Феномен «нижней строчки»: Что общего у Трампа, нацистов, смерти Стива Джобса и твоих неудач?

Сначала хочу извиниться за название. Оно недостаточно вопиющее. По-хорошему, оно должно было звучать как-то так: «Что общего у избрания Трампа, нацистского Аненербе, конспирологии про Пушкина и Дюма, информационных пузырей, военной пропаганды, смертности в ДТП, закрытия АЭС в Германии, ЕЩЁ МНОГО ДРУГОГО и твоих личных неудач?»

Звучит как странный список? Пожалуй. Но давайте на секунду отнесемся к этому как к реальному вопросу. Что. может связывать настолько разные вещи?

Вот вам только один пример: Дональд Трамп и его поддержка среди американских рабочих. Есть видео (и оно в открытом доступе), где Трамп хвалит Илона Маска за то, что тот угрожал уволить бастующих рабочих. Профсоюз автопрома даже выдвигал против Трампа обвинения. Сам Трамп говорил, что зарплаты в США слишком высокие, что с работой на автосборке справится и ребенок, и призывал рабочих не платить профсоюзные взносы. Казалось бы, профсоюзы должны его ненавидеть. Но нет: почти 60% членов профсоюза дальнобойщиков (Teamsters), по данным Newsweek на момент написания сценария, поддерживали Трампа. А руководство этого профсоюза отказалось поддержать его оппонента из Демократической партии — той самой, что традиционно считается партией профсоюзов.

Как это объяснить? И как это связано с верой идеологов Аненербе в Атлантиду, теориями, что Пушкин — это Дюма, или даже с твоим нежеланием чинить скрипящие тормоза в машине?

Один из ответов, который напрашивается, — когнитивные искажения. И это верно. Но речь пойдет не просто об ошибках мышления вообще, а о более глубоком и конкретном механизме, лежащем в основе очень многих когнитивных ошибок. Давай пока назовем его «феноменом нижней строчки».

Чтобы понять, о чем речь, представь ситуацию из мысленного эксперимента. На торги выставлены два ящика: А и Б. В одном — алмаз. Много косвенных признаков намекают, где он может быть, но гарантий нет.

Тут появляется некий «искусный спорщик». Он подходит к владельцам ящиков и говорит: «Наймите меня, и я докажу, что алмаз у вас, — сможете продать дороже». Владелец ящика Б предлагает больше и нанимает его. Что делает спорщик? Берет лист бумаги и на самой нижней строчке пишет: «Таким образом, алмаз в ящике Б». А уже потом заполняет лист сверху вниз аргументами, подкрепляющими этот вывод, и игнорирует все, что ему противоречит. В итоге он зачитывает убедительную цепочку доводов, завершающуюся заранее написанным результатом.

----------------------------------------------------

----------------------------------------------------

Таким образом, алмаз в ящике Б

Этот «феномен нижней строчки» и есть та самая нить, которая, как мне кажется, связывает все перечисленные вначале явления. Давай разберемся, как он работает и чем опасен.

«Феномен нижней строчки» проявляется во многих сферах. Возьмем, к примеру, конспирологические теории. Вспомни историю с конспирологией о Пушкине и Дюма, которую в том числе популяризировал Данила Поперечный.

Эту теорию и связанную с ней когнитивную ошибку неплохо разобрал Вадим с канала «Когнитивный надзор». В своем видео он назвал ее отличным примером ошибки техасского стрелка.

Название этой ошибки происходит от байки про ковбоя, который сначала стреляет в стену амбара, а потом подходит и рисует мишень ровно вокруг тех дырок от пуль, где получилось самое плотное скопление попаданий. И в итоге заявляет: «Таким образом, я отличный стрелок». Суть в том, что ты все данные (дырки от пуль), обрабатываешь так, чтобы подтвердить заранее сделанный вывод (ты отличный стрелок), игнорируя все остальные данные, которые этому выводу противоречат.

