Eugene Shastitko
14 986

Жизнь после свалки

Волгоградский предприниматель Роман Себекин открыл производство стройматериалов из пластикового мусора и планирует изготовить модные аксессуары из рекламных отходов после Чемпионата мира по футболу.

Поделиться

В избранное

В избранном

Роман Себекин

Разочаровавшись в госслужбе, волгоградец Роман Себекин решил уйти из ФНС и открыть собственный бизнес. Сперва он занялся пчеловодством, затем — розничной торговлей, а в 2002 году вместе с партнёром запустил производство утеплителей.

В начале 2000-х годов Себекин заинтересовался идеей переработки пластика. В Волгограде стояла острая проблема с утилизацией бытового мусора: в год на свалки отправлялось более 1,63 млн м³ отходов. К 2015 году этот показатель вырос более чем в два раза до 3,29 млн м³.

До 2014 года отходы не сортировались и не перерабатывались, а складировались на одном из четырех мусорных полигонов Волгограда и города-спутника Волжский. И если органический мусор разлагается за несколько недель, то пластиковым отходам требуются сотни лет.

Себекин увидел потенциал для бизнеса в брошенных отходах. На Западе производили строительные бетонные блоки с полистиролом — пластмассой, из которой изготавливают пенопласт.

Полистиролбетонные блоки легче бетонных (их плотность 150-600 кг/м³ против 2200-2500 кг/м³), кроме того, они лучше сохраняют тепло (их коэффициент теплопроводности 0,55-0,12 Вт/м·K против 1,28-1,51 Вт/м·K).

Производители изготавливали блоки из первичного сырья. В 2002 году Себекин решил попробовать сделать полистиролбетонный блок из переработанных отходов и построить из них дом.

Предприниматель экспериментировал с материалами и технологией производства. Из полистиролбетона строят в основном одноэтажные складские помещения. Существовавшие технологические карты не учитывали давления нескольких этажей. Себекину пришлось учить химию и самому дорабатывать состав.

Опытный образец установки по переработке пенопласта удалось собрать за $1000 — 30 тысяч рублей по курсу 2002 года. С его помощью обычный пенопласт из-под бытовой техники дробился, перемешивался с песком и бетоном, а затем спрессовывался.

Построив дом, Себекин в 2005 году занял у родителей 100 тысяч рублей на закупку сырья и открыл компанию «Пластика». Он продавал блоки по 36 рублей за единицу, в то время как блоки из обычного бетона стоили 76 рублей. Первое время количество заказчиков не превышало два-три человека в месяц.

Полистиролбетонный блок Себекина

В поисках поставщиков

Для производства блоков требовались большие объёмы пенопласта. Себекину казалось, что он может договориться с мусорными полигонами. Однако из-за лёгкого веса пенопласт было сложно собирать и привозить на переработку — мусор разлетался по округе. К тому же ему приходилось платить владельцам свалок.

По словам предпринимателя, наладить отношения с торговыми сетями оказалось куда проще. За вывоз кубометра отходов супермаркеты платили около 300 рублей. В среднем один магазин ежемесячно выкидывал около 6 м³ пластика и тратил на это около двух тысяч рублей.

Роман Себекин предложил забирать всё бесплатно. «В магазинах удивились, но не отказались от возможности сэкономить», — вспоминает предприниматель. Сэкономить удалось и Себекину: благодаря бесплатным поставкам сырья стоимость блока снизилась до 30 рублей.

Самым сложным этапом была сертификация продукции. Одобрение на использование полистиролбетона из вторичного сырья при строительстве должны были дать санэпидемстанция и пожарная лаборатория. Экспертиза стоила 50 тысяч рублей и заняла четыре месяца.

Главным испытанием для строительного материала стала печь пожарной лаборатории. В огне материал продержался достаточно долго, чтобы получить класс «негорючий». Даже если разрушится весь пенопласт, блок не развалится и продолжит держать постройку.

Оказалось, что и в других странах переработанный пенопласт раньше не использовался в строительстве. В США считают, что полистирол вообще не подлежит переработке. Там его просто закапывают в землю.

