Кто на самом деле пишет хиты для поп-звёзд? Взгляд за кулисы музыкальной индустрии

В своей книге «Неизведанная территория» Крис Рива проделал интересную работу: он проследил историю популярной музыки через песни, которые покоряли американский хит-парад Billboard. Для этого был составлен обширный архив, где для каждого хита №1 фиксировались ключевые детали, включая имена авторов и степень участия самого исполнителя в создании трека.

Если посмотреть на то, как часто популярные артисты сами пишут свои хиты (и, следовательно, получают на них авторские права), мы увидим чёткий восходящий тренд. Сейчас эта цифра приближается к ста процентам. Я, как человек, помнящий эпоху The Beatles и закат эры «Брилл Билдинг»[i] — той самой «фабрики песен», ожидал, что рост доли авторского участия исполнителей достигнет пика и стабилизируется где-то к концу прошлого века. Но нет. Сегодняшние звёзды формально являются авторами своих песен даже чаще, чем рок-музыканты в 1970-80-х, на коммерческом взлёте жанра.

Почему так? Всё упирается в тонкости распределения авторских прав и в то, что мы вкладываем в понятие «настоящее творчество».

Помимо общего авторства, в данных фиксируется и другое: когда исполнитель был единственным автором или продюсером трека. Вот это как раз явление, которое достигло максимума в золотую эру рока и пошло на спад, когда жанр стал терять массовую популярность.

Так чем же объясняется этот парадокс: число «авторов-исполнителей» растёт, а число по-настоящему самостоятельных творцов — снижается? Этот любопытный сдвиг отражает процесс, который я бы назвал «макси-мартинизацией» современной поп-музыки.

Кто такой Макс Мартин, спросите вы? Это шведский автор песен и продюсер, человек-невидимка, стоящий за десятками мировых хитов для Бритни Спирс, Backstreet Boys, Кэти Перри, Тейлора Свифт, The Weeknd и многих других. Его тихое, но тотальное влияние символизирует приход к власти анонимных гуру-хитмейкеров с безупречным коммерческим чутьём.

Достаточно взглянуть на обложки последних альбомов Тейлор Свифт или Сабрины Карпентер — в графе «авторы» рядом с именем звезды вы почти наверняка увидите имена Макса Мартина, Джека Антоноффа или, к примеру, Доктора Люка. Если составить рейтинг авторов с наибольшим числом хитов №1, то в верхних строчках окажутся не артисты, а именно такие наёмные профессионалы. Фигуры вроде Мартина уступают по количеству разве что легендам типа The Beatles.

Есть здесь и другой, неприятный аспект. Вы, наверное, заметили, что все перечисленные «невидимые» авторы-гуру — мужчины. Это создаёт диссонанс с гендерным составом самих поп-звёзд, многие из которых — женщины.

Всякий раз, когда анализ приводит к неутешительным выводам, я вспоминаю вымышленное место под названием «Город Разочарований». Там каждый факт расстраивает, и все из-за этого расстроены. Так вот, наш анализ авторства песен по гендерному признаку ведёт нас прямиком в этот город. Данные показывают, что мужчины-исполнители в целом получают больше признания как авторы, единоличные создатели и продюсеры своих хитов, чем женщины.

Можно было бы списать это на пережитки патриархальных норм середины XX века, но, к сожалению, ситуация не улучшилась. В последние десятилетия количество хитов №1, написанных исключительно женщинами, и вовсе упало почти до нуля. Пик пришёлся на 1990-е — эпоху расцвета таких певиц-авторов, как Аланис Мориссетт, и фестивалей вроде Lilith Fair, которые выводили женское творчество на первый план.

Эта тенденция отчасти связана с упадком рока и классической авторской песни — жанров, которые порождали самобытных исполнительниц из топ-40, вроде Кэрол Кинг или Джони Митчелл. Но дело не только в смене музыкальных стилей. Мы наблюдаем более масштабную перестройку всей «фабрики хитов».

На смену старой системе типа пришла новая: гуру-хитмейкер. Это проверенный, виртуозный (и, как правило, мужчина) автор-продюсер, который стал ключевым звеном. Его задача — соединить узнаваемый бренд и вокал артиста с идеально выверенным, коммерчески безупречным звучанием. Для лейблов и самих звёзд привлечение Джека Антоноффа или Макса Мартина — это страховка от рисков. Это гарантия того, что следующий сингл Сабрины Карпентер будет звучать именно так, чтобы попасть в цель. Артист получает статус соавтора, хитмейкер — деньги и влияние, индустрия — предсказуемый успех. Вот только где в этой отлаженной схеме место для сырого, неотшлифованного, но настоящего творческого голоса самой исполнительницы? Вопрос остаётся открытым.

[i] Brill Building — это «фабрика песен» эпохи рок-н-ролла и поп-музыки конца 1950-х — начала 1960-х годов. Это была экосистема, где профессиональные авторы (композиторы и поэты-песенники) работали «на конвейере», создавая хиты для молодых исполнителей и групп.