IPQuorum

Евгений Сафронов: «Культурный человек даже кирпичи кладет ровнее»

Культура общества – ключевая категория для любого вида деятельности. Именно от уровня культуры зависит развитие общества, экономики, да и всей нашей цивилизации. С какими вызовами культура сталкивается, как реагирует на мировые потрясения и почему обладает таким сильным влиянием – детальному анализу этих вопросов посвящено комплексное исследование информационного агентства InterMedia «Сфера культуры и культурные индустрии в РФ».

Фотография предоставлена Евгением Сафроновым. Автор фото: Екатерина Чичеткина/InterMedia

IPQuorum поговорил с главным редактором InterMedia Евгением Сафроновым, чтобы узнать, почему государству и бизнесу выгодно поддерживать культуру и творческие индустрии, стоит ли ждать появления новых меценатов и почему краудфандинг – это редкий пример настоящей демократии.

– Какова основная цель вашего исследования и кто его целевая аудитория?

– Дружно превознося значимость культуры для социума и государства, исследователи, политики и законодатели неизбежно сталкиваются с одним из главных парадоксов сферы культуры и творческих индустрий – отсутствием общего понимания и терминологии. Наша задача – систематизировать разрозненные данные и представить их в удобном для использования виде. Если говорить о целевой аудитории, то наше исследование необходимо для всех направлений деятельности – научной, экономической, культурной, учебной и так далее. Причем оно пригодится как государственным структурам, так и сугубо коммерческим, в первую очередь – менеджменту этих организаций. Например, в свое время мы предупреждали предпринимателей, что интернет убьет распространение компакт-дисков. Нам возражали, утверждая, что они будут друг друга дополнять. Мы с цифрами в руках предполагали падение продаж, призывали трансформировать систему, пока она не сделала это сама и не смела игроков с рынка. Большинство к нам не прислушались и отказалось делать выводы. В результате – разрушение отрасли, уход большинства компаний из индустрии. Если ты не управляешь процессом, то он управляет тобой. Можно ли допускать такое, если хочешь добиться каких бы то ни было результатов и финансовых показателей? Конечно же, нет. Исследования нужны как для прогноза – чтобы избежать хаоса и крупных потерь, так и для качественного управления всеми процессами.

Сейчас одна из важнейших задач – наглядно и, главное, доказательно показать необходимость изменений законодательства в области культуры. А это, очевидно, невозможно без понимания процессов, которые происходят в отрасли, а значит – и без комплексного исследования.

– Тогда расскажите, как началась работа над данным изданием?

– Я занимаюсь исследованиями в сфере культуры почти сорок лет – с тех пор как в 1984 году пришел работать в систему Министерства культуры СССР. Уже тогда понимали, что нужна четко отлаженная система, а одной из первоочередных задач была систематизация и совершенствование законодательства о культуре – ведь все время приходилось принимать подзаконные акты, что-то в ручном режиме докручивать, исправлять, а так быть не должно. Параллельно с этим мне было поручено заниматься выпуском одного из первых независимых изданий о культуре – журнала «Турне», идея которого возникла и была поддержана именно в Минкультуры СССР. Но в 1988 году все посыпалось, стало не до исследований. Тогда мы организовали первое в СССР независимое информационное агентство в области культуры. Хотя втайне мы очень надеялись, что, продолжая собирать информацию, рано или поздно вернемся к тому, что нам интересно и что мы умеем делать лучше других – исследовать и систематизировать. В 2000-х годах, когда угар девяностых наконец-то прошел и пришло время прогнозировать, смотреть за горизонт и анализировать происходящее, наша основная деятельность вновь стала востребована, началась работа в первую очередь по изучению зрелищных отраслей. Интересно, что работа над комплексным исследованием сферы культуры была начата в 2011 году по просьбе президента Торгово-промышленной палаты РФ Евгения Примакова. Тогда агентством InterMedia был подготовлен и представлен доклад о состоянии зрелищных индустрий. Методика проведения исследования разрабатывалась впервые в России – изначально на основании передовых мировых подходов, но с учетом российской специфики, в силу чего постоянно дорабатывалась и совершенствовалась.

В 2021 году запрос на комплексную информацию о культурных индустриях перерос индустриальный масштаб и стал общественным: Правительство РФ и Министерство культуры РФ активизировали законодательную деятельность, и те решения, которые в ближайшие годы могут быть приняты в сфере культуры, коснутся каждого. Важно понимать, что для формирования грамотной культурной политики для такой большой многонациональной страны, как наша, нужно руководствоваться экспертным мнением, основанным на реальных показателях и цифрах. Почему я говорю о законодательстве? Да потому, что это основа любых действий государства, и свято место пусто не бывает. Если что-то не регулируется законодательно, то сразу возникает почва для разного рода спекуляций и злоупотреблений.

– Например, каких?

