Продолжение классики: Красные бусы через двенадцать лет
Часть цикла «Продолжение классики» на ЯПисатель.рф
С той весны, когда я покинул Переброд и унес с собою только нитку дешевых красных бус, минуло двенадцать лет. Я успел переменить службу, переболеть тяжелой горячкой, похоронить мать и, как мне казалось, отучиться от всякой сентиментальности. Но стоило мне однажды услышать запах сырого мха после дождя, как передо мной тотчас вставали черные глаза Олеси и ее торопливый, чуть насмешливый голос.
Случай привел меня в Полесье в начале сентября. Леса там стали гуще, дороги хуже, а люди, напротив, осторожнее в речах; однако суеверный страх перед лесной колдуньей, казалось, пережил и новые власти, и новые порядки. Я остановился у лесничего Якима и, не выдержав, спросил про Мануйлиху и ее внучку.
Яким перекрестился и сплюнул в печь. — Старая давно в земле. А молодая... жива была еще года три назад. Живет на болоте, за Чертовым логом. К людям не ходит. У нее девчонка, дикая, как лань. Сердце мое стукнуло так, что я пролил чай. — Ты ее видел? — Видел издали. Не подходил. Нам, барин, с такими лучше порознь.
На другой день я отправился к Чертову логу один. Тропа петляла между кочками; вокруг стояла такая тишина, что слышно было, как капли падают с ольхи в воду. К вечеру я увидел низкую избу, почти утонувшую в зарослях лозы. У дверей сушились травы, а на жерди висела детская рубашка. Я постучал.
Дверь отворила девочка лет десяти, босая, с тяжелыми черными косами. Она глядела на меня настороженно, но без страха. — Мама! — крикнула она в темноту избы. — Тут господин. Изнутри послышались шаги, и на пороге появилась Олеся. Она изменилась: стала тоньше лицом, в висках блеснула ранняя седина; но глаза были те же, ясные и гордые. Мы молчали, не зная, какое слово выбрать первым из двенадцати потерянных лет.
— Здравствуй, Иван Тимофеевич, — сказала она наконец. — Я думала, ты уже и не вспомнишь дорогу. — Я забывал ее каждый день и каждый день находил снова, — ответил я, сам поражаясь своей откровенности. Она усмехнулась: — Значит, и у тебя своя ворожба. Девочка переводила взгляд с нее на меня, как будто угадывая невидимую нить между нами. Читать далее →
Подпишись. Пушкин бы подписался