ИИ меняет рынок труда. Или не меняет. Или не рынок
Генеративный ИИ влияет на рынок труда. Кто-то мечтает сотрудников заменить ИИ-агентами, кто-то боится стать тем самым сотрудником, но что происходит на самом деле? Сегодня посмотрим пару работ на эту тему и подумаем, что нам со всем этим делать теперь.
Авторы обзорной статьи “AI and jobs. A review of theory, estimates, and evidence” (“ИИ и профессии. Обзор теоретических подходов, оценок и свидетельств”) пришли к следующим выводам:
- ИИ хоть и распространился широко, влияет на рынок труда мало.
- Но судить пока рано, потому что прошло не так много времени с тех пор, как появились последние технологии генеративного ИИ. Прошло несколько лет, но рынок труда и большие экономические тренды инертны и реагируют на новое с задержкой.
- Если попытаться предсказать будущее с помощью разных экономических моделей, выходит, что будет расти разрыв в оплате труда низкоквалифицированных и высококвалифицированных сотрудников, а ещё появятся новые формы занятости.
- Молодым специалистам, которые только-только вышли из институтов, уже сложно искать работу, и, видимо, будет ещё сложнее. Хотя это зависит от страны: в Дании, например, не видно такого яркого эффекта, как в США.
- Востребованность разных навыков смещается в сторону умения решать сложные задачи и креативности от более “базовых” навыков вроде документации и дизайна.
В отчёте о безопасности ИИ за 2026 год — “International AI Safety Report 2026” — влиянию ИИ на рынок труда посвящён небольшой подраздел 2.3.1. Labour market impacts (“Влияние на рынок труда”, стр. 84). Там ещё много полезного, но нам сегодня интересны именно эти несколько страниц.
Их авторы тоже говорят, что предсказать, как именно ИИ повлияет на рынок труда, сложно. 60% профессий в развитых экономиках и 40% в развивающихся так или иначе подвержены влиянию генеративного ИИ, но в какой степени — чёрт его знает. В разных странах, профессиях, секторах экономики и для разных задач влияние ИИ разное.
На рисунке ниже показано проникновение ИИ в человеческую жизнь в разных странах. Видите Россию? Она в группе “менее 10% людей используют инструменты на основе ИИ”.
Здесь мы остановимся ненадолго, потому что оценки основаны на данных, которые собраны с пользователей Microsoft Windows. Методика оценки надёжная, однако её авторы отмечают, что по России, Ирану и части Китая данных очень мало, поэтому результаты могут быть занижены.
Я нашла статью “Сколько людей в России пользуются искусственным интеллектом”, автор которой использует данные опросов ВЦИОМ и некоторых других исследований и оценивает долю проникновения ИИ в России в 30-40%. Правда, он берёт в чистом виде долю пользователей любых устройств, в то время как Microsoft используют данные пользователей только компьютеров и планшетов и только с операционной системой Windows. Они в расчётах делают поправку на то, что кто-то пользуется ИИ только или преимущественно с телефона, а у кого-то Макбук.
В результате прям наносить на эту же карту 30-40% будет не совсем правильно из-за разных подходов к оценке, однако мне эта цифра видится более близкой к реальности.
В том же отчёте по безопасности пишут, что прирост продуктивности от использования ИИ в разных профессиях и условиях составляет 15–30%. Как рост продуктивности влияет на зарплаты и возможность найти работу? Да по-разному опять. Эксперты спорят. Ничего не понятно.
Что всё это значит для нас?
“Меня заменит ИИ” — не пустой страх, у него есть основания из реальной жизни. Учитывая всё, что происходит в России, однако, он едва ли будет вашей главной проблемой.
РБК вот пишут, что внедрение ИИ изменит работу для 7,5% людей — это они со слов представителей Минтруда. Насколько эта цифра привязана к реальности, одному Богу известно.
Но я всё равно считаю, что поглядывать по сторонам и примерять на себя то, что в остальном мире происходит (в разных его частях), небесполезно: весь Пиздец когда-то закончится. Начнётся следующий. Мы хоть подготовимся.
P.S.: Если вы досюда дочитали, позвольте порекомендовать вам мой телеграм. Сюда я по воскресеньям посты выкладываю, а туда ещё и по четвергам.