Штрафы за порно, блокировка сайтов и демография: что за радикальное предложение прозвучало в России

К концу июля 2025 года тема доступа к порнографическому контенту вновь вышла в российскую повестку. Толчком стали обсуждения законопроекта о блокировке порносайтов, который приняли в Кыргызстане 25 июня. Российские депутаты и общественные активисты начали призывать к аналогичным мерам в РФ, объясняя это необходимостью защиты традиционных ценностей и улучшения демографической ситуации.

30 июля председатель общественного движения «Иван Чай» Элина Жгутова заявила, что россиян, которые ищут и смотрят порно, нужно штрафовать. В интервью изданию «Абзац» она подчеркнула, что порнография вызывает зависимость и мешает созданию семей, поэтому необходимо «делать отдельный запрет на порнографию» и вводить административные наказания. По её словам, сейчас в РФ запрещено производство и распространение порнографии, но просмотр для себя остается безнаказанным; введение штрафов, уверена Жгутова, «позволит улучшить демографическую ситуацию в стране». В пояснениях для других СМИ активистка отмечала, что подростки рано получают доступ к порно и формируют зависимость, из‑за которой не способны построить крепкую семью.

За несколько недель до этого, 25 июня, в Госдуме прозвучали более жёсткие высказывания. Депутат Михаил Матвеев в беседе с «Газетой.Ru» заявил, что в России выросло поколение, которое не воспринимает просмотр порно как что‑то недопустимое, и поэтому при технической возможности порносайты «стоит запретить». Он объяснял, что массовая культура 1990‑х и развитие интернета привели к утрате нравственных ценностей, особенно среди молодёжи.

Ещё один член комитета по защите семьи, Виталий Милонов, назвал порнографию «проявлением экстремизма» и «нарушением традиции уважительного отношения к женщине». В интервью он заявил, что «сто процентов необходимо запретить» порносайты. По мнению Милонова, Россия должна повторить опыт Кыргызстана, где парламент принял закон о блокировке сайтов с порнографическими материалами, мотивируя это защитой моральных и нравственных ценностей. Такие заявления транслировал также портал «Радио 1»: депутат настаивал, что порноресурсы нужно закрыть, потому что это экстремизм.

Сейчас в России нет административной ответственности за просмотр взрослого контента. Уголовный кодекс предусматривает наказание за изготовление и оборот порнографических материалов (статья 242) и за действия с детской порнографией (статьи 242.1 и 242.2), но сам просмотр не образует состава правонарушения. 22 июля Госдума приняла закон, который вводит штрафы за умышленный поиск материалов из реестра экстремистских материалов; для граждан предусмотрены штрафы от 3 до 5 тысяч рублей. Закон касается исключительно экстремистского контента и не затрагивает порно, хотя некоторые медиа ошибочно трактовали его как запрет на любую «запрещёнку».

Жгутова и Милонов предлагают расширить ответственность: первый — через административные штрафы за поиск и просмотр, второй — через полный запрет и блокировку сайтов. Матвеев говорит о технической возможности блокировать порноресурсы. Фактических законопроектов пока нет, дискуссия существует лишь на уровне публичных заявлений.

Инициативы по ограничению доступа к порнографии обсуждают не только в России. В ЕС Еврокомиссия 27 мая начала расследование в отношении крупнейших порносайтов на предмет соблюдения требований Закона о цифровых услугах (DSA) — претензии касаются упрощённых проверок возраста; возможные штрафы могут составить до 6 % мирового оборота компании. Некоторые страны, включая Францию, добиваются жёсткой верификации возраста; это привело к тому, что владелец Pornhub временно ограничил доступ к сайту для французских пользователей. Таким образом, российские обсуждения вписываются в более широкий тренд по защите несовершеннолетних.

Пути обхода

Некоторые россияне постепенно перестают пользоваться российскими поисковиками для поиска порно, чтобы не привлекать внимание государства, и ищут клубничку с помощью ChatGPT ботов.

Сейчас обсуждение запрета порно в России концентрируется вокруг моральных и демографических аргументов и не подкреплено конкретными инициативами. Для введения полного запрета потребуется изменить законодательство о связи и выстроить систему технической блокировки, как это работает в случае с запрещёнными сайтами, что потребует значительных ресурсов. Кроме того, правозащитники и эксперты по цифровым правам предупреждают о риске чрезмерного контроля над интернет‑трафиком и о том, что подобные меры могут затронуть приватность пользователей.