Почему инженеры ненавидят свой софт: что не так с разработкой инженерного ПО в 2026 году

Зайдите в любой конструкторский отдел и спросите, как там живётся с рабочим софтом. Ответ будет примерно такой: «Ну, работает. Только не трогайте ничего». И это странно. Эти программы считают прочность мостов, моделируют течение в трубах и выпускают комплекты чертежей на сотни листов. А любят их примерно как старый принтер в коридоре.

Математика тут ни при чём, с ней как раз всё в порядке. Дело в том, как этот софт придумывают и кто при этом принимает решения. Мы собрали то, что чаще всего слышим от инженеров, и немного порассуждали, что с этим делать.

Десять окон, чтобы поменять материал

Многие инженерные программы живут по двадцать лет и больше. С каждой версией в них добавляется вкладка, пара настроек, ещё одно диалоговое окно. Убирать старое никто не решается: вдруг где-нибудь в Томске целый отдел на нём держится. В итоге поменять материал детали и пересчитать массу — это маленький квест.

Кажется мелочью, но посчитайте сами. Инженер делает такую операцию раз сто в день. Лишние пять секунд на каждой дают почти десять минут. А ещё есть постоянное переключение внимания, и вот оно уже выливается в ошибки в чертежах.

При этом тот же самый инженер вечером сидит в Figma или Notion, где есть поиск по командам, история версий и совместная работа. Утром он снова открывает рабочую программу и попадает куда-то в середину нулевых.

ТЗ пишут не те, кто потом работает

Обычно всё идёт так. Начальник формулирует задачу, IT-отдел перекладывает её в ТЗ, подрядчик делает по ТЗ. А человек, которому в этой системе предстоит сидеть восемь часов в день, впервые видит её на приёмке.

По дороге теряется куча полезного. Что расчётчик держит открытыми три окна и глазами сверяет цифры. Что половина расчётов делается по одному шаблону. Что чаще всего ошибаются не в формулах, а в том, какую версию исходных данных взяли.

На бумаге всё сделано, акт подписан. А люди работают как раньше и раз в месяц переносят данные в новую систему, потому что начальство смотрит отчёты там.

Про форматы вспоминают, когда уже поздно

Модель узла или расчётную схему иногда достают из архива и через двадцать лет. Только лежат они часто в закрытом формате одного вендора, и пока лицензии продлеваются, это никого не волнует.

В России все уже на себе почувствовали, что бывает дальше. На переходе на отечественные САПР и PLM больше всего болит даже не функционал новой программы, а архив. Дерево построения приезжает кривым, связи между деталями рвутся, а макросы, которые когда-то написал уволившийся главный конструктор, просто перестают работать.

Если делаете свой инструмент, лучше сразу хранить данные в открытых форматах (STEP, IFC, glTF, да хоть JSON и CSV) и дать к ним API. Тогда следующая смена стека не превратится в археологическую экспедицию.

Всё равно всё в Excel

Даже там, где купили дорогую PLM, рано или поздно находится файл «Расчёт_v7_финал_Иванов_правки.xlsx». И именно в нём лежит правда. Параметры гоняют по почте, согласуют в телеге, а актуальная версия у того, кто отправил её последним.

Ругать за это инженеров мы бы не стали. В таблице можно поменять коэффициент за секунду. В корпоративной системе для этого надо завести заявку и дождаться релиза. Понятно, что выберет человек с горящим сроком.

Таблицы уйдут только тогда, когда система даст такую же свободу. Плюс то, чего в Excel нет: историю изменений, проверки и одну версию данных на весь отдел.

Что с этим делать

Утешительное во всей этой истории то, что больше всего тут решает подход, а не бюджет.

Начинать стоит не с документа, а с того, чтобы посидеть рядом с инженерами пару дней. Можно просто попросить их записать экран. Из таких записей обычно сразу видно, на какие пять-десять операций уходит весь день. Их и надо делать в один-два клика, а редкие функции подождут.

Данные должны жить в одном месте, и на вопрос «кто это поменял и когда» должен быть ответ без расследования. Причём часто для этого вообще не нужна новая большая система. Хватает плагина к САПР, небольшой веб-панели или интеграции, которая сама перекинет цифры из одной программы в другую, вместо того чтобы это делал человек.

Про ИИ сейчас спрашивают все, так что скажем и про него. В инженерной работе он хорош там, где человек всё равно перепроверяет результат: найти нужный пункт в нормативах, поднять похожий проект из архива, набросать черновик пояснительной записки. Доверять ему расчёт несущей балки мы пока никому не советуем.

И последнее: показывайте результат часто. Демо раз в две недели на живых данных ловит больше проблем, чем торжественная приёмка через полгода.

Напоследок

Инженеры в целом неплохо относятся к софту. Они не любят софт, который сделали без них и в котором никто не подумал, что будет с данными лет через десять. Если про это подумать с самого начала, даже скромная внутренняя система будет возвращать отделу по несколько часов в неделю.

Мы в ЛИНГУАСИРИЭС как раз занимаемся такими вещами: делаем веб-сервисы, интеграции и инструменты с ИИ, а ещё 3D-визуализацию и интерфейсы. Если у вас в отделе тоже всё держится на таблицах и копипасте из писем, напишите нам. Разберёмся, где теряется время, и скажем, что имеет смысл автоматизировать в первую очередь: development.lingua-series.ru, english@lingua-series.ru, +7 977 962-62-96.

11