Роман Себекин

Ошибка

Переработкой отходов в Волгоградской области занимаются несколько компаний. Каждая специализируется на определённом сырье. Например, фирма «Кронолициклинг» перерабатывает только бумагу, а производственный центр «Шико» занимается полиэтиленовой пленкой. Чтобы избавиться от отходов, магазинам приходилось связываться с несколькими фирмами по утилизации.

Роман Себекин расширил производство и собрал дополнительные станки для переработки разных видов пластика. Магазинам оказалось проще сдать ему всё и сразу, а не работать с несколькими компаниями одновременно. Это позволило расширить ассортимент продукции. «Пластика» стала производить не только строительные блоки, но и тротуарную плитку, черепицу и канализационные люки из полимерпесчаной смеси.

Для развития бизнеса предприниматель в 2008 году получил трёхлетний кредит на 1,5 млн рублей под 15% годовых по программе социального предпринимательства. В 2012 году фонд совладельца «Лукойл» Вагита Алекперова «Наше будущее» направил Себекину беспроцентный заём в 5 млн рублей. Это позволило закупить новое оборудование.

Производственная линия Себекина

Предприниматель наладил выпуск ПЭТ-листов из переработанных пластиковых бутылок. Легкие панели пропускают солнечный свет, а потому подходят для строительства теплиц. Они могут стать альтернативой дорогостоящему голландскому стеклу, которое импортируют в Россию.

Сейчас у Себекина более 30 станков, которые обслуживают 12 человек. Производство гибкое: в зависимости от спроса, каждый механизм можно перестроить под выпуск более востребованной продукции.

По словам Себекина, сегодня для запуска аналогичного предприятия потребовалось бы не меньше 10 млн рублей — с поправкой на скачок курсов валют. Компания вышла на самоокупаемость в 2012 году. Тогда ежемесячный оборот составлял 350 тысяч рублей.

Частный детский сад из полистиролбетонных блоков

В Волгограде из блоков Себекина построили несколько десятков малоэтажных домов, а также один частный детский сад. Предпринимателю показалось, что пора расширять бизнес.

Мы решили перевезти производственные линии в Дубовку, город в Волгоградской области. Там было всё идеально: три тысячи квадратных метров производственной площади, ещё столько же складских помещений, дешёвая электроэнергия. Там мы и прогорели.

Роман Себекин

Стоимость переезда составила около 100 тысяч рублей. От Волгограда до Дубовки 50 километров. В день машине с сырьём и товаром приходилось совершать две поездки. На это тратились время и деньги, подчас производство простаивало. В итоге «Пластика» меньше чем за год потеряла около 4 млн рублей. Ситуацию компании осложнило падение темпов строительства из-за экономического кризиса.

Поняв важность логистики, весной 2015 года предприниматель вернул производство в Волгоград. Ситуацию спасло сезонное повышение спроса на стройматериалы.

В начале 2017 года он перевёз часть линий в Подмосковье. По словам Себекина, в столичном регионе выше спрос на тротуарную плитку и черепицу. Годовой оборот компании вырос до 6 млн рублей.

Сейчас предприниматель вместе с региональными партнёрами ищет новых поставщиков мусора среди супермаркетов. Для стабильной работы предприятию необходимо порядка 100 тонн пластика в Волгограде и Подмосковье. Следующий шаг — строительство новых производственных линий для погонажных изделий: швелеров, уголков, двутавров.

Экологическое просвещение и переговоры с FIFA

Сегодня Роман Себекин занимается экологическим просвещением. В 2017 году он завёл YouTube-канал и опубликовал видео о том, как самостоятельно построить машину по переработке пластиковых отходов.

После публикации ролика ему начали писать пользователи из разных стран с просьбой построить им такие же производственные линии. «Больше всего звонков, конечно, из Африки, где экологическая ситуация на грани катастрофы», — рассказывает Себекин. Так компания «Пластика» открыла новое направление работы — продажа технологий.

Сейчас, по мнению предпринимателя, развитие сферы переработки в России тормозит несовершенное законодательство. В 2014 году Себекин отправился в США на стажировку по программе социального предпринимательства. Там он увидел, что в основе американской экологической культуры лежит не пропаганда, а экономика.

