Бронзовый щит от пенсионера: как Фемида в городе Подольске переосмыслила идею правосудия

Художник часто думает, что создает красивый и современный «памятник правопорядку», а контекст и жизнь превращают его работу в бескомпромиссную сатиру.

Классическая иконография Фемиды складывалась веками и несла в себе абсолютно четкий, бескомпромиссный смысл. Повязка на глазах античной богини всегда символизировала беспристрастие: перед законом все равны — будь то нищий или правитель. Поднятый меч в ее руке означал неотвратимую кару для любого, кто этот закон нарушил, а весы — точный расчет поступков и доказательств.
Однако в подмосковном Подольске у здания суда появилась скульптура, которая выворачивает этот древний символизм наизнанку, превращаясь в злую метафору современной судебной действительности.

Главный деталь подольского монумента — вовсе не весы, а огромный щит с государственным гербом, выставленный вперед. Если у классической Фемиды глаза завязаны для того, чтобы не смотреть на статус судимых, то подольская статуя «закрыла глаза» на сам закон. Щит по своей природе — инструмент субъектный. Нельзя защищаться «вслепую» от абстрактного зла; щит всегда заслоняет кого-то конкретного. В городской мизансцене, где по одну сторону находится простой пенсионер, а по другую — банк-монополист с бесконечным штатом юристов, бронзовая Фемида встает глухой обороной вовсе не на сторону слабого. Ее повязка превращается в слепое равнодушие, за которым удобно укрывать интересы крупных корпораций.

Карающий меч в этой композиции стыдливо опущен вниз и практически спрятан за мощной бронзовой эгидой. Каторга и наказание больше не угрожают тем, кто находится за щитом. Единственная функция этой богини — не вершит правосудие, а держится за оборону системы.
Сама история появления этого гибрида лишь подчеркивает абсурдность ситуации. Идею подменить меч на щит подольские мастера переняли у московских коллег, создавших в нулевых скандальную статую для Верховного Суда РФ. Впрочем, слепо копировать первоисточник в Подмосковье не стали: подольских скульпторов не устроил герб Москвы на щите столичной Фемиды. Для регионального суда московскую геральдику заменили на двуглавого орла, а глаза статуе все-таки завязали.
В результате получился уникальный символический парадокс. Вместо беспристрастного арбитра с карающим мечом перед Подольским судом застыл «слепой телохранитель» — монументальный бронзовый заслон, надежно защищающий банковские миллионы от обычного человека.