют вообще в разных вселенных и нигде даже не пересекаются. Между ними нет прямой конкуренции. Потому что у них абсолютно разные покупатели, разные ценники и вообще совершенно противоположная философия.
Обычный диван B&B Italia вроде Camaleonda или Tufty Time стоит где то от десяти до двадцати тысяч евро. За такие бабки можно купить вполне даже приличную подержанную тачку или внести первый взнос за квартиру. А в IKEA на эти деньги можно обставить мебелью целый здоровенный загородный дом.
Сейчас когда показуха стала особо модным явлением, B&B Italia в соцсетях превратилась уже чуть ли не в главный символ роскошной жизни. Особенно народ сходит с ума по дивану Camaleonda. Еще в семидесятых на нем батонились Дэвид Боуи и Рудольф Нуреев. А когда в 2020 году B&B Italia снова вернула эту модель в производство, за ней тут же выстроилась очередь из современных знаменитостей.
И фишка здесь не только в громком имени. Этот диван почти невозможно нормально скопировать. Можно сделать похожую форму, но повторить фирменную технологию, комфорт и качество у конкурентов до сих пор толком не получается.
В IKEA обычно затариваются студенты, молодые семьи, арендодатели и вообще весь массовый народ. А клиентами B&B Italia становятся долларовые миллионеры, пятизвездочные отели, элитные девелоперы и коллекционеры дизайнерской мебели.
IKEA продает идею дешевого массового жилья. Их мебель собирают из ДСП, тоненького шпона и обычного поролона. Покупатель сам тащит коробки домой, а потом с матюками крутит шестигранником бесконечные болтики.
А B&B Italia продает промышленный дизайн. Огромные монолитные конструкции из фирменного формованного полиуретана со стальным скелетом внутри. Такую мебель покупают не на пару лет. Она спокойно переживает хозяина и потом еще переходит по наследству детям. B&B Italia доказала всем, что мебель тоже может стать бессмертной.