Сторителлинг. Было несколько докладов, которые зацепили аудиторию, подняли важные вопросы — инфографика все больше тяготеет к сторителлингу, движется от аналитики к раскатыванию историй. Но чуть медленнее, чем журналистика в сторону визуализации данных. Был даже доклад о том, что инфографику надо рассказывать так, как читаешь детскую книжку ребенку. Редактор из New York Times рассказывал, что если бы раньше они сделали статью о северокорейской пропаганде, то сейчас они об этом рассказывают на примере ретуши одной фотографии с Ким Чен Ыном.

Инструменты для изучения данных не нужны. Несколько раз прозвучало, что визуализация данных читателям медиа не интересна — они хотят либо данные в табличке, но уже после выводов по ней, для проверки. Ну или чтобы взять нужные цифры и опубликовать скриншот в твиттере, для подтверждения своей точки зрения. New York Times на пробу опубликовали три статьи: цифры внутри теста, с графиками, с таблицей. Больше всего трафика было на статью с таблицей.

Инструменты для анализа данных также не интересны [читателю] — давайте сразу готовые выводы, и скажите, где лежат данные, мы их проверим своим инструментом, благо их много, и они общедоступны. Если даете обобщенные данные, например, результаты голосования по штатам, то спросом пользуются и детализированные, по округам. Самодельные инструменты для обработки данных и для их визуализации могут быть интересны лишь для внутреннего потребления, либо для таких же пишущих журналистов-коллег. Например, есть инструмент из бразильской Estadao для анализа того, как каждый конгрессмен поддерживает решения правительства и насколько близок по взглядам к своей партии. Используя его, можно набирать фактуру для поиска героя статьи, но подобный инструмент совершенно не для читателя. На основании этого инструмента написали около 20 статей и даже целую книгу. Ребята из La Nacion некоторые такие инструменты даже не публиковали, просто потому что в них невозможно разобраться, они понятны только создателям.

Нужно больше программистов. С другой стороны, звучало, что все быстро шаблонизируется, и в инфографике для медиа нужно больше программистов.

Также всех беспокоит вопрос, что проекты с инфографикой все больше становятся похожи на обычные лендинги из-за мобильных версий. Холдинги делают шаблоны для собственной редактуры, и журналисты сами могут собрать статью с инфографикой, даже с мобильника, пользуясь стандартными блоками — таблица, графики разных видов, таймлайн, шторка для фото «было» и «стало», карта с точками и карта с графиками. Все, что можно шаблонизировать — шаблонизируется.

Для поддержки нескольких версий одного интерактива желательно, чтобы фронтэнд-программистов было больше, чем дата-аналитиков и дизайнеров инфографики. Тогда можно выходить за пределы стандартных форматов освещения, если они интересны читателю.

Пострамповские вопросы. Был доклад о посттрамповской истории — статистике и дата-журналистике больше не верят. Цифры никого не убеждают. Подозревают в том, что ты манипулируешь данными, укрывая часть и не фокусируясь на них.

[Журналист данных проекта The Marshall Project] Анна Флагг (Anna Flagg) предложила очевидные вещи, например — показывай доказательства и методологию, гуманизируй данные, заставляй читателя сопереживать данным. Отслеживай реакцию читателей, отвечай на комментарии, будь готов менять проект. Эта тема задела аудиторию — было видно, что это наболевший вопрос. Выводы из доклада и так были всем очевидны, девушку закидали жесткими вопросами, но больше она ничего не смогла ответить. Как жить в посттрамповском мире, никто пока не знает.

Про VR-инфографику никто вообще не вспоминал, примеров не было. Все забыли, как будто и не было этого увлечения прошлого года.

Malofiej

«Это признание того, что мы занимаем прочную позицию в мировом интерактивном дизайне»