2,2 млн вакансий: кадровый голод вырос в 3,5 раза за восемь лет

В 2024 году российские организации не могли закрыть 2 231,7 тыс. рабочих мест. В 2016 году таких мест было 637,6 тыс. Доля вакансий выросла с 2,2% до 7,59% от всех рабочих мест, то есть каждое тринадцатое место в стране стоит пустым.

Росстат считает этот показатель раз в два года по выборочному обследованию организаций. Данные доступны в интерактивном наборе, с разбивкой по 48 профессиональным группам.

Потребность организаций в работниках для замещения вакантных рабочих мест, тыс. человек:

Ускорение началось не в 2022 году, как принято думать, а раньше. С 2016 по 2018 год показатель прибавил 13%, с 2018 по 2020-й уже 42%, дальше 47% и 48%. То есть кривая идёт вверх с ускорением четыре замера подряд, и пандемийный 2020 год её не сломал, а разогнал.

Важная деталь: это не отчёт службы занятости и не число объявлений на работных сайтах. Обследование спрашивает сами организации, сколько мест в их штатном расписании остаётся незанятыми. Такая цифра не зависит от того, разместил ли работодатель вакансию и сколько раз он её продублировал.

Число вакансий по видам деятельности в 2024 году, тыс. человек:

Абсолютные числа отражают в первую очередь размер отрасли. Интереснее доля незакрытых мест внутри каждой, и здесь порядок другой.

Доля вакантных рабочих мест, 2024 год:

Промышленность, которую обычно называют главной жертвой дефицита, по доле вакансий стоит только на десятом месте. Настоящий разрыв в отраслях с высокой текучестью и низким входным барьером: общепит, уборка, эксплуатация зданий, стройка. Показатели по всем разделам ОКВЭД лежат в отдельном наборе.

Для бизнеса это означает простую вещь: конкуренция за линейный персонал сейчас острее, чем за специалистов. Кафе, управляющая компания и подрядчик на стройке борются за одного и того же человека, и выигрывает тот, кто платит и обучает быстрее.

Доля вакантных мест по профессиональным группам, 2024 год:

Рабочие профессии обгоняют управленческие вдвое с лишним. У руководителей доля вакансий 4,45%, у квалифицированных рабочих 10,56%.

Внутри рабочих групп разброс ещё шире. Рабочие строительных занятий: 13,04% незакрытых мест. Водители и операторы подвижного оборудования: 9,86% и 216,2 тыс. человек в абсолютном выражении. Рабочие металлообработки и машиностроения: 9,19% и 166,5 тыс.

ИТ-специалисты в этой картине выглядят неожиданно спокойно. Их дефицит вырос с 9,4 тыс. человек в 2016 году до 31,7 тыс. в 2024-м, а доля вакансий с 3,2% до 6,6%. Это ниже среднего по стране и вдвое ниже, чем у строительных рабочих. Разговоры про нехватку разработчиков идут громче, чем говорят цифры, просто потому что говорить в интернете умеют именно они.

Три следствия видны прямо из рядов.

Первое: планировать закрытие вакансии рабочей специальности нужно в разы дольше, чем офисной. При 10-13% пустых мест по отрасли внешний рынок физически не покрывает потребность, и подбор превращается в перекупку у соседа.

Второе: удержание дешевле найма именно в линейных ролях. Каждый ушедший водитель или повар возвращается на рынок, где его ждут ещё десять работодателей с тем же предложением.

Третье: отраслевые нормативы численности, написанные при 2-3% вакансий, больше не работают. Компания, которая держит штатное расписание образца 2016 года, сегодня хронически недоукомплектована на десятую часть и планирует объёмы исходя из штата, которого нет.

Дефицит кадров перестал быть проблемой отдельных отраслей и стал фоновым условием: за восемь лет он вырос в 3,5 раза при том, что численность занятых в стране почти не изменилась. Дальше расти теми же темпами ему просто некуда, и следующий замер покажет, что произошло раньше: рынок нашёл людей или бизнес научился обходиться без них.