В США вывоз мусора на свалку стоит безумных денег. Строительные материалы тоже дорогие. В итоге человек десять раз подумает, нужно ли ему делать ремонт дома: покупать стройматериалы, вывозить отходы и платить кучу денег.

Или стоит сделать пару косметических улучшений, старый комод отдать в комиссионку, а мусор принести фирме по переработке. Мы в России тоже к этому придём, но лет через пятнадцать.

Роман Себекин

Летом 2018 года в Волгограде пройдут матчи Чемпионата мира по футболу. Сейчас предприятие Себекина ведет переговоры с FIFA о переработке элементов оформления (баннеров, табличек или вывесок) после завершения игр, чтобы сделать из них аксессуары — сумки, обложки для паспортов, клатчи и так далее.

Подобную акцию пробовали провести в Рио-де-Жанейро во время прошлого Чемпионата. Там из атрибутики FIFA сделали подушки для жителей бедных районов — фавел.

Согласно политике FIFA, символы организации должны быть нечитаемы. Это, конечно, невозможно: какая-нибудь дизайнерская полоска всё равно будет видна.

Однако после Кубка конфедераций в Казани организация немного пересмотрела свои взгляды. Тогда многие болельщики перепродавали баннеры и флаги на Avito, и никто с этим ничего не смог поделать.

Так что благодаря черному рынку футбола наши шансы растут. Если всё получится, это будет прецедент, когда удастся полностью переработать атрибутику FIFA во что-то полезное.

Роман Себекин

#регионы #офлайн

{ "author_name": "Eugene Shastitko", "author_type": "self", "tags": ["\u0440\u0435\u0433\u0438\u043e\u043d\u044b","\u043e\u0444\u043b\u0430\u0439\u043d"], "comments": 62, "likes": 98, "favorites": 54, "is_advertisement": false, "section_name": "default", "id": "33658", "is_wide": "" }
{ "is_needs_advanced_access": false }

Комментарии Комм.

Популярные

По порядку

0

Прямой эфир

Подписаться на push-уведомления
[ { "id": 1, "label": "100%×150_Branding_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox_method": "createAdaptive", "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfl" } } }, { "id": 2, "label": "1200х400", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfn" } } }, { "id": 3, "label": "240х200 _ТГБ_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fizc" } } }, { "id": 4, "label": "240х200_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "flbq" } } }, { "id": 5, "label": "300x500_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfk" } } }, { "id": 6, "label": "1180х250_Interpool_баннер над комментариями_Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "bugf", "p2": "ffyh" } } }, { "id": 7, "label": "Article Footer 100%_desktop_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjxb" } } }, { "id": 8, "label": "Fullscreen Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjoh" } } }, { "id": 9, "label": "Fullscreen Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjog" } } }, { "id": 10, "disable": true, "label": "Native Partner Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyb" } } }, { "id": 11, "disable": true, "label": "Native Partner Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyc" } } }, { "id": 12, "label": "Кнопка в шапке", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "p1": "bscsh", "p2": "fdhx" } } }, { "id": 13, "label": "DM InPage Video PartnerCode", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox_method": "createAdaptive", "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "bugf", "p2": "flvn" } } }, { "id": 14, "label": "Yandex context video banner", "provider": "yandex", "yandex": { "block_id": "VI-223676-0", "render_to": "inpage_VI-223676-0-1104503429", "adfox_url": "//ads.adfox.ru/228129/getCode?pp=h&ps=bugf&p2=fpjw&puid1=&puid2=&puid3=&puid4=&puid8=&puid9=&puid10=&puid21=&puid22=&puid31=&puid32=&puid33=&fmt=1&dl={REFERER}&pr=" } }, { "id": 15, "label": "Плашка на главной", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "p1": "byudx", "p2": "ftjf" } } }, { "id": 16, "label": "Кнопка в шапке мобайл", "provider": "adfox", "adaptive": [ "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "p1": "byzqf", "p2": "ftwx" } } }, { "id": 17, "label": "Stratum Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fzvb" } } }, { "id": 18, "label": "Stratum Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fzvc" } } } ]