Ты скажешь, что конспирология — не про тебя, а значит и эта ошибка тоже. Но это опасное заблуждение. Ошибка техасского стрелка — это всего лишь частный случай, яркое проявление куда более фундаментальной и распространенной когнитивной ошибки — ошибки подтверждения (confirmation bias).

Ошибка подтверждения (confirmation bias) — это склонность человека искать, интерпретировать и запоминать информацию таким образом, чтобы она подтверждала его существующие убеждения или гипотезы.

Ты не обязан быть фанатом конспирологии, чтобы столкнуться с ошибкой подтверждения. И твое убеждение не должно быть каким-то глубоким или экстраординарным. Стоит тебе принять какую-то точку зрения, даже по мелочи, как твой мозг начинает бессознательно ее защищать: искать подтверждения и стараться не замечать то, что ей противоречит.

Чтобы увидеть это в действии, рассмотрим классический эксперимент Питера Уэйсона — задача «2-4-6». Преподаватель пишет на доске числа 2 – 4 – 6. Он объясняет, что эта последовательность подчиняются некоему правилу. Задача студентов — угадать это правило. Они могут называть любые тройки чисел, а преподаватель будет отвечать «да» (подходит под правило) или «нет» (не подходит).

Вот типичный ход эксперимента с одним из студентов, как он происходил на самом деле:

Получив несколько подтверждений своей гипотезы («+2»), студент уверенно записывает правило: «К каждому следующему числу прибавляется два».

Большинство студентов в этом эксперименте поступали так же. Они генерировали примеры, которые подтверждали их первую гипотезу (например, «8, 10, 12» для гипотезы «+2»), и практически никогда не пытались назвать последовательность, которая могла бы эту гипотезу опровергнуть (например, «1, 2, 3»). В итоге только около 20% студентов смогли дать правильный ответ с первой попытки.

А правильное правило было предельно простым: «Три любых числа в порядке возрастания». Под него подходит и 2-4-6, и 8-10-12, но также и 1-2-3, и -5, 0, 1000.

Мораль? Ошибка подтверждения заставляет нас цепляться за первое же предположение (будь то теория о Пушкине или правило для трех чисел) и искать только те «дырки от пуль», которые его подтверждают. Мы инстинктивно избегаем информации, которая может поставить наше убеждение под сомнение.

Это не просто единичная ошибка, а баг в нашей системе мышления и памяти. Мы склонны искать подтверждения своим старым убеждениям, а не проводить всесторонний анализ всей доступной информации. Опять же, неважно насколько это важно, достаточно чтобы убеждение А сформировалось до того, как ты увидел факты в пользу убеждения Б.

Ошибка подтверждения — это важная часть того механизма, который заставляет нас сначала писать вывод, ту самую «нижнюю строчку», а потом подгонять под него реальность. И хотя эта ошибка довольно важна — она лишь часть того монстра, который сидит в подвале нашего сознания.

Давай вернемся к нашему мысленному эксперименту с ящиками. Представь теперь другую ситуацию. Пока ты отлучился, твой друг на твои деньги купил ящик А. Ты в ужасе: сумма внушительная, а есть ли там алмаз — совершенно непонятно, и выяснится это только после аукциона. Тревога нарастает. Что если алмаза нет? Это будет провал, тебя засмеют... И тут к тебе подходит тот самый «искусный спорщик» и предлагает: «Наймите меня, и я докажу, что алмаз у вас в ящике». Ты, конечно, соглашаешься. Спорщик берет лист бумаги и на нижней строчке пишет: «Таким образом, алмаз в ящике А». А потом начинает заполнять лист сверху: «На ящике Б синяя печать не того оттенка», «ящик А блестит, алмаз тоже блестит», «всем только показалось, что ящик Б легче». Закончив, он зачитывает свои доводы, и ты с облегчением выдыхаешь, услышав заветную фразу: «Таким образом, алмаз в ящике А».

