IPQuorum

«Интеллектуальная собственность в дизайне недооценена»

Когда проектировщики начнут зарабатывать на роялти

Ни для кого не секрет, что именно интеллектуальные права позволяют зарабатывать музыкантам, кинематографистам, разработчикам компьютерных игр. Это своего рода «живительные соки», питающие креативные индустрии. Тем не менее в такой эмблематичной для творческого бизнеса отрасли, как дизайн, многие привычные механизмы монетизации креативного продукта пока не работают. Почему культура уважения к исключительному праву пока не пустила корни в сфере дизайна, как интересы дизайнеров переплетены с чаяниями других творцов и при чем здесь образование и новые технологии?

Сергей Смирнов, снователь компании «Смирнов Дизайн». Фото IPQuorum

Дизайн — одна из первых областей деятельности, которые приходят на ум при упоминании креативных индустрий. Тем не менее она до сих пор стоит несколько особняком от театра или рекламы. Более того, разобщены и сами дизайнеры. Кто-то придумывает одежду, кто-то создает новые ткани, кто-то разрабатывает мебель или продумывает интерьеры. А кто-то, как основатель компании «Смирнов Дизайн» Сергей Смирнов, занимается классическим промышленным дизайном, связанным с приборостроением и решением сложных инженерных задач. «Порой дизайнеры испытывают своего рода ревность, когда дизайн смешивают с другим креативными индустриями: мол, какое отношение мультипликаторы имеют к сфере предметного дизайна. Возникает путаница. В то же время мир уже давно объединен интернетом и социальными сетями, и индустрии, основанные на творчестве, все более тесно взаимодействуют. Хочешь не хочешь, объединение идет, и это нормально», — поясняет он.

Проблему разрозненности решают и городские структуры вроде московского Агентства креативных индустрий, и отраслевые объединения, такие как Ассоциация специалистов индустрии дизайна, Союз Дизайнеров России. По словам Сергея Смирнова, уже сегодня у специалистов смежных отраслей все лучше получается слышать друг друга и осознавать точки пересечения своих интересов.

В последнее время все больше экспертов склоняются к тому, что квалифицирующим признаком и своеобразным общим знаменателем для разнообразных творческих бизнесов следует считать заработок на интеллектуальной собственности. Именно на этом подходе основана разработанная Минкультуры и принятая Правительством Стратегия развития творческих (креативных) индустрий до 2030 года. Не так уж важно, каким именно видом экономической деятельности занимается компания, важно, что ее основной актив составляет интеллектуальная собственность.

Казалось бы, перед дизайнерами открываются даже более широкие возможности использования интеллектуального права, чем перед композиторами. Помимо инструментов авторского права они могут использовать ресурсы права патентного, регистрируя промышленные образцы и эффективно распоряжаясь правами на них. Если авторское право защищает только от буквального копирования, то патент на промобразец позволяет пресекать любые подражания, создающие у информированного потребителя схожее общее впечатление о продукте. Например, ни один автопроизводитель в нашей стране не сможет выпустить машину, напоминающую кабриолет Porsche, так как его внешний вид охраняется патентом на промобразец № 98861.

Тем не менее на сегодня российские дизайнеры не используют и десятой доли своих возможностей. По данным Роспатента, в 2021 году было выдано всего лишь 5909 патентов на промышленный образцы, в предыдущие годы и того меньше. «Выдается несколько тысяч патентов в год, а должно быть 50 000, 100 000», — сетует Сергей Смирнов. По его словам, проблему отчасти могла бы решить популяризация изменений в патентном праве, в соответствии с которыми в заявке на промышленный образец изображение доминирует над описанием, что сделало процедуру более простой и понятной. Сегодня в заявке на выдачу патента можно использовать даже 3D-модели.

И все же для начала дизайнерам было бы полезно освоить инструментарий авторского права. Да, оно не дает такой мощной защиты, но и не требует никаких дополнительных формальностей, соблюдения сложных административных процедур, услуг патентных поверенных. Оно возникает автоматически в момент создания произведения и требует разве что фиксации — на случай возможных споров и разбирательств. Раньше люди отправляли сами себе по почте экземпляр своего произведения — в случае дизайна чертежа, эскиза, наброска. Сегодня, чтобы выбить почву из-под ног у злоумышленников, достаточно воспользоваться одним из цифровых сервисов депонирования, например n’RIS. После того как права на продукт надежно зафиксированы, их можно продать кому-то еще, разрешить использовать при условии выплаты роялти, учесть на балансе компании в качестве нематериального актива или даже предоставить банку в качестве обеспечения по кредиту.

