Когда премиум вышел из чата

Если зайти на сайт или открыть презентацию значительного числа производителей промышленных ЛКМ, легко заметить повторяющийся набор определений: «инновационная», «высокотехнологичная», «надёжная». В этом, конечно, есть элемент маркетинга, но есть и факт: многие компании действительно достигли уровня, где внутренняя инженерная культура стала частью идентичности. Сотрудники этим искренне гордятся, а рынок воспринимает такие компании через призму технологичности — это действительно важный нематериальный актив, особенно в эпоху кадрового дефицита. Напомню, динамика кадровой уязвимости, которая отражает масштаб недостатка квалифицированных кадров, в химической промышленности нарастает с 2023 г. и в течение I–II кв. 2024 г. перешла в критическую фазу.

Но рынок редко спрашивает, чего бы нам хотелось. Иногда он меняется быстрее, чем успевают перестроиться лаборатории и отделы продаж. И в какой-то момент спрос смещается в сторону более простых, более дешёвых решений — тех самых «массовых» продуктов, которые явно не соответствуют заданной технологической планке. Возникает когнитивный диссонанс: оборудование простаивает, премиальные линейки теряют объёмы, маржинальность падает.

Я прекрасно понимаю, что вопрос вовсе не о продукте. Он о самоощущении. Инженер, технолог, разработчик — все они хотят работать на передовой, а не в нише «подешевле и попроще». Увы, ситуация не обязана соответствовать нашим амбициям. И именно здесь проявляется зрелость компании: способность продолжать быть технологичной, даже если приходится временно играть на поле эконом-сегмента.

Гибкость — такое же важное качество, как и сложность рецептуры, а переход в низшую лигу не всегда дается легко. Чтобы быстро переместиться из одного сегмента в другой, нужна развитая лабораторная база, компетентные специалисты, отлаженная производственная дисциплина и минимальная инерционность процессов.

Далеко не каждая компания способна адаптироваться, и те, кто умеют, часто оказываются куда технологичнее, чем сами готовы признать. Парадокс: сделать дешёвый продукт, который ещё и приносит прибыль, сложнее, чем вывести премиальное решение. Сама по себе задача вполне инженерная — только с другим вектором. Вот тут с полным правом мы можем произнести сакраментальную фразу про отрицательный рост.

Попадание в эконом-сегмент не должно превращаться в полный отказ от более сложных материалов. На любом рынке остаются заказчики, которые продолжают использовать решения высокого класса. Эта ниша может быть небольшой, но она стратегическая. Именно она удерживает исследования в тонусе и обеспечивает компании технологическую преемственность, которая так быстро теряется при развороте в сторону массовых продуктов. Если хотите, эдакий аналог растренированности у спортсменов.

У любого периода спада есть и обратная сторона. Когда рынок замедляется, появляется пространство маневра для поступков, на которые в обыденной реальности времени не хватает: тестирование новых систем, оптимизация существующих, обучение персонала. Это не пауза, а фаза накопления энергии. И если относиться к ней именно так, она поддерживает команду и превращает вынужденную перестройку в осмысленную рабочую программу.

Что важно — спад рынка не является приговором. Он заканчивается раньше, чем вы можете подумать. Не всегда благодаря макроэкономике; часто — потому что заказчики устают от слишком дешёвых решений и возвращаются к качеству. Так рынок постепенно выравнивается, а компании, сохранившие компетенции, оказываются в выгодном положении.

Почему я считаю важным это проговорить? Потому что вижу слишком много специалистов, которые воспринимают временный запрос на простые (не хочу использовать слово «дешевые») продукты как потерю статуса. На конференциях, в дискуссиях, даже в интервью кандидатов — тот же рефрен: «дешево - значит плохо». Но технологичность определяется не только уровнем продукта. Она определяется способностью адаптироваться, не теряя инженерного подхода. Компания, которая может работать в нескольких сегментах, не снижая планку качества, — как раз и есть высокотехнологичная.

Если рынок просит «подешевле», это не значит, что мы перестали быть инженерами. Просто для производства наступил новый этап — когда запрос на гибкость ценится так же высоко, как инновационность.