Путь разработчика к искусственному интеллекту и его влияние на кодинг

Мне нравится анализировать, кто, как и когда открыл для себя искусственный интеллект. На звонке или в личной беседе всегда спрашиваю собеседника, как давно и при каких обстоятельствах он приобщился ко всей этой истории. Отдельной категорией в моей коллекции стоят ответы разработчиков, их нелегкий путь, полный страданий и недоверия, который они прошли, прежде чем подпустить к себе этот инструмент. Из этого вполне складывается рассказ с собирательным героем.

Обычно все проходит в несколько этапов.

Сначала наш программист натыкается на GitHub Copilot в Visual Studio Code, что-то вроде автодополнения на стероидах. Начинаешь печатать function sortNames, и тебе показывают, как могла бы выглядеть реализация. Он осторожно тестирует, получает багованную фигню, хмыкает в бороду и отключает эту штуку нафиг.

Потом кто-то из коллег в курилке рассказывает про ChatGPT и про то, как безуспешно пытался решить с ним несложную проблемку. Модель нагаллюцинировала версию библиотеки, которой не существует, так что ни поставить ее, ни починить ею баг не вышло.

Примерно тогда же руководителем продуктовой команды в компанию нанимают истового адепта ИИ. Продакт начинает сам вносить правки в код с помощью LLM-инструментов, не понимая, чем это может обернуться для системы в целом. Все разговоры сводятся к тому, как встроить ИИ в софт для клиентов. Наш герой с ужасом наблюдает, как это расползается по организации, словно вирус, а сам программирует, как и раньше, пишет тесты, делает фичи и получает от работы удовольствие.

Да, он видит, что многие в команде уже пользуются ИИ, например в Cursor. Дополняют код по Tab, а иногда прямо в файле просят что-нибудь написать. Но инструменты пока работают в пределах одного файла. Ему это кажется занятным, почти волшебным, однако ничто не может оторвать его от Neovim и tmux, да и работает он, как ему кажется, достаточно быстро.

В начале 2025 года руководство спрашивает, что он думает обо всей этой истории с ИИ-кодингом. «Часто ошибается, путается под ногами и не помогает писать код быстрее, поэтому я им не пользуюсь», отвечает он.

Вскоре руководство едет на конференцию, где их убеждают, что LLM изменят все, что мы знаем об интеллектуальном труде. За этим следует установка. Пользуйтесь ИИ-инструментами или останетесь за бортом. Герою становится немного грустно и даже тревожно.

И он решает дать ИИ шанс. Пробует Cursor, не заходит, да и под Linux тот работает ужасно. Берет Zed и довольно скоро вовсю пользуется чатом в боковой панели. LLM сама меняет код и собирает софт. Ощущается как магия. Печатаешь в окошко, а оно пишет код и отвечает на вопросы.

К середине 2025-го агентное редактирование вытесняет автодополнение. ИИ-компании вкладываются в модели и кодинг-агентов, и возможности растут на глазах.

А в 2026-м наш герой доходит до того, что подключает таск-трекер напрямую к Claude Code, и тот строит нетривиальный проект от начала до конца. Править не приходится ни строчки. Сделано быстрее, чем он справился бы сам. И думать почти не приходится.

И вот тут его накрывает экзистенциальный ужас. Он обнаруживает себя винтиком, который просто скармливает тикеты в командную строку. Зачем тут вообще человек? Будет ли программная инженерия существовать через несколько лет? Может, переучиться на электрика?

Такие вот пять стадий принятия «горя». И поэтому, когда я спрашиваю разработчика, как давно он приобщился ко всей этой истории, мне интересна не дата. Мне интересно, дошел ли он уже до вопроса про электрика.