Чувствуешь разницу с первым сценарием? В первом случае спорщик просто подгонял факты под вывод, который был выгоден его клиенту. Во втором — он подгонял факты под вывод, который был желанен лично тебе, потому что снимал твою тревогу.

Лет в 6-7, я обожал конспирологии. Возможно, виной тому была огромная стопка журналов «Тайны XX века», лежавшая у дедушки. Призраки, рептилоиды, пришельцы, странные теории о форме Земли — все это соседствовало на страницах только одного выпуска. Не могу сказать, что я верил во все это по-настоящему. Но я точно хотел верить. И это ключевой момент.

Особенно мне нравилась теория полой Земли (в ней, по версии журнала, могли жить динозавры!). Я даже искал подтверждения в интернете и помню, как меня поразило странное фото Северного полюса с темным пятном посередине — вот он, вход внутрь полой Земли! При этом в соседних номерах того же журнала могли доказывать, что Земля плоская. Но я выбрал полую — потому что хотел, чтобы динозавры не вымерли. Понимаешь разницу с предыдущим примером про Пушкина-Дюма?

Чтобы ты точно понял, сравним конспирологию Поперечного про Пушкина и взгляды оккультистов из нацистского Аненербе. Поперечный просто находит совпадения и подтверждает свою гипотезу. Гиммлер, глава СС и Аненербе, верил, что арийцы — потомки жителей Атлантиды, что их поддерживают древние боги и что они физиологически превосходят «низшие расы». Разница в том, что вера Гиммлера возвышала его самого и его народ, давала ему моральное право на чудовищные действия. У него был очень сильный мотив верить в эту псевдонаучную чушь. У меня был мотив верить в полую Землю, потому что я хотел чтобы динозавры были живы.

Кстати, «древнейший народ», «вышли из Атлантиды/Гипербореи», «поддержка древних богов»... Ничего не напоминает? Вспомни риторику "ведающих" и в частности Михаила Задорнова о том, что русские — самый древний народ, от которого пошли все языки. Это тоже пример веры, которая приятна и возвышает носителя этой веры.

Когнитивная ошибка, которую демонстрируют Гиммлер, Задорнов и я в детстве, — это мотивированное рассуждение (motivated reasoning). Существует два основных типа рассуждений:

Когда верить во что-то приятно (ты потомок древних гиперборейцев, твой народ избранный, ты купил ящик с алмазом), ты начинаешь активно искать подтверждения этой вере: находить древние неточные карты, выводить все языки мира из своего родного, игнорировать научные данные. В особо запущенных случаях можно даже начать видеть подтверждения своей теории в узорах на Солнце, как это делают некоторые современные «исследователи».

И если «буквы на Солнце» кажутся перебором, вспомни менее экзотические примеры: разнообразные религиозные или эзотерические движения, веру в целительную силу кристаллов или астрологию. Даже движение хиппи с его идеологией во многом опиралось на желаемое видение мира. Кстати, ты знал, что Стив Джобс был хиппи в молодости? Мы к этому еще вернемся.

Мотивированное рассуждение — это следующий уровень искажения реальности после ошибки подтверждения. Здесь мы не просто пассивно защищаем свои убеждения, но активно ищем и интерпретируем информацию так, чтобы она соответствовала тому, во что нам хочется верить.

«Бла-бла-бла. Конспирологи, нацисты, славяно-русы-арии… когда мы поговорим про реальные проблемы?» — возможно, подумаешь ты. Да пожалуйста!

Вернемся к Дональду Трампу и его удивительной популярности среди американского рабочего класса. Как мы уже упоминали, это выглядит парадоксально, учитывая его публичные заявления и действия. Например, существует запись, где Трамп хвалит Илона Маска за угрозы увольнением бастующим рабочим, говоря: «Я смотрю, что ты делаешь. Ты входишь и просто говоришь: „Хотите уволиться? Тогда бастуйте!“... И ты сказал: „Окей, вы все уволены“... Все вы уволены! И ты... [несрываемое восхищение] ...очень хорош».