– Из самого последнего. В СМИ постоянно появляются слухи о якобы существующих «черных списках исполнителей», которых нельзя приглашать на мероприятия, фестивали, предоставлять им концертные площадки. Понятное дело, что ничего подобного официально не существует, но у нас ведь принято считать, что нет дыма без огня. И вот уже эти списки начинают использовать в конкурентной борьбе. Предположим, что так сводят счеты и устраняют конкурентов, распространяя недобросовестную информацию через знакомых журналистов или анонимные телеграм-каналы. И пошло-поехало – в этих никем не подписанных, но опубликованных в СМИ списках вдруг начинают неизвестно откуда появляться новые артисты – и они реально лишаются контрактов и доходов, освобождая место для конкурентов. Ведь региональное руководство, как и 300 лет назад, по-прежнему ориентируется на центральную прессу. Я не говорю о необходимости списков разрешенных или запрещенных, или еще каких-то, но должно быть в отрасли понимание процессов, иначе хаос.

– Хорошо, давайте вернемся к процессам. На издании стоит пометка Covid Edition. Как пандемия повлияла на сферу культуры? Какие выводы надо сделать?

– Конечно, коронавирус сильно ударил по сфере культуры в целом, и особо – по зрелищным индустриям. Организаторам просто запретили проводить мероприятия. Многие обанкротились. Артисты театров, музыканты получали стабильный ежемесячный доход, могли рассчитывать свои затраты, брать кредиты и так далее. Но тут вся их деятельность встала, доход прекратился. И было совершенно неясно, будет ли работа, сколько и когда. Некоторые были вынуждены даже сменить вид деятельности. Это реальная проблема для общества – имея аналитику, можно было бы предсказать последствия решений, смягчить удар, помочь людям и отечественной культуре. Но этого сделано не было.

Или рассмотрим частые ситуации, когда крупнейшие фестивали и концерты отменялись местным руководством за несколько дней до открытия или даже в день мероприятия. Уже проданы билеты, выплачены авансы артистам. Нужно возвращать деньги за билеты, а где их брать, ведь авансы никто не вернет?

Государственным учреждениям немного легче – им возместили убытки. В этом, конечно, большой плюс нашей системы, в других странах ситуация выглядит иначе. Но опять же, эти деньги пошли на то, чтобы закрыть дыры, образовавшиеся в бюджете, а значит – в дальнейшем меньше пойдет на развитие.

Какие выводы нужно сделать? Сфера культуры – не производство и не услуги, это особая отрасль, требующая не столько денег, сколько пристального внимания. Многое можно решить, если просто грамотно скоординировать действия. И это очень большая для нас проблема, ведь в стране нет единой культурной политики, сферой культуры управляют семь федеральных ведомств, и это только множит неопределенность, сложно планировать творческую и организационную деятельность. Вы же понимаете, что отвечает за культуру в стране Министерство культуры, а реально управляет ею Минцифры, в ведении которого – все медиа, издательская деятельность, интернет и техническая система для донесения до населения произведений и контента.

Повторюсь, нужна четко функционирующая система. На мой взгляд, создать ее в нынешних условиях решительно невозможно, но стоит начать хотя бы с межведомственной комиссии, где бы согласовывались меры, которые принимаются для отрасли – как минимум на уровне Правительства РФ. Нам нужно сформировать общее видение, чтобы четко понимать, к каким результатам мы хотим прийти. К сожалению, по своей воле ведомства вряд ли захотят между собой координировать действия, скорее, будет идти дележ сфер влияния – нужна воля сверху. Площадок, где возможен диалог, очень немного. Одна из реально работающих – не так давно созданный Российский центр оборота прав на результаты творческой деятельности» (РЦИС), где уже работают представители ведущих ведомств – главы Минцифры, Минкультуры, Минобрнауки... Но это скорее исключение, чем правило.

– Почему государству выгодно поддерживать культуру?

– Последовательная политика патернализма по отношению к культуре – это прочная традиция, уходящая корнями еще во времена Романовых, продолженная и всесторонне развитая в СССР и поддерживаемая в современной России. Почему? Культура – ментальная и идеологическая основа общества, а повышение общей культуры ведет к укреплению экономики, увеличению дохода и росту ВВП. Об этом на Петербургском экономическом форуме очень точно и правильно сказал председатель правления Федерации креативных индустрий (ФКИ) и декан экономического факультета МГУ им. М.В. Ломоносова Александр Аузан. Культурный человек лучше работает. От себя я бы добавил, что он даже кирпичи ровнее укладывает. Более того, он может придумать, как класть их быстрее и качественнее. Развитие и использование творческого начала – в первоочередных интересах общества и экономики. Именно поэтому любому государству выгодно поддерживать культуру. Но есть другой вопрос – какую именно: ведь культура всегда невероятно многогранна и противоречива. Для этого нужна экспертиза – понимание, в кого и ради чего вкладывать силы и средства. Сейчас такая экспертиза существует лишь в некоторых секторах сферы культуры – и только благодаря единицам-энтузиастам. На государственном уровне такой экспертизы нет.

