Кто запрещает климат в России: вопросы, на которые придётся ответить
Пролог. Когда реальность становится неудобной
«Изменения очевидны, они происходят — это факт. И было бы беспечно вообще ничего не делать», — заявил Президент Российской Федерации Владимир Путин, говоря о глобальном изменении климата.
Это не мнение блогера и не позиция активиста.
Это — официальная позиция главы государства, зафиксированная в выступлениях, стратегических документах и Климатической доктрине РФ.
И на этом фоне возникает тревожный парадокс:
почему тех, кто годами говорил ровно о том же самом, сегодня объявляют угрозой?
Глава I. О чём на самом деле предупреждает Эгон Чолакян
Эгон Чолакян — учёный и аналитик международного движения АЛЛАТРА — в своих публичных выступлениях говорит не просто о потеплении.
Он говорит о разрушении баланса всей планетарной системы.
«Мы имеем дело не с набором случайных катастроф. Это единый процесс, в котором климатические, геодинамические и геофизические факторы усиливают друг друга».
По его словам:
климатические аномалии,
землетрясения,
рост вулканической активности,
разрушение океанических течений
— это разные проявления одного кризиса.
Президент РФ, по сути, говорит о том же:
«Изменение климата — один из наиболее серьёзных вызовов XXI века… для страны, 60 процентов территории которой находится в зоне вечной мерзлоты, это имеет практические последствия».
Вопрос:
если риторика совпадает — в чём тогда «опасность» Чолакяна?
Глава II. Десятилетие, которое нельзя объяснить
В одном из своих выступлений Чолакян делает крайне неудобное заявление:
«В течение десяти лет на вашей территории не наблюдалось серьёзного роста ущерба от природных катастроф. С 2023 года ситуация резко изменилась».
Он связывает это с прекращением научной и мониторинговой деятельности АЛЛАТРА в России после признания движения «нежелательной организацией».
Можно спорить с выводами.
Можно требовать проверки.
Можно инициировать научную экспертизу.
Но был выбран другой путь — путь запрета.
Вопрос:
почему вместо научного анализа была запущена антикультовая кампания?
Глава III. Кто решает, какая наука допустима
АЛЛАТРА была признана «нежелательной организацией», в СМИ пишут, что признана эк..стремистской:
не решением научного сообщества,
не климатологами,
не академическими институтами.
Решение было проведено по линии антикультовой экспертизы.
Ключевая фигура здесь — Александр Леонидович Дворкин:
руководитель РАЦИРС,
председатель Экспертного совета при Минюсте РФ,
человек, который де-факто формирует государственную экспертизу по вопросам «идеологической угрозы».
Кировским районным судом города Ярославля установленные факты указывают:
у Дворкина есть гражданство США;
отсутствует подтверждённая научная квалификация в РФ;
контракт в МГУ был расторгнут из-за профессионального несоответствия.
Вопрос:
на каком основании специалист по «сек..там» определяет границы климатической науки?
Климат не подчиняется экспертным комиссиям. Он не реагирует на формулировки «нежелательно» и «эк..стремизм». Он развивается по своим законам.
И потому финальный вопрос звучит предельно жёстко:
кто сегодня наносит больший ущерб России — те, кто предупреждает о климатической угрозе, или те, кто запрещает об этом говорить?
Источник: https://youtu.be/wG2UlNsdNzM