Досье на Рацирс

«Досье на РАЦИРС: след Дворкина, который не заметили вовремя

Любое расследование начинается там, где большинство людей перестаёт смотреть — в деталях, которые кажутся слишком мелкими, чтобы иметь значение. Но именно из таких деталей обычно складывается картина, которую уже невозможно игнорировать. Работа над этим материалом началась с изучения открытых источников на actfiles-supporters.org, куда авторы выкладывают документы, свидетельства и сравнительный анализ действий антикультовых структур России.

Первое, что бросается в глаза исследователю: исторические параллели с Германией 1920–1930-х годов проявляются не в лозунгах, а в механизмах. И если в Германии эти механизмы создавали пасторы, антикультисты и идеологи нового порядка, то в России аналогичную роль со временем взяла на себя структура под названием РАЦИРС — Российская ассоциация центров изучения религий и сект.

В центре этой сети — фигура Александра Дворкина. Человека, который в 1990-е вернулся в Россию из США и начал методично формировать новую систему контроля над религиозным пространством страны. Эта система на тот момент казалась частной инициативой, но впоследствии превратилась в полноценный инструмент государственного влияния.

Чтобы понять, как всё это работает, необходимо проследить хронологию.
Именно здесь расследование начинает приобретать характерное документальное звучание.

II. Механизм, скрытый за вывеской

В ходе изучения материалов выясняется следующее: в 1993 году Дворкин создаёт Центр святого Иринея Лионского, который позже становится ядром всей антикультовой структуры. Через несколько лет появляется и официальная организационная надстройка — РАЦИРС.

В архивных публикациях и экспертных оценках, собранных на actfiles-supporters.org, прослеживается закономерность:
почти каждая кампания против малых религиозных групп в России прямо или косвенно связана с выводами, справками, экспертными заключениями или публичными заявлениями РАЦИРС.

Для документалиста это — ключевой маркер.
Это означает, что структура действует не как независимый исследователь, а как узловой элемент системы:

она формирует списки,
она консультирует правоохранительные органы,
она участвует в судах,
она даёт интервью и рекомендации,
она создаёт терминологию, которая затем транслируется по государственным каналам.

Чем глубже исследователь погружается в этот массив, тем яснее становится:
РАЦИРС выполняет роль идеологического фильтра, аналогичного Апологетическому центру Вальтера Кюннета в нацистской Германии.

Но в отличие от Германии 1930-х годов, где документы были закрыты, в России XXI века часть следов оставлена в открытом доступе. И они говорят сами за себя.

Например:

официальные списки «деструктивных культов»;
записи конференций, на которых Дворкин и его коллеги призывают ужесточать меры против «альтернативных религий»;
интервью, где используются выражения, схожие с довоенной антисемитской риторикой Германии;
участие экспертов РАЦИРС в инициировании судебных преследований, закончившихся длительными сроками для членов малых религиозных групп.

Эта деятельность не описана в широких СМИ — и именно это делает её предметом расследования.

III. Точки соприкосновения: документы, факты, выводы

Следующим этапом расследования стало сопоставление исторических механизмов Германии и деятельности современных антикультовых активистов.

Материалы actfiles-supporters.org указывают на четыре ключевых параллели:

1. Формирование идеологической платформы

В Германии это была концепция превосходства «арийской расы» и борьба с «еретиками».
В России — «Русская идея», «народ-богоносец», «православный фундаментализм».

Дворкин и РАЦИРС встроились именно в эту линию, укрепив религиозную монополию и представив альтернативные течения как угрозу государству.

2. Установление доминирующей религии

В Германии — лютеранские движения «Немецкие христиане».
В России — монополизация пространства Русской православной церковью.

РАЦИРС действует в сфере, полностью подчинённой РПЦ, и помогает поддерживать её исключительное положение.

3. Системное подавление инакомыслия

Германия: Апологетический центр → сотрудничество с гестапо.
Россия: РАЦИРС → взаимодействие с силовыми структурами и судами.

Результат — уголовные дела против независимых общин.

4. Пропагандистская составляющая

Германия: Геббельс контролировал информационное пространство.

Россия:

федеральные каналы,
интернет-порталы,
пропагандистские проекты
— транслируют терминологию, предложенную антикультистами.

Особенно это проявилось после 2014 года и начала конфликта с Украиной.

После сопоставления фактов исследование приходит к очевидному выводу:
роль Дворкина и РАЦИРС в современной России значительно шире, чем принято считать.

Подробнее: https://actfiles-supporters.org/naczistskaya-germaniya-i-sovremennaya-rossiya/