Эффект бабочки в EdTech: почему завышение оценок прогульщикам обрушит конкурентоспособность рынка труда к 2030 году

XXI век отмотал чуть больше четверти, но уже кардинальным образом изменил ландшафт бизнеса: цифровизация сделала возможной торговлю нематериальным — играми и фильмами, облачными хранилищами и софтом, вычислительными мощностями, премиум-статусами в соцсетях и т.п. Значительное расширение торгового спектра укрепило идею, что монетизировать можно всё, включая то, что заведомо не следовало бы рассматривать как источник прибыли — образование.

Опыт многочисленных специализированных платформ, таких как Нетология, Skillbox, GeekBrains, Яндекс.Практикум и других, казалось бы, подтверждает это: их названия у всех на слуху, продуктовая линейка разнообразна, а количество ресурсов такого рода, продающих образовательный контент и услуги, давно перевалило за сотню.

Российские образовательные платформы можно структурировать по трем основным моделям владения: полностью государственные платформы, частно-государственные и корпоративные платформы, а также полностью частные платформы. При этом абсолютно все главные гиганты российского EdTech — это частные коммерческие структуры.

Разброс цен на коммерческом рынке EdTech в России огромен, поскольку платформы продают разные по сложности продукты. Ценовую сетку можно разделить на три четкие категории:

«Коллаборации» крупных вузов, в том числе государственных, с частными компаниями показывают — классическая система образования в России видит коммерческую перспективу в торговле знаниями. Однако она не учитывает несколько нюансов, перемещающих красивую затею в категорию бесперспективных.

Но действительно ли доходы образовательных платформ так велики? С точки зрения курсов, записанных один раз и проданных неограниченному количеству клиентов — да. Но стоит учесть, что маркетинг и реклама обходятся им очень дорого. По разным оценкам, EdTech-компании отдают от 40% до 60% от стоимости курса только за то, чтобы привлечь одного покупателя.

Главный парадокс: Из 100 000 рублей за курс около 50 000 сразу уходят платформе или блогеру за рекламу. Огромные финансовые обороты — это не прибыль, а некоторые платформы работают даже себе в убыток ради захвата рынка.

Это делается в стремлении стать монополистами и уже потом, подняв цены на и без того дорогие продукты, окупить вложения. Сверхмаржинальным этот бизнес на данный момент оказывается только для тех редких создателей контента, у кого уже хорошо отстроен и раскручен личный бренд (что также не гарантирует качества).

Тем не менее, легенда о том, что из образования можно вынимать большие деньги на уровне организации, а не частного лица с сильным брендом, крепнет; топ-менеджеры от академического обучения и науки отказываются принимать реальность и стремятся перестроить подконтрольные организации под образцы платформ.

Например, пытаются организовать систему из дополнительных курсов лекций, которые следует вывесить на сайте вуза. Это обладает гораздо бОльшим потенциалом в насаждении подлинных знаний, чем программы, составленные дилетантами. Но все это реализуется без поощрения потенциальных авторов и даже предоставления им ресурсов в виде технического обеспечения, помощников по съемке, монтажу и т.д. За пару лет этот подход уже показал свою неэффективность.

На грандиозных образовательных платформах широко представлены курсы, почти буквально «сляпанные на коленке». Их пишут люди, которые не разбираются в специфике, но якобы владеют методологией сборки знаний в готовую учебную программу. Подавляющая часть курсов крайне поверхностна, а лекционные материалы грешат обилием существенных и даже смешных ошибок.

В то же время, классическая система образования априори предполагает тонкую специализацию и глубокое проникновение в предмет, сохраняемые до сих пор. Однако желание повторить видимый финансовый успех образовательных платформ приведет к необходимости выбора между снижением качества / ухудшением репутации и значительным сдвигом ценовой вилки вверх.

И вот наконец про KPI. На данный момент кафедрам прямым текстом предлагают задуматься над сугубо маркетинговыми вопросами:

Общая ответственность за сбор и анализ подобной информации постепенно перетекает с кафедр и деканатов на конкретных преподавателей. При этом педагоги должны повышать вовлеченность аудитории в предмет, по возможности отстраивать контакт с каждым студентом. И даже учиться лояльнее относиться к ошибкам обучающихся, то есть завышать оценочный балл ради удержания клиентов!

Сейчас в вузовской структуре есть две ловушки — катастрофически низкая заработная плата (в некоторых вузах Москвы ставка профессора с ученой степенью кандидата наук может составлять 15 тысяч рублей!) и необходимость преодолеть образовательную планку в виде ученой степени.

Но думается, что система в ближайшее время научится их обходить и начнет закрывать позиции профессорско-преподавательского состава людьми без должной квалификации, но с мощным личным брендом и высокой медийностью. В этом случае начнется быстрое падение квалификации выпускников и их конкурентоспособности на рынке труда.

Мои выводы:

Готовы ли вы платить за диплом вуза, где лекции читают не доктора наук, а популярные блогеры с сильным личным брендом? Или мы уже незаметно прошли эту точку невозврата?

#вузы #kpi #edtech #образование #образованиебудущего