Более того, Трамп утверждал, что зарплаты в США слишком высоки: «Налоги слишком высокие, зарплаты слишком высокие. Мы не сможем соревноваться с миром». Он также пренебрежительно отзывался о труде автосборщиков, заявляя, что с этой работой «наши дети смогли бы сделать это», и призывал рабочих не платить профсоюзные взносы: «Ваши боссы ведут вас прямиком в трубы (к поражению). Вы не должны платить им гонорары... они получают эти большие гонорары со всех рабочих... Вы не должны платить эти взносы, потому что они продают вас в АД».

Казалось бы, после таких слов рабочие и профсоюзы должны были бы стать его главными противниками. Но нет, значительная часть рабочего класса его поддерживает. Почему? Ответ кроется в силе популизма и «феномене нижней строчки». Трамп строит образ борца с элитами, защитника «простых американцев», обещая радикально решить все проблемы и восстановить справедливость. Для уставшего от трудностей и разочарованного в истеблишменте человека желание поверить в такого спасителя оказывается сильнее логики и фактов. Его внутренний «искусный спорщик» уже вывел на нижней строчке вывод: «Таким образом, Трамп решит мои проблемы». А все аргументы над этой строчкой подбираются так, чтобы подтвердить желанный результат, игнорируя или обесценивая все противоречащее.

«Ну ладно, это политика, это где-то там. У нас таких проблем нет». Увы, есть. Механизм тот же, и работает он в нашей повседневной жизни постоянно.

Нам всем часто чего-то очень сильно хочется. Хочется удачи, хочется быть лучше других, хочется избежать болезней и трудностей, хочется простого счастья. И это сильное желание заставляет нашего внутреннего спорщика снова и снова выводить на нижней строчке заветные фразы: «Следовательно, мне повезёт», «Следовательно, я лучше», «Следовательно, всё будет хорошо».

Иногда это приводит к трагедии. Вспомним сцену из сериала «Это мы»: главный герой Джек Пирсон находится в родильной палате с женой Ребеккой, у которой тяжелые роды тройней. Врач пытается объяснить Джеку риски, связанные с положением одного из детей и сложностью родов. Но Джек, охваченный тревогой и желанием, чтобы все было идеально, прерывает его: «Нет. Мы не будем это обсуждать... Зачем это надо? Ведь всё пройдет отлично... Я уйду из этой больницы с тремя здоровыми младенцами и своей женой... Я не просто хочу, чтобы вы поверили, я хочу, чтобы вы это знали». Его «нижняя строчка» — «всё будет хорошо» — заслоняет реальность. Позже врач скажет ему страшные слова: «Мы потеряли третьего ребенка, Джек... Мне очень жаль». Отказ признать риски не предотвратил трагедию.

Возьмем более бытовой пример. Представь, что ты слышишь неприятный металлический скрежет, нажимая на тормоз своей машины. Мысль о дорогом ремонте крайне неприятна. И тут же включается внутренний «искусный спорщик», работающий по правилу «избежать дорогого ремонта». Он начинает подбирать «аргументы»: «Да вроде не всегда скрипит», «Может, просто камешек попал?», «Поезжу еще немного, понаблюдаю». Все это ведет к заранее написанной нижней строчке: «Таким образом, с тормозами всё в порядке». Ты экономишь деньги и время, но цена этой экономии — повышенный риск аварии. Твои самоуговоры никак не влияют на износ тормозных колодок.

Итак, «выдача желаемого за действительное», или мотивированное рассуждение, — серьезная и распространенная ошибка. Почему так сложно переубедить человека, даже когда факты кричат об обратном? Почему мы сами так упорно держимся за некоторые свои убеждения?

Ответ лежит в области нейробиологии и эмоций. Исследования, такие как «Нейронные основы мотивированных рассуждений» (Neural Bases of Motivated Reasoning), показывают: когда мы формируем убеждение или принимаем решение под влиянием сильных эмоций, эти эмоции «привязываются» к данному убеждению на нейронном уровне.

