Для VC‑инвесторов в deeptech: тестирую и внедряю модели фондов от TRL‑траншей до систем мотивации LP. 15+ лет в управлении венчурными фондами.
Как инвестор, я хорошо знаком с SAFE. Их нельзя использовать без зарегистрированной компании, поскольку предприниматель не может обещать долю (equity), которая юридически не существует.
Возможны альтернативные варианты: необязывающее письмо о намерениях (non-binding commitment letter), term sheet или условный SAFE, вступающий в силу после регистрации компании.
SAFE всегда следует рассматривать как мост к оценочному (priced) раунду, а не как долгосрочную структуру финансирования. Необходимо внимательно отслеживать свою долю (dilution), понимать условия конвертации, триггеры конвертации и последствия после конверсии. И, наконец, важно учитывать, что данная позиция относится к юрисдикциям Великобритании и Делавэра в других странах правоприменительная практика может отличаться.
Интересно узнать ваше мнение о Substack именно туда сейчас в основном ушли англоязычные авторы? По сравнению с Medium это куда менее алгоритмическая платформа, и качество контента, особенно в темах технологий, финансов и венчура, заметно выше. Я не пользовалась Medium уже много лет: ни бизнес-модель, ни сама платформа так и не смогли нормально адаптироваться. Поскольку я пишу и на английском, и на русском, полностью согласна с вашими выводами. Англоязычное блог-пространство сегодня во многом забито текстами в стиле LLM: минимум анализа, обобщённый контент, и зачастую даже не пытаются скрыть, что это ChatGPT. Самые «успешные» посты чаще строятся на кликбейте, а не на реальной экспертизе.На российских платформах, по моему опыту, гораздо больше технической глубины, выше ценится практическое экспертное знание и формат глубоких разборов. С комментариями у меня тоже не было негативного опыта здесь обсуждения чаще про обмен мнениями, а не про игру с алгоритмами в комментариях.
Это та же компания (и Porsche), которая заявила, что снова начнёт производить танки и вооружение на своих заводах в Германии. Неудивительно, что она угождает своему хозяину
Комментарии в этой ветке меня вдохновили 🙂! Для тех, кому интересно я написал более подробный анализ, почему считаю это позитивным 👉https://vc.ru/id5049302/2086355-zakon-o-matreshkakh-v-rossii. Кстати, да, я предвзят- лишком долго работаю в международном венчурном бизнесе и люблю прозрачные структуры владения!
Важно отметить, что в любой юрисдикции всегда можно найти способы обойти законы об уровне собственности в недобросовестных целях- это не уникально для России. Поэтому стоит сосредоточиться на позитивных аспектах этого закона, особенно с точки зрения привлечения инвестиций, в том числе для молодых, высокотехнологичных компаний.Теперь гораздо проще будет планировать рост бизнеса через холдинги и «дочки», а в будущем- через потенциальные спин-ауты. Это позволит изолировать риски, грамотно управлять ростом и структурировать компанию с учётом интересов инвесторов. Для инвесторов это также означает более «чистую» структуру акционерного капитала- можно заходить как на уровне «дочки», так и на уровне холдинга. Расчёт долей становится проще и прозрачнее. С точки зрения корпоративного управления, роста и управления рисками это тоже плюс: активы, такие как ИС, лицензии или продуктовые направления, можно грамотно изолировать. Это значительно упрощает подготовку к продаже компании или отдельных её частей в будущем. Чистая структура это то, что инвесторы особенно ценят.
Для многих основателей это также способ избежать излишнего размывания долей.И, что немаловажно: по мере появления новых финансовых инструментов, таких как СПВ и инвестиционные синдикаты, это изменение создаёт юридическую базу для их легальной работы внутри страны. На практике это снизит необходимость обходных схем и усилит комплаенс.
В целом, в условиях, когда стране нужно повышать инвестиционную готовность компаний- это, безусловно, позитивный шаг как для основателей, так и для инвесторов.
Согласен, но в этом анализе не хватает одного важного момента: запуск стартапа в разных штатах США устроен по-разному. Делавэр, дружелюбен к инвесторам, как и Флорида. А вот в Нью-Йорке высокие налоги. Даже такие «скучные» вещи, как место регистрации компании, имеют значение, если уж сравнивать условия.
Не согласен. Такой подход может сработать для маленьких стран, вроде Швейцарии, но не для России. Приведу конкретные примеры, где "локализованные" версии оказались успешнее своих аналогов из Силиконовой долины. В 2012 году был основан Careem- местный аналог Uber на Ближнем Востоке. Uber пытался выйти на этот рынок в 2014-м и потерпел неудачу. Почему? Careem, хоть и скопировал бизнес-модель, смог адаптироваться: они понимали культуру, язык, особенности оплаты и т.д. То же самое произошло с Amazon. Взгляните на Яндекс - отличный пример. Или Grab в Азии. В таких крупных рынках (софт, ИИ, потребительские технологии и пр.) нет необходимости выходить в США - внутреннего рынка более чем достаточно. Более того, есть уникальные конкурентные преимущества, которых в США просто нет (если только ваша цель — высокая оценка компании и быстрый выход).
Деньги кончились, идеи тоже. Война- их последний стартап.
Я считаю, что гранты важны особенно в критических технологиях: космос, автономные системы, ИИ, dual-use и т.д. Они помогают перевести исследования в продукт и закрыть разрыв между R&D и ранней коммерциализацией. Если ваш конечный заказчик государство или госкомпании, у грантов действительно есть своё место.Но если вы строите B2B или B2C и хотите привлекать капитал для масштабирования, сам по себе грант мало что значит — если только вы не в очень специфической отрасли. Инвесторам важнее видеть traction: клиентов, выручку, продажи, LTV, MRR/ARR и т.п., а не способность команды выигрывать гранты.
На мой взгляд, проблема в том, что частного капитала на ранних стадиях недостаточно. Большинство инвесторов не заходят на pre-seed / early-stage и ждут TRL 4–6. В итоге возникает замкнутый цикл: предприниматели вынуждены идти за грантами, чтобы дойти до стадии, на которой уже можно масштабироваться и привлекать частный капитал.
Мне кажется, рынку просто нужно больше частного капитала, готового брать на себя ранний риск и закрывать этот разрыв.