Is the future... OK? Или давайте серьёзно поговорим о будущем

Кажется, мир находится в состоянии серьезных перемен, и ощущение того, что мы живем в период перехода к чему-то новому и неизвестному, постоянно растет. Технологические изменения происходят с огромной скоростью: удаленная работа, онлайн-образование, электронные паспорта, все более «умный» искусственный интеллект - лишь несколько примеров. Технологический прогресс меняет не только нашу жизнь, но и государство, и даже само общество. Быстрые и резкие перемены одновременно происходят в политической, идеологической, экономической и других сферах. Одним словом, мир стремительно меняется. Часто мы с трудом представляем себе, как будет выглядеть жизнь в ближайшие пять-десять лет, это касается и общества в целом, и частной жизни: перспектив трудоустройства, личной и финансовой безопасности. Поэтому многие боятся будущего или находятся в постоянной тревоге.

В СМИ часто говорят о кризисе, да и мы видим кризисные явления, что не удивительно, ведь кризис – спутник любых серьёзных изменений. Текущий кризис, в отличие от знаковых кризисов прошлого, не носит чрезмерно разрушительного характера, как например крах империй или Вторая мировая война, а проходит практически незримо, вырываясь на поверхность там, где происходят горячие конфликты. Тем не менее его влияние ощущается всеми, поскольку, впервые в истории, кризис носит глобальный характер и является многомерным, либо, можно сказать, что сейчас происходит несколько кризисов одновременно. Как бы там ни было, с точки зрения глобальности и глубины социальных изменений, его, наверно, можно назвать кризисом кризисов.

Изменения касаются не только общества, но также и всей планеты в целом. Международная геосферно-биосферная программа (IGBP), действовавшая в 1987-2015 годах, провела междисциплинарное исследование, собрав множество данных о глобальных изменениях, чтобы понять, как на планету влияют действия человека. В 2004 году в рамках IGBP был опубликован отчёт, синтезирующий полученные данные. Там говорилось, что в настоящий момент человечество является основным двигателем изменений в планетарном масштабе и что Земля сейчас находится в состоянии «не имеющем аналогов». Изучение процессов на Земле, прошлых и настоящих, привели к выводу, что планета вышла далеко за пределы диапазона естественной изменчивости по крайней мере за последние полмиллиона лет.

Вот 24 графика, опубликованные в рамках последнего обновления отчёта IGBP, где показаны примеры изменений:

Слева направо: a) демография; b) ВВП; c) прямые иностранные инвестиции; d) городское население; e) использование первичной энергии (т.е. той, которая получена из невозобновляемых или возобновляемых источников и не была подвергнута процессу искусственного преобразования. Нефть – это источник первичной энергии, а электроэнергия - нет); f) расход удобрений g) количество крупных плотин; h) использование воды; i) бумажная продукция; j) транспорт; k) телекоммуникации; l) внутренний туризм.

Слева направо: a) диоксид углерода (CO2); b) оксид (закись) азота (N2O, третий по значимости газ, который обвиняют в глобальном потеплении); c) метан; d) стратосферный озон (О3, который связывают с озоновыми дырами); e) температура морской поверхности; f) закисление океана (снижение показателя pH, вызванное попаданием в океан углекислого газа из атмосферы Земли); g) ловля морской рыбы; h) разведение креветок; i) азот в прибрежной зоне; j) сокращение тропических лесов; k) одомашненная земля; l) деградация земной биосферы.

Внизу, под статьёй, указаны более подробно источники данных.

Можно увидеть, что изменения затрагивают самые разные сферы жизни: демографию, экономику, промышленность, энергетику, экологию. Особенно интересно, что эти изменения начались одновременно во второй половине 20 века. Некоторые из исследователей, включая исполнительного директора IGBP, Уилла Штеффена, даже предположили, что Земля вступила в новую геологическую эпоху — антропоцен (для справки: мы живем в эпоху голоцена, которая началась почти 11 700 лет назад, являющейся завершающей фазой кайнозойской эры. Голоцену предшествовал плейстоцен, который длился 2 миллиона лет). Вот что пишет Штеффен по этому поводу:

По историческим меркам скорость изменений оказалась настолько стремительной, что исследователи обозначили это не иначе, как «Великое ускорение»:

И в связи с этим хочется вспомнить другое понятие, уже из физики, — фазовый переход.

Фазовый переход - это процесс, при котором вещество меняет своё состояние (фазу) в результате изменения условий, таких как температура, давление или концентрация. У воды есть 3 основных агрегатных состояния - твердое, жидкое и газообразное. Их изменения между собой и есть фазовый переход. Бывают фазовые переходы, которые происходят в одном агрегатном состоянии вещества, например в твёрдом. Так, в результате нагрева и давления, графит может превращаться в алмаз — это один из основных способов синтеза алмазов в промышленности.

Кроме того, существуют фазовые переходы второго рода, которые не меняют химические свойства вещества (оно остается тем же), но значительно меняют физические. Сначала температура медленно растет, и вещество просто греется. Однако по достижении критической точки происходит резкое изменение: начинается «взрывная» волна перекристаллизации, охватывающая весь образец. Так, например, металл может получить свойство сверхпроводимости, которым раньше не обладал.