Помните записку Ленина Луначарскому: «Все театры советую положить в гроб. Наркому просвещения надлежит заниматься не театром, а обучением грамоте»? А знаете, что ответил Луначарский? Что нельзя заниматься просвещением без высокого искусства, так как культура – это стратегия и перспектива, а у нас именно стратегические планы. Поверьте, он понимал, что говорит.

– С этим разобрались. А для чего монополистам – «Сберу», Газпромбанку, МТС, «Яндексу» – культурные подразделения, такие как онлайн-кинотеатры, музыкальные стриминги, сайты по продаже билетов и так далее? Насколько для них это рентабельно?

– Во-первых, в некоторых (пусть и редких) случаях они имеют реальную прибыль. Во-вторых, все организации, которые имеют культурные подразделения, зарабатывают не на культуре, а на продаже услуг, техники, технологий и так далее. Задачи культурных подразделений – не столько сиюминутная выгода, сколько укрепление влияния на население, привлечение потенциальных клиентов и покупателей. Все, что связано с произведениями и исполнительским искусством, крайне эффективно привлекает внимание к чему-то более дорогому и прибыльному. Например, компания Disney зарабатывает на кинопрокате 5–7 процентов, а прибыль ей приносят кабельное телевидение и парки развлечений. В нашем исследовании детально описан процесс поглощения – уже сейчас из первой сотни мировых компаний, производящих контент, не осталось ни одной самостоятельной. Все они являются подразделениями более крупных корпораций. В России этот процесс тоже в разгаре.

– Насколько на сферу культуры влияет такой инструмент, как краудфандинг?

– Краудфандинг у нас очень неплохо работает, это хороший инструмент. Деньги платятся конкретными людьми другим конкретным людям, и там, кстати, экспертиза отличная: ты можешь собрать ровно столько, сколько стоишь в глазах населения, то есть инвестора. Это то, что может считаться настоящей демократией, это тот самый vox populi, хотя я и не утверждаю, что люди всегда правы.

– Как изменился ландшафт, учитывая появление в мае 2021 года Президентского фонда культурных инициатив?

– Это очень важное начинание. Большие плюсы Фонда в том, что в нем начала создаваться сильная экспертиза, причем общероссийская. Но при этом экспертный совет все же состоит из отдельных членов, у которых нет общего понимания картины – просто потому, что в стране пока нет единой культурной политики. Каждый эксперт высказывает свое мнение – и деньги выдаются иногда по формальным признакам. Еще один минус – проектная система: деньги выдаются на год-два. Чтобы создать что-то действительно стоящее, этого катастрофически мало. Нужен устойчивый творческий коллектив, а добиться этого за год-два практически нереально. И многие понимают, что придется потратить много усилий для получения гранта, затем на поиск команды и организацию процесса, а через год это все может уйти впустую.

– Почему у нас сегодня, в отличие от Российской империи, не слишком развит институт меценатства?

– Слишком мало времени прошло. Тридцать лет после распада СССР, где формально не было предпринимательства, – это короткий срок. Нельзя перепрыгнуть из первого класса в седьмой. В той же Российской империи вы знаете только про меценатов конца XIX века. А из XVIII можете кого-то назвать? А их ведь тогда тоже ещё не было. Тогда меценатами были только аристократы, ведь предпринимательство было еще не настолько развито. Купечество уже существовало, но оно тогда еще не было готово рисковать деньгами, чтобы поддерживать искусство – это со временем пришло. Предприниматели должны культурно дорасти до того, чтобы вкладывать средства в то, что служит не их личному обогащению, а культурному и общественному процветанию. Иначе они будут покупать только того же Пикассо, Уорхолла и прочие устоявшиеся имена – это подход барыги, а не Третьякова, который видел перспективу. И это вопрос уровня культуры, причем не отдельных людей, а общества в целом. Сейчас это постепенно формируется, происходит воспитание ответственного предпринимательства, куда меценатство как раз и зашито. Причем, что радует, государство активно этому содействует. Человек должен понимать, что даже если он потеряет деньги, то он поспособствует развитию общества, а не набиванию карманов каких-то шустрых людей.

– В исследовании говорится: «В последние годы российский культурный ландшафт выглядит окончательно сформировавшимся: четко прослеживаются лидеры в самых разных отраслях, а также заметно распределение «сфер ответственности» между бюджетными и негосударственными компаниями. Несмотря на пандемию и падение доходов у офлайновых сегментов, лидеры даже в них по большей части не сменились». В нынешней ситуации может ли что-то измениться?

– В ближайшее время боюсь, что нет – пока не будут выработаны единая культурная политика и качественная экспертиза. Но нашим исследованием мы надеемся внести малую лепту в этот процесс.

Беседовала Ксения Позднякова

***

Эта статья и многие другие материалы опубликованы на сайте ©IPQuorum – первого в России издания о креативных индустриях и интеллектуальной собственности. IPQuorum - это новый формат работы международного бренда, который организует все самые яркие события мира интеллектуальной собственности и креативных индустрий в России, включая рынок LegalTech и сферы

0
Комментарии
Читать все 0 комментариев
null