К сожалению, пока что дизайнеры совершенно не интересуются этими возможностями. «Интеллектуальная собственность — слабая позиция для дизайна. В основном авторское право связано с музыкой, сценариями. В дизайне же его значение недооценено. Отсутствие веры в интеллектуальное право приводит к тому, что 99% дизайна, будь то дизайн интерьеров, fashion-дизайн, промышленный дизайн — это заработок здесь и сейчас, люди просто выполняют контракт и передают исключительные права на творческий результат», — констатирует Сергей Смирнов.

Основатель «Смирнов Дизайн» рассказывает, что за 20 лет работы на рынке его компания буквально считаные разы работала с клиентами по модели роялти, причем успешным этот опыт оказался вообще в одном-двух случаях. «Бывало такое, что нас пытались обмануть, начинали юлить, уменьшить количество проданных единиц продукции и так далее», — рассказал он.

Участники рынка сходятся в том, что выйти из порочного круга, когда дизайнеры, вместо того чтобы монетизировать творческий продукт, продают трудочасы, можно только благодаря образовательным проектам. Ведь даже простейшими цифровыми сервисами депонирования дизайнеры почти не пользуются, просто потому что не рассматривают себя как творцов, распоряжающихся серьезным активом. Преподавание основ интеллектуального права в его связи с конкретной специальностью должно стать неотъемлемой частью образовательных программ творческих вузов, уверен Сергей Смирнов.

Впрочем, дефицит юридических компетенций — не единственное слабое место российских студентов-дизайнеров. «Конечно, образование несколько инертно. Цифровые технологии настолько глубоко проникли в реальный промышленный дизайн, что проектирование в области приборостроения, бытовой техники, товаров народного потребления невозможно без современных компьютерных программ», — отмечает эксперт. Так, в «Смирнов Дизайн» при приеме на работу от соискателей требуют владения всеми современными программами для моделирования. Это важно хотя бы потому, что сегодня дизайнер все больше превращается в дизайнера-программиста, который не столько рисует карандашом, сколько настраивает сложные параметры специализированного ПО. Далеко не всегда вузы дают студентам необходимые знания в этой области.

Частные международные школы вроде Британской высшей школы дизайна реагируют на технологические изменения более чутко, создавая целые кафедры мультимедиа и цифрового искусства, российские же корифеи художественного образования вроде МГХПА им. С.Г. Строганова, с одной стороны, держатся за пресловутый академизм, с другой — тоже пытаются следовать веяниям времени, делать образование более практикоориентированным. «Например, наша кафедра мебели очень прогрессивна в этом смысле: студенты с самого начала работают с реальным заказом, реальными производствами. Это формирует правильную мотивацию и студента, и у преподавателя», — рассказывает Сергей Смирнов, возглавляющий в вузе Центр исследований и инновационных разработок.

Подхлестнуть индустрию и оживить рынок могло бы и дополнительное образование, которое столь бурно развивается в последние годы во всех областях знания. Подобные программы, как правило, есть и в государственных вузах, и в частных школах, и, разумеется, в некоммерческих институциях, ставящих целью развитие творческих и предпринимательских компетенций.

В последние годы программы помощи креативным предпринимателям, в том числе образовательные проекты, стали формироваться на уровне городов и регионов. Так, Агентство креативных индустрий при Департаменте предпринимательства и инновационного развития города Москвы совместно с Научно-образовательным центром интеллектуальной собственности и цифровой экономики Digital IP весной этого года запустили первую в России школу интеллектуального права «Креатус», ориентированную на столичный креативный бизнес — прежде всего самозанятых, индивидуальных предпринимателей и представителей МСП. Таким образом, фокусировка на практике и особенно на использовании ресурсов интеллектуального права в реальной деятельности становится общим трендом для образования в области креативных индустрий.

VC и первая в России школа интеллектуального права «Креатус» запускают спецпроект для представителей креативных индустрий. «Креатус» — программа дополнительного образования, ориентированная на представителей арт-индустрии, исполнительских искусств, музыки, кино, анимации, рекламы, дизайна, архитектуры, моды, издательского дела, создателей компьютерных игр и программного обеспечения.

Проект запущен Агентством креативных индустрий при Департаменте предпринимательства и инновационного развития Москвы совместно с Научно-образовательным центром интеллектуальной собственности и цифровой экономики Digital IP. Партнер проекта — агентство комплексных коммуникационных решений Prophet.

Лекторы и ученики Школы, юристы и креативные предприниматели расскажут читателям VC.ru о своем бизнесе и о том, как знания в сфере интеллектуального права помогают в работе.

0
1 комментарий
Lion Nikola

Специалист по умнеет, но кто согласится работать по его условиям? Как скажет заказчик так и будет.

Ответить
Развернуть ветку
Читать все 1 комментарий
null