Офлайн
NTI Platform
301

Деньги из мусора. Как заработать на экологичной переработке отходов

Можно ли из банановой шкурки или яблочного огрызка сделать крем? Да. И не только крем, и не только из испорченных овощей и фруктов. С 2015 года компания Entoprotech занимается переработкой органических отходов, в том числе пищевых. Для этого используются специальные насекомые – мухи черной львинки. Именно они превращают уже не съедобные для человека продукты в высококачественное сырье, которое можно использовать для производства экокосметики, кормов и органических удобрений.

В закладки

Сейчас у Entoprotech собственная площадка в Пензенской области, на которой ежедневно перерабатывается 15 тонн отходов. Для ее создания компания привлекала инвестиции в размере $10 млн. По данным европейской организации IPIFF (International Platform of Insects for Food and Feed), Entoprotech входит в топ-10 мировых компаний по объему переработки продовольственных потерь и отходов. Как зарабатывать на экологичной переработке мусора и зачем бизнесу Национальная технологическая инициатива, рассказывает Иван Соколов, генеральный директор Entoprotech, участник Фуднет НТИ.

Ваша компания чуть ли не единственная в России, кто занимается переработкой органических отходов. Расскажите поподробнее про технологии, про рынок?

Мы работаем с 2015 года. Начинали с разработки и поиска технологий по утилизации органических отходов в птицеводстве. За год мы ознакомились, наверное, со всеми, технологиями, которые были на тот момент представлены на рынке, начиная от компостирования и заканчивая пиролизом и газификацией, и нашли технологию, которую применяли в Японии для утилизации органических отходов. В 2017 году мы запустили пилотное производство мощностью около 600 килограммов субстрата в сутки. Постепенно его расширяли, наращивали мощности и на сегодняшний день у нас есть площадка в Пензенской области, которая перерабатывают до 15 тонн органических отходов в сутки.

Кто поставляет эти отходы?

Мы работаем в сегменте B2B и получаем отходы от крупных кондитерских предприятий, от региональной торговой сети, пивоваренных заводов. Сырьевая база у нас довольно диверсифицированная.

С точки зрения экономической целесообразности, зачем компаниям поставлять отходы вам, если есть более дешевые способы утилизации? Какая у них мотивация?

Это не совсем так. Есть более дешёвые способы избавиться от отходов, а вот более дешёвых способов утилизации не так уж и много.

Наш недавний крупный контракт – с транснациональной кондитерской компанией. Они придерживаются концепции «ноль отходов на полигон» и заявляют, что все отходы утилизируют. Заниматься утилизацией могут только компании, обладающие соответствующей лицензией. Когда они искали партнера, у нас оказалась самая низкая стоимость утилизации одной тонны.

Органика – основной источник органолептического дискомфорта на свалках, и многие полигоны отказываются принимать органику и в целом не обязаны это делать.

Мы недавно проводили исследование: пытались виртуальную фуру сгнившей картошки захоронить на полигонах в Московской области. Напрямую, по официальному тарифу, ни один полигон не согласился брать сырье, только через фирмы-прокладки при довольно высоком тарифе нам согласились с этой проблемой помочь.

Так что вопрос утилизации органики довольно актуален. Сейчас Росприроднадзор ужесточает требования, поэтому со стороны бизнеса будет расти запрос на экологичную утилизацию органических отходов.

Планируете ли вы масштабироваться, выходить за пределы региона?

В этом году мы открыли свой R&D центр в Израиле и перенесли туда все наше научное направление, параллельно мы ведем переговоры с местными партнерами по строительству завода в Израиле. Также мы обсуждаем совместные планы с несколькими регионами и субъектами в России и, по нашим оценкам, к 2025 году мы должны запустить от восьми до десяти заводов мощностью от 50 до 150 тонн каждый в зависимости от потребности конкретного региона.

Почему Израиль?

