Андрей Стешенко

+2
с 27.09.2026

врач организатор-юрист

0 подписчиков
0 подписок
Электронная справка водителя: когда медицинский диагноз становится управленческим решением

Минздрав представил проект нового порядка медицинского освидетельствования водителей. Обсуждают обычно удобство: мол, бумажку не потеряешь. Но интереснее здесь другое — меняется не форма справки, а маршрут, по которому медицинский вывод идёт к решению о правах человека.

Страховая система, в которой нет страхования: кто на самом деле платит за ваше лечение

Есть вопрос, который в спорах о медицине почти не звучит, а объясняет он больше, чем любой разговор о качестве. Вопрос простой: кто платит и за что именно.

Три миллиона за смерть ребёнка: почему суд взыскал деньги с больницы, у которой не было онкогематолога

Суд в Петропавловске-Камчатском взыскал три миллиона рублей с Камчатской краевой детской больницы в пользу отца мальчика, умершего от лейкоза. Ранее такую же сумму присудили матери.

Лже-акушерка и 3,5 года колонии: почему проверка занимает пять минут, а не верят ей годами

В Москве вынесен приговор, который стоит разобрать не ради сенсации, а ради одной практической вещи. Женщину зовут Наталия Котлар. Суд дал ей 3,5 года колонии общего режима и штраф 300 тысяч рублей.

Пандус, который не работает: что закон требует от клиники для инвалида

Шестого октября опубликован приказ Минздрава, который снова поправил правила доступности медицинских организаций для инвалидов. Меняется порядок, утверждённый приказом от 14 апреля 2025 года № 210н и действующий с 1 сентября 2025 года.

Два миллиона за смерть ребёнка: суд объяснил, что доказывать не нужно

Ульяновский областной суд 6 октября оставил в силе решение о взыскании двух миллионов рублей с городской клинической больницы. Деньги получат родители полуторагодовалого мальчика, умершего в стационаре. Апелляционную жалобу больницы отклонили.

На онкологию в бюджете оставили 2,7 % прежней суммы. Разбираю, что именно сократили и что с этого получат пациенты

В проекте федерального бюджета на 2027–2029 годы есть строка, которую легко пропустить и трудно объяснить. Расходы на федеральный проект «Борьба с онкологическими заболеваниями» сокращаются с 144,9 млрд рублей в 2026 году до 3,9 млрд в 2027-м. Это в 37 раз меньше. Разбираю по документам, что за этим стоит — и почему это не то же самое, что «у онкоб…

Медицинское право цитирует закон о недвижимости. И это не опечатка

Есть класс ошибок, который не ловится ни редактором, ни рецензентом, ни диссертационным советом. Я столкнулся с ним, когда проверял список литературы к собственной работе по медицинскому праву: семь описаний источников из семи не совпали с тем, на что ссылались.

Медицинский ИИ получил KPI: маммографии с нейросетью должно стать 50 % вместо 30. Разбираю, за что платят и что посчитали экономией

**Федеральный фонд обязательного медицинского страхования предложил включить показатели внедрения искусственного интеллекта в территориальные программы государственных гарантий — с целями на конец 2026 года.** Это значит, что нейросеть в лучевой диагностике переходит из разряда экспериментов в разряд планового показателя, за который спрашивают с ре…

Вам делают платную процедуру на том же аппарате, что и бесплатную. Теперь это прописано в приказе

Будучи врачом и имея большой профессиональный опыт, могу предположить, как это выглядит в реальной практике. Но ниже — не мои догадки, а разбор первоисточника: приказа Минздрава России от 26 августа 2026 года № 757, который прямо отвечает на вопрос, который пациенты задают годами.

Препараты от диабета и ожирения: 42 тысячи женщин, 23 исследования — и «очень низкая» достоверность

В The Lancet вышли сразу три вещи под одной обложкой: систематический обзор, метаанализ и международное консенсусное заявление о применении GLP-1-препаратов у женщин репродуктивного возраста. Тема простая и болезненная: что делать женщине с диабетом, которая принимает семаглутид или тирзепатид и узнаёт о беременности.

Опасные БАД теперь можно остановить за часы. Разбираю, как это устроено

В июне 2026 года Госдума приняла в первом чтении законопроект, который меняет не наказание, а скорость реакции государства на опасный товар. Если коротко: раньше опасную добавку можно было снимать с полок месяцами, теперь счёт идёт на часы.