Конгресс напугал Россию «адскими санкциями». Пугаться рано, но крипте достанется

Палата представителей США 16 сентября приняла законопроект, который в Вашингтоне давно называют «адскими санкциями» против России: 262 голоса «за», 159 «против». Сенат одобрил ту же версию еще в августе, так что теперь бумага едет прямиком на стол Дональду Трампу. Белый дом уже сказал: подпишет. Неудивительно — его люди сами дописывали финальную редакцию.

Что внутри. Обязательные санкции против верхушки российской власти, олигархов с семьями, банков, энергетики, оборонки и танкеров «теневого флота». И главный козырь — право президента вводить пошлины до 100% на товары из пяти крупнейших покупателей российских нефти и газа. Страны в тексте не названы, но все понимают, что речь о Китае и Индии. Бонусом — продление санкций против Ирана, на котором настоял сам Трамп.

Теперь о том, почему слово «адские» стоит писать в кавычках. От первоначальной версии сенатора Линдси Грэма осталась лишь тень. Президент получил не обязанность, а опцию — с широкими правами на отсрочки и исключения. Хочет — жмет на курок, не хочет — держит автомат в кобуре как аргумент на переговорах с Пекином. Демократы это прекрасно поняли и упирались до последнего: процедурное голосование прошло с перевесом в три голоса.

Конгресс, по сути, добровольно отдал Трампу еще кусок торговых полномочий, красиво завернув это в антироссийскую упаковку. Дели, кстати, отреагировал мгновенно. Они будут защищать свои интересы и диверсифицировать поставки.

А теперь про крипту.

Слова «криптовалюта» в законе нет. Но эффект будет.

С одной стороны — спрос. Каждый новый виток санкций работает как реклама стейблкоинов. Чем страшнее китайскому или индийскому банку проводить платеж из России, тем охотнее контрагенты соглашаются на USDT или рублевые цифровые инструменты. Россия не зря легализовала крипту для внешней торговли — под такие сценарии и готовились. Часть расчетов с Азией неизбежно уйдет в цифру.

С другой стороны — прицел. Закон обязывает бить по тем, кто помогает обходить санкции, и Минфин США уже показал, что под этим понимает. За последние годы под OFAC попадали и российские биржи, и эмитенты рублевых стейблкоинов. Ждать стоит новых пакетов против криптосервисов, а от крупных международных площадок — еще большей нервозности к российским паспортам: жестче KYC, больше блокировок, тоньше ликвидность.

Обычному россиянину с кошельком и P2P-обменником это почти не грозит — его рынок и так живет вне американской юрисдикции. А вот бизнесу, который гоняет через крипту внешнеторговые платежи, придется платить больше: за комиссии, за посредников, за юристов.

Итого: адом это не назовешь. Скорее очередной круг чистилища — и крипторынку в нем отвели отдельный котел.