Два разных человека в одной голове

В начале 1960-х к Роджеру Сперри в Калтех присылают пациентов с тяжёлой эпилепсией. Приступы у них настолько частые и разрушительные, что нейрохирурги решаются на крайнюю меру — перерезать мозолистое тело, пучок из двухсот с лишним миллионов нервных волокон, соединяющий два полушария. Без этого моста приступ, начавшийся в одном полушарии, перестаёт перекидываться на второе.

Операция работает. Пациенты выходят из неё внешне обычными людьми — говорят, шутят, узнают родных, ведут себя как прежде. Ни один врач со стороны не заметил бы разницы.

Сперри вместе со своим аспирантом Майклом Газзанигой придумывает, как заглянуть внутрь этой тишины между полушариями. Слово показывают только левому глазу пациента — и он спокойно называет его вслух. То же слово показывают только правому глазу — и человек говорит, что не видел ничего. Но если попросить его нарисовать увиденное левой рукой, рука выводит именно это слово.

Правое полушарие видело. Оно даже могло управлять рукой, чтобы это показать. Оно просто не могло об этом заговорить — потому что мост, через который правая половина мозга обычно одалживает слова у левой, был перерезан.

Из серии таких экспериментов складывается открытие: у большинства людей речь и анализ сосредоточены в левом полушарии, а пространственное восприятие и распознавание лиц — в правом. Открытие настоящее, воспроизводимое, и в 1981 году Сперри получит за него Нобелевскую премию.

К этому моменту открытие уже прошло длинный путь от лаборатории до заголовков. Специализация двух половин мозга у пациентов с перерезанным мозолистым телом — тонкий, специфический результат, полученный на редкой хирургической популяции, — на страницах журналов для широкой публики превращается в нечто совсем другое: у каждого обычного человека внутри головы будто бы живут два разных типа личности, и один из них главнее. Логичные, аналитичные люди — потому что у них доминирует левое полушарие. Творческие, эмоциональные — потому что у них главное правое.

Разница между тем, что показал эксперимент, и тем, что стало общим убеждением, помещается в одно слово. Сперри доказал специализацию — распределение конкретных задач между двумя связанными половинами целого, работающего мозга. Молва превратила это в доминирование — представление, что где-то внутри идёт молчаливое соперничество, и в каждом человеке одна сторона побеждает.

Джерри Леви, психобиолог, работавшая в той же лаборатории Сперри над теми же самыми пациентами, много лет пытается остановить это расхождение — объясняет снова и снова, что не существует людей с двумя отдельно функционирующими мозгами. Опровержение выходит слабее, чем миф, который оно пытается остановить: разрезанные ассоциативные пути между логичным и творческим типом личности слишком удобно ложатся на то, как людям уже хотелось объяснять разницу между собой и соседом по парте.