Во-первых, здесь сильная R&D составляющая. Во-вторых, отсутствует языковой барьер, и нам оказалось несложно укомплектовать нашу лабораторию научными сотрудниками. В-третьих, в Израиле очень консолидированный рынок по обращению с отходами, в том числе, органическими. Около 80% этого рынка контролирует одна компания, которую мы рассматриваем в качестве потенциального партнера.

Вы так и планируете работать в В2В или есть вероятность, что к 2025 те же жители Москвы смогут свой мусор сортировать и быть уверенными, что их банановые шкурки действительно будут утилизированы как органика, а не как сейчас – когда содержимое раздельных мусорных баков по факту едет в одной машине и на один полигон?

Для начала объясню, почему мы фокусируемся на рынке В2В, а не на рынке В2С. Международный опыт показывает, что экономически целесообразно строительство подобных площадок при мощности в идеале в 150 тонн отходов в сутки. Несмотря на то, что органических отходов у населения образуется довольно много, собирать и вывозить их довольно проблематично. Поэтому пока нам гораздо проще работать с В2В. Сырье приходит к нам с отрицательной стоимостью, то есть мы получаем деньги за то, что его утилизируем. Когда мы общаемся с главами регионов, нас всегда спрашивают, можно ли внедрить такую утилизацию в систему раздельного сбора. Наверное, можно, но скорее в среднесрочной перспективе.

Почему не сейчас? Тема очень хайповая, многие уже и так сортируют мусор и самостоятельно вывозят его на специальные станции по переработке.

Это хорошая, живая тема, но чтобы ее масштабировать, надо работать в связке с региональными операторами по обращению с отходами. Компании, которые собирают твердые бытовые отходы, должны быть в этом заинтересованы. Пока что никакой серьезной работы, направленной на то, чтобы у вас во дворе появился еще один бак, не ведется.

Расскажите немного про технологию и вообще про весь цикл переработки. Компания привезла вам тонну отходов, что вы делаете дальше?

У нас есть более 4 тыс. разных рецептур перерабатываемого субстрата. Первым делом, когда к нам приходят отходы, мы смотрим на морфологический состав, делаем входящие анализы по определению влажности, энергетической ценности и безопасности. И готовим оптимальную рецептуру, чтобы сбалансировать, как это ни странно звучит, питательную ценность будущего субстрата.

После этого отделяются органическая и неорганическая части – упаковки, пластик. Затем отходы измельчаются, гомогенизируются, доводятся до требуемой нам влажности и фасуются в ящики с красивым названием «биореакторы».

Процесс переработки длится в зависимости от вида отходов от 7 до 10 дней. Затем субстрат разделяется на живую биомассу и зоогумус. Зоогумус идет на досушку и упаковку, как органическое удобрение, а биомасса поступает на сушку и в виде целой сухой личинки может быть уже реализована. У нас около 60% продукции реализуется именно в таком виде.

При необходимости сухая цельная личинка отправляется на линию концентрации протеина. В результате мы получаем два вида продукции —концентрированную белковую добавку с уровнем протеина примерно 65% и энтомологический жир.

Это его потом используют в производстве косметики?

Да. Но мы сотрудничаем пока что не с мировыми брендами, а с небольшими компаниями, производящими натуральные экокрема. Около 20-30% нашей продукции идет на косметические цели.

Какие компании в мире занимаются аналогичной утилизацией и чем вы лучше?

В мире есть три крупные компании: южно-африканский Agriprotein, канадская компания Enterra и голландская компания Protix. Мы входим в топ-10 мировых компаний по объемам производства. Protix часть своей продукции позиционирует как продукцию для потребления человеком. Канадская компания Enterra сосредоточена на производстве органических удобрений. Agriprotein перерабатывает в том числе канализационные отходы и их продукция – это удобрения. В сравнении с этими компаниями наши технологии и производственная площадка сильно дешевле, причем без потери технологических показателей. Стоит отметить, что мы развиваемся существенно быстрее. За 5 лет мы сделали то, до чего коллеги росли 8-10 лет.

Зачем вашей компании участие в НТИ? Какие «боли» участие в Фуднете лично у вас может снять?