Формируются устойчивые нейронные пути. В дальнейшем, сталкиваясь с информацией, связанной с этим убеждением (как подтверждающей, так и опровергающей), мы снова испытываем те же самые сильные эмоции. Это явление называют «эмоциональным заражением»: изначальные эмоции «заражают» процесс мышления, укрепляя первоначальное убеждение и делая нас менее восприимчивыми к новой, особенно противоречивой, информации.

Вернемся к гипотетическому рабочему-трамписту. Его вера в обещания Трампа связана с сильными положительными эмоциями (надежда, чувство принадлежности, гнев на элиты). Когда он слышит подтверждающую информацию, эти эмоции активируются, и вера крепнет. Когда же он слышит противоречащую информацию (цитаты самого Трампа), он испытывает негативные эмоции (раздражение, злость на критиков) и инстинктивно отвергает эти факты или рационализирует их («он не то имел в виду»). Эмоции снова и снова подкрепляют его «нижнюю строчку», делая ее практически неприкосновенной для рациональных доводов.

А теперь вообразим другую фигуру в нашем мысленном эксперименте — любопытную исследовательницу. Решив разобраться в вопросе ящиков с алмазом, она подходит к делу совершенно иначе. Сначала она методично выписывает на лист бумаги все наблюдаемые признаки обоих ящиков. Затем она анализирует их, применяет законы теории вероятности и свои знания о том, как часто те или иные признаки встречаются на ящиках с алмазами. И только после этого всестороннего анализа она записывает на нижней строчке свой вывод: «По моей оценке, вероятность того, что в ящике Б алмаз, — 85%; таким образом, с большей вероятностью алмаз в ящике Б».

Чувствуешь разницу? Записи любопытной исследовательницы отражают реальные наблюдения о ящиках и основаны на попытке объективно оценить вероятность. Поэтому ее выводы действительно связаны с тем, внутри какого из ящиков, скорее всего, находится алмаз. Записи же искусного спорщика из предыдущих примеров говорят лишь о том, кто ему заплатил, или о том, во что хочет верить он сам или его клиент. Разница между тем, что означают эти записи, огромна, хотя сами финальные фразы могут звучать похоже.

Итак, наша память и сама модель рассуждения по своей природе содержат ошибки, косячны. Как минимум, мы подвержены ошибке подтверждения, из-за которой инстинктивно цепляемся за свои старые убеждения и ищем им подтверждение, игнорируя противоречащие данные.

Хуже того, когда вывод для нас эмоционально значим или желанен, в дело вступает мотивированное рассуждение. Наши эмоции начинают активно влиять на процесс обработки информации, заставляя нас искать подтверждения тому, во что хочется верить, и отвергать то, что вызывает дискомфорт. Возникает эмоциональное заражение, которое укрепляет предвзятые убеждения и делает нас менее восприимчивыми к новой информации.

Теперь прикиньте: какова вероятность, что у случайно взятого человека из толпы рассуждения не будут содержать ошибку «нижней строчки»? Какова вероятность, что его убеждения будут точно отражать объективную реальность, а не его желания или страхи? Вероятность, честно говоря, околонулевая.

И это я еще не полез глубоко в социальный аспект! А ведь конформность — наше подсознательное стремление иметь такое же мнение, как и у окружающих, — тоже заставляет нашего внутреннего искусного спорщика постоянно писать заранее заданные «нижние строчки», не особенно заботясь о какой-то там реальности, лишь бы не выбиваться из группы.

А вы? Была ли у вас мысль из разряда «ну, это точно не про меня»? «Я-то мыслю рационально, это всё про других». И если была, то как думаете, эта мысль — «я не такой/не такая» — была записана вашим внутренним спорщиком до или после того, как были сформулированы доводы в ее пользу? На той самой пресловутой нижней строчке?