Если представить, что человеческая цивилизация это образец, а люди это атомы, то получается интересная аналогия. Цивилизация, вроде бы, остается прежней, образцом, состоящим из тех же атомов-людей. Но общие цивилизационные свойства меняются. И в таком случае это действительно можно назвать фазовым переходом. Ещё, кстати, фазовый переход в физике называют сингулярностью. Но о сингулярности мы поговорим как-нибудь в другой раз.

Рост и изменения, которые мы наблюдаем сейчас, не могут продолжаться бесконечно. В какой-то момент они разобьются о потолок фазового перехода, и это может произойти по одному из трёх сценариев:

a) cтабилизация в новом состоянии системы; b) релаксация системы в ее предыдущее состояние с управляемой скоростью; c) быстрое или катастрофическое изменение системы в ее предыдущее состояние или в другое состояние.

Траектория процесса будет зависеть от реакции человеческого сообщества на глобальные изменения и того, какие действия будут предприниматься в дальнейшем, а так же от того, как будет реагировать сама экосистема Земли в ответ на изменения.

Вывод IGBP таков, что в настоящее время невозможно точно предсказать, как глобальные изменения будут развиваться в будущем. Для этого нужен новый тип более интегрированной науки о Земле, которая ещё не полностью сформирована, но быстро развивается. Ясно одно: воздействие человека на планету приближается или превышает по величине некоторые из сил природы, при этом происходит намного быстрее, чем естественные изменения, часто на порядок или больше. Взятые вместе с точки зрения масштаба, величины, скорости и одновременности, эти изменения создали не имеющее аналогов состояние в земной экосистеме.

Эту заметку можно считать вступлением, которое открывает цикл статей, посвящённых будущему. Конечно, говорить о будущем дело совершенно неблагодарное, ведь, как мы знаем, футурологи всегда ошибаются. И вместе с тем, необходимое, поскольку разговаривая о будущем, мы, из различных источников, таких как исследования и прогнозы, как из разбитого зеркала, собираем мозаику того будущего, которое, возможно, всё-таки наступит.

Задача проекта – разобраться в причинах изменений и, по возможности, спрогнозировать, что будет дальше. Как будет выглядеть жизнь в ближайшие годы и какие изменения ещё произойдут, как они отразятся на различных сферах жизни. Кроме того, этот проект является систематизацией, попыткой создать своего рода полезную систему знаний с целью осмыслить проблемы и перспективы, которые стоят как перед отдельным человеком, так и целым сообществом в различных областях, включая психологические, политические, технологические и другие аспекты. Это позволит создать ориентиры на ближайшее будущее и определить моменты, когда необходимо быть более бдительным и готовым к серьезным потрясениям, при необходимости корректировать свои действия и ожидания, а также эффективно реагировать на возникающие вызовы и задачи. Словом, задача - получить полезный инструмент для того, чтобы осмыслить происходящее и выработать план действий для настоящего и будущего. Которое, вероятно, всё-таки наступит, особенно если о нём говорить.

Телеграм https://t.me/futuretalk2050

Социоэкономические тренды: Бюро переписи населения США 2000; Нордхаус 1997; Всемирный банк 2002; Всемирная комиссия по плотинам 2000; Шикломанов 1990; Международная ассоциация производителей удобрений 2002; Центр ООН по населенным пунктам 2001; Pulp and Paper International 1993; McDonald’s 2002; UNEP 2000; Каннинг 2001; Всемирная туристская организация 2001)

Экосистемные тренды: a) концентрация CO2 в атмосфере (Etheridge et al. 1996); b) концентрация N2O в атмосфере (Machida et al. 1995); c) концентрация CH4 в атмосфере (Blunier et al. 1993); d) процент общей потери озона в столбе, используя среднегодовое общее содержание озона в столбе, в качестве основы (изображение: J. D. Shanklin, British Antarctic Survey); e) аномалии средней температуры поверхности в северном полушарии (Mann et al. 1999); f) десятилетняя частота крупных наводнений (события, происходящие раз в 100 лет) после 1860 года для бассейнов площадью более 200000 км2 с наблюдениями, охватывающими не менее 30 лет (Milly et al. 2002); g) процент мировых рыбных ресурсов, которые либо полностью эксплуатируются, либо перелавливаются, либо пришли в упадок (FAOSTAT 2002); h) ежегодное производство креветок как показатель изменения прибрежной зоны (WRI 2003; FAOSTAT 2002); i) рассчитано с помощью модели разделение потоков возмущений азота, вызванных деятельностью человека, в глобальной прибрежной зоне за период с 1850 года (Mackenzie et al. 2002); j) потеря тропических лесов и лесных массивов, оцененная для тропической Африки, Латинской Америки, Южной и Юго-Восточной Азии (Richards 1990; WRI 1990); k) количество земель, преобразованных в пастбища и пахотные земли (Klein Goldewijk and Battjes 1997); l) математически рассчитанная скорость вымирания (на основе Wilson 1992)