Мы участвуем в НТИ еще с первой попытки запустить Фуднет, до со сих пор я однозначно ответить на вопрос «зачем» не могу, поскольку история рынка очень сложная. Но это точно нетворкинг, для нас НТИ – это возможность общаться с крупными компаниями, которые заинтересованы в услугах по обращению с отходами, и диалог с людьми, принимающими решения в том числе на законодательном уровне. Мы за то, чтобы привлекать больше внимания к проблеме утилизации мусора и менять законодательство в сфере обращения с органическими отходами.

Что касается нашей основной боли, то она связана с неготовностью бизнеса, неготовностью компаний, прежде всего, пищевых, легально утилизировать свои отходы. На текущий момент отрасль отходов уже вышла из черной зоны, но еще не находится в белой. Основные вопросы связаны с нормативной базой и со стимулированием компаний перерабатывать отходы экологичными способами. В официальных отчетах многие компании говорят, что заботятся об окружающей среде, относятся серьезно к достижению цели устойчивого развития по снижению органических и пищевых отходов, но по большей части это все на бумаге.

Крупные транснациональные компании как правило действительно используют более дорогие, но и более экологичные способы утилизации мусора, поскольку понимают, что это важно и с точки зрения имиджа, и с точки зрения каких-то глобальных задач развития. Отечественные же компании, особенно торговые сети не сильно в этом заинтересованы, находят лазейки в законодательстве и т.д.

Поэтому нам бы хотелось при помощи инструментов НТИ рынок обращения с органическими отходами привести в какие-то цивилизованные рамки.

Мало кто задумывается о тех объемах органических отходов, которые образуются сейчас, о том, что с ними происходит, о том, что именно органические отходы, которые поступают на полигоны, являются главным триггером и источником органолептического дискомфорта, на который жалуются люди, живущие рядом с мусорными полигонами. Полтора-два года назад была запущена целая кампания по поводу полигонов в Москве и Подмосковье. Жители жаловались на запах, на самовозгорание, на свалочные газы. Виной тому как раз органические отходы, на которых при правильной утилизации можно зарабатывать, а не закапывать их в землю.

Какие три инициативы, в том числе законодательные, на ваш взгляд, необходимо учесть при работе Фуднета?

  • Первое – полный запрет захоронения органических отходов и введение обязательного условия — отправлять их на переработку и утилизацию.
  • Второе – раздельный сбор мусора и шаговая доступность пунктов приема органических отходов для населения.
  • Третье – не столько законодательная инициатива, сколько налаживание диалога с лидерами рынка, ритейла по утилизации огромного количества отходов, которые у них образуются. Например, крупный магазин формата Cash and Carry в сутки производит около двух тонн органики – просроченной продукции, которая утратила свои товарные свойства. На Калужском шоссе находится крупный хаб, в котором за сутки образуется около 200 тонн чистой органики. Это гигантские объемы, из которых можно было бы получить полезную продукцию, а в итоге все идет на полигоны.
  • Дополнительная мера, которую стоит продвигать, это субсидирование расходов компаниям направившим свои производственные органические отходы на переработку.
{ "author_name": "NTI Platform", "author_type": "self", "tags": [], "comments": 3, "likes": 4, "favorites": 18, "is_advertisement": false, "subsite_label": "offline", "id": 127918, "is_wide": false, "is_ugc": true, "date": "Mon, 18 May 2020 16:50:25 +0300", "is_special": false }
Сбербанк
Школа мечты: как стать разработчиком Сбербанка или Google
Разработчики — одна из самых востребованных профессий в России. Школа 21 привела в нее сотни специалистов. Она…
Объявление на vc.ru
0
3 комментария
Популярные
По порядку
2

Расскажите мне немного о том, как вас не сгноили кабанчики из мусорной мафии, повязанной с местными органами власти в сфере ЖКХ? Наверное прям никто из административной вертухали не помогал, все сами, да?

Ответить
0

Удачи и терпения.

Ответить
0

в россии никак ибо хартия

Ответить

Прямой эфир