Наши убеждения — это наша карта реальности. И если карта неверна, если вместо извилистой лесной тропинки мы там нарисуем прямое шоссе, то мало того, что шоссе от этого не появится из воздуха, но и шанс добраться до пункта назначения по такой неверной карте будет стремиться к нулю.

Знакомые строчки? Нам хочется курить и думать, что это не опасно. Хочется не убираться и верить, что так даже лучше для творческого процесса. Хочется нарушать правила дорожного движения и при этом чувствовать себя в полной безопасности. Мысль о собственной неправоте, о рисках, об ошибках вызывает неприятную эмоциональную реакцию, и мы инстинктивно избегаем её. А сама архитектура нашей «кукухи», как мы видели, даже в малозначительных вопросах снижает шанс того, что мы пересмотрим свои устоявшиеся убеждения. Но зависимости, бардак на столе и высокий риск смерти в автоаварии от этого никуда не деваются. Реальность не подстраивается под наши нижние строчки.

А еще мы можем буквально «заразиться» предпочтением к какому-то убеждению или целой картине мира от других людей или культуры. И так же, как и настоящее биологическое заражение, это «эмоциональное заражение» ложными, но приятными убеждениями может быть смертельно опасным.

Помните, я вбросил, что Стив Джобс был хиппи? Как и многие представители этой контркультуры, он с молодости недолюбливал официальную медицину, отдавая предпочтение альтернативным методам лечения. И с возрастом его убеждения никуда не делись. Они стали частью его «нижней строчки».

Когда у него диагностировали рак поджелудочной железы — форму, которая, по словам врачей и его официального биографа Уолтера Айзексона, была излечима при своевременном хирургическом вмешательстве, — Джобс повел себя в точном соответствии со своими убеждениями.

Более девяти месяцев он отказывался от операции, которая могла бы спасти ему жизнь. Вместо этого он уповал на медиумов, строгое вегетарианство, голодание, акупунктуру, целебные травы и другие методы нетрадиционной медицины. Он хотел верить, что это сработает, что можно обойтись без скальпеля и «официальной» медицины. Его внутренний спорщик написал на нижней строчке: «Таким образом, я вылечусь альтернативными методами». Айзексон подтвердил, что основатель Apple мог бы вылечиться от этого «медленно распространявшегося» рака, если бы сразу обратился к профессионалам.

А когда Джобс всё же согласился на операцию и обратился к онкологу, было уже слишком поздно. Вред, нанесенный опухолью за эти девять месяцев промедления, оказался непоправим.

Так что, как видите, даже признанные гении, изменившие мир, могут оказаться жертвой «феномена нижней строчки». В данном случае — жертвой в самом буквальном смысле.

Можно ли избежать подобного? Можно ли как-то остановить своего внутреннего искусного спорщика и дать дорогу любопытному исследователю внутри нас? Да, можно. Хотя это и требует сознательных усилий. Ключ — в развитии критического мышления по отношению к самому себе. Если быть критичным к своим убеждениям, особенно к тем, которые нам очень нравятся или кажутся очевидными. Если сознательно проверять их на прочность, искать не только подтверждения, но и опровержения. Если не бояться признавать свои ошибки и пересматривать свои взгляды в свете новых фактов.

Если быть готовым постоянно стирать ошибочные маршруты со своей карты реальности и переносить на нее наиболее точные, подтвержденные фактами убеждения, то рано или поздно ваша карта станет достаточно точно отражать территорию. Это позволит вам избегать большей части опасностей, исходящих от «нижней строчки», и начать с минимальными издержками достигать поставленных целей.
Такие сознательные усилия по калибровке своей «карты реальности» — это не разовое упражнение, а постоянный процесс. Но именно он превращает нас из пассивных жертв «феномена нижней строчки» в активных архитекторов своей жизни, способных отличать спасительную правду от сладкой лжи, даже если эта правда поначалу кажется горькой. И в этом, пожалуй, и заключается истинная свобода мысли и залог осмысленного движения вперед.

Удачи во всех